Джон Рэндольф – Таблетка для мозга. Программа по восстановлению памяти и активизации когнитивных способностей (страница 7)

Одно интересное исследование, связанное с пластичностью мозга, было проведено на примере таксистов в Лондоне. Они должны запомнить головокружительное число улиц, чтобы ориентироваться на работе. Эта группа была особенно привлекательна для изучения, учитывая пространственную память, необходимую водителю такси. Исследователи использовали структурную нейровизуализацию, чтобы определить, отличается ли их мозг от мозга людей аналогичного возраста, которые не водят такси. Особое внимание ученые уделили гиппокампу – структуре, о которой мы говорили ранее и которая играет важную роль в обучении и извлечении информации.

Результаты исследования показали, что мозг таксистов действительно отличался. Их гиппокамп – в обоих полушариях – был больше, чем у других людей. Даже более интересным было открытие, что чем дольше человек был водителем такси, тем больше была область правого гиппокампа. Обратите внимание, что именно правая сторона гиппокампа связана с пространственной памятью. Другими словами, постоянное занятие определенной деятельностью с течением времени оказывало прямое влияние на развитие мозга. Это всего лишь одно из многочисленных исследований, демонстрирующих, насколько восприимчив мозг к новым впечатлениям. К этой теме мы еще вернемся, когда будем обсуждать различные способы улучшить здоровье мозга.

Родственным понятием является когнитивный резерв. Когнитивный резерв – это то, как определенный жизненный опыт оказывает защитное воздействие на работу мозга и его возраст. Некоторые жизненные факторы, например, уровень образования, интеллектуальная сложность работы и общие умственные способности, являются особенно важными. На самом деле, люди с серьезным образованием за плечами и с работой, требующей интеллектуальной вовлеченности (включая управление другими людьми), менее склонны к развитию деменции. Даже если заболевание развивается, оно может проявиться в более зрелом возрасте, чем у людей с меньшим когнитивным резервом. Таким образом, эта концепция объясняет некоторые различия между когнитивными способностями людей и их ухудшением в более позднем возрасте.

Следует также различать пассивный и активный когнитивный резерв. В течение многих лет исследования в этой области касались в основном нескольких ключевых типов пассивного резерва: сколько лет вы учились и насколько интеллектуально одарены. Хотя эти факторы, безусловно, важны, недавние исследования резерва сосредоточились на том, что кто-то может делать в течение всей жизни на постоянной основе. Активный резерв – это то, что мы можем постоянно создавать, что увеличивает способность мозга функционировать на самом высоком уровне.

Возьмем в качестве примера умственную стимуляцию. Поступление в университет – это очень ментально (и социально) стимулирующий процесс, и, безусловно, он формирует наш мозг, потому что мы учимся думать и рассуждать по-новому. А как же жизнь после учебы? А как насчет людей, которые не учились в университете или не закончили образование? Появляется все больше свидетельств того, что поддержание умственной стимуляции через чтение, посещение курсов, игру на музыкальном инструменте или участие в других видах деятельности по тренировке когнитивных навыков способствует росту мозга и увеличивает когнитивный резерв.

В некоторых исследованиях изучалось, как жизненный опыт, образование и другие факторы смягчают последствия заболеваний, связанных с мозгом. В одном из ранних испытаний более 600 монахинь проходили когнитивное тестирование каждые несколько лет, а также любезно согласились пожертвовать свои мозги исследователям после смерти. Настоящий подарок, если уж на то пошло. Результаты были замечательными на тот момент времени и продолжают оставаться таковыми. Несмотря на то, что когнитивные навыки женщин практически не изменились в течение жизни и высоко оценивались вплоть до их смерти, мозг многих из испытуемых имел нейрофибриллярные клубки и другие патологические образования, идентичные тому, что наблюдается при болезни Альцгеймера. Другими словами, их мозги выглядели так, как будто принадлежали людям с распространенной формой деменции, хотя у монахинь на самом деле не было никаких симптомов при жизни.

Еще одна интригующая находка так называемого Исследования монахинь (Nun Study): сложные идеи, выраженные в образцах письменных работ испытуемых в раннем взрослом возрасте – показатель интеллектуальных способностей и пассивного когнитивного резерва, – были связаны со снижением вероятности развития деменции. Это наблюдение было в высшей степени революционным и подтверждало идею о том, что ранний жизненный опыт сильно влияет на здоровье мозга через много лет. Вероятно также, что социальная и умственная вовлеченность монахинь на протяжении всей их жизни (активный когнитивный резерв) сыграла решающую роль в их способности противостоять последствиям разрушительного заболевания мозга.

В другом исследовании, проведенном совсем недавно, изучалась группа пожилых людей, у некоторых из которых в конечном итоге развилась деменция. Ученые были особенно заинтересованы в одном факторе образа жизни, который, как известно, оказывает положительное влияние на мозг и мыслительные навыки: социальная активность. В ходе исследования людям давали тесты для измерения когнитивных способностей, а также задавали вопросы об их социальных связях. Затем, после смерти, их мозги были детально исследованы.

Полученные результаты подтвердили важность активного когнитивного резерва с социальной точки зрения. Люди с наиболее развитыми связями гораздо более эффективно сохраняли память и языковые навыки в течение долгого времени, даже когда мозг демонстрировал признаки деменции. Другими словами, наличие множества связей с другими людьми, по-видимому, уменьшало влияние негативных изменений мозга на важные мыслительные навыки.

Эти и другие исследования в совокупности демонстрируют, что определенные виды деятельности, которыми мы занимаемся, – активности, создающей наш когнитивный резерв, – оказывают омолаживающее воздействие на мозг. Мы будем рассматривать последствия соответствующих исследований на протяжении всей книги, особенно в таких областях, как умственная деятельность, социальная вовлеченность и физические упражнения.

Глава 3

Самое важное когнитивное трио: внимание, память и исполнительные функции

Рона направили ко мне после того, как он сказал своему лечащему врачу, а затем неврологу, что становится все более забывчивым. Он по-прежнему неплохо справлялся с работой программиста, но ему все труднее было запоминать детали недавних бесед, сосредотачиваться на текущих задачах и вспоминать имена людей, которых он знал относительно хорошо. Магнитно-резонансная томография (МРТ) мозга не выявила ничего необычного, и у него в анамнезе не было медицинских проблем, которые могли бы объяснить снижение когнитивных функций.

Моя оценка Рона была в основном ничем не примечательна с когнитивной точки зрения. Его память и другие мыслительные способности были в основном нормальными по результатам большого количества нейропсихологических тестов. Но было более чем очевидно, что он испытывал значительный стресс, а также у него проявлялись признаки депрессии. Я пришел к выводу, что у пациента не было когнитивного расстройства и что стресс и депрессия вызвали невнимательность и забывчивость. Я предположил, что более эффективное управление стрессом и лечение депрессии потенциально улучшат качество его жизни и когнитивное здоровье. Мы с ним встретились примерно через год: после смены работы и консультаций с психоаналитиком проблемы с памятью в основном исчезли. Обнадеживало то, что когнитивные провалы на самом деле были обратимыми. При правильном лечении и более подходящей работе у пациента появились явные улучшения мыслительных навыков в повседневной жизни.

Случай Рона наталкивает на несколько вопросов: как мы описываем наши мыслительные навыки? Что представляет собой наша оценка собственных способностей? Связаны ли ментальные проблемы с измеримыми когнитивными нарушениями или другими факторами, такими как стресс? Как будет понятно далее, то, как мы говорим о наших собственных когнитивных способностях, иногда расходится с тем, что на самом деле происходит (или не происходит) в мозге. Есть также три ключевых аспекта функционирования мозга, которые играют более важную роль в повседневной жизни, чем другие. И мы обсудим это «когнитивное трио» позже в этой главе.

Насколько точно мы описываем наши когнитивные навыки?

У людей в общей популяции часто случаются когнитивные провалы – это часть человеческого бытия. На самом деле, около половины населения планеты сообщают о проблемах с памятью, и по крайней мере треть говорят, что с трудом подбирают нужное слово в разговоре, забывают, где припарковали машину, и теряют ключи. Мы не должны рассматривать эти моменты как проявление провалов в памяти. Напротив, незначительные эпизоды забывчивости – всего лишь свидетельство того, что мы такие же, как все.

В более общем смысле, когда у нас появляются провалы в памяти или проблемы с концентрацией внимания, что на самом деле мы замечаем? Хотите верьте, хотите – нет, но наши так называемые когнитивные жалобы связаны с целым рядом различных переживаний и наблюдений. Во-первых, мы можем обнаружить возрастные когнитивные изменения, которые, хотя и раздражают и потенциально огорчают, являются совершенно нормальными. Другая возможность заключается в том, что мы замечаем реальные когнитивные изменения, которые обнаруживаются при проведении сложных нейропсихологических тестов. Другими словами, если бы я заметил, что в повседневной жизни становлюсь все более забывчивым, вполне возможно, что измерения когнитивных функций показали бы, что у меня есть настоящие проблемы с памятью или другие нарушения. Однако важно отметить, что когнитивные провалы довольно слабо связаны с фактическими результатами объективных тестов, поэтому нейропсихологи, такие как я, должны учитывать и другие факторы.