Джон Кабат-Зинн – Выход из депрессии. Спасение из болота хронических неудач (страница 38)

Если мы усвоим такое отношение и будем в этот самый момент позволять мыслям восприниматься в осознавании такими, какие они есть, то в следующий момент времени наши отношения с ними изменятся. Таким образом, мы можем освободиться от их запутывающего, искажающего, вредного действия.

Джейд всегда считала, что уменьшить разрушительный эффект своих мыслей она может, только анализируя их (она это называла «погружаться в анализ»). Затем во время какого-то периода практики она вдруг поняла: «Весь этот анализ, который я пытаюсь проделать, он вовсе не делает ситуацию не такой ужасной, вот так вот о ней раздумывая. Он делает ее куда ужасней!»

Философствование и анализ не работают, если плохое настроение уже активировалось. Помнить, что мысли — это «просто мысли», — вот более мудрая стратегия.

Во время медитативной практики направленного внимания Джейд улавливала проблески возможной свободы, которая приходит, когда мы способны отойти от идентификации себя со своими мыслями, свободы, которая наступает, когда мы покоимся в осознавании, наблюдая, как мысли в нашей голове приходят и уходят, подобно облакам (или даже подобно ураганам). Она уловила проблеск той силы, которая возникает, если не принимать ситуации так близко к сердцу тогда, когда они на самом деле являются нейтральными событиями и вряд ли несут в себе абсолютную истину. Открыв для себя это, Джейд освободилась от необходимости все анализировать. Она увидела, что, пытаясь добраться до сути вещей, можно слишком легко потеряться в бесконечных лабиринтах воспоминаний и тревог.

«На самом деле просто принимать все — это может быть не так страшно, как углубляться в анализ, — пояснила она. — Для меня это совершенно новая идея: принимать это, возможно, полезнее, чем анализировать».

Дружите с мыслями и чувствами

Распознавать автоматические негативные мысли среди других мыслительных паттернов очень полезно. Когда мы настраиваемся на них и рассматриваем их такими, какими они являются, мы получаем еще одну возможность разрушить замкнутый круг депрессии — разбить всю цепочку, ударив под другим углом. В то же время эти мысли — это лишь верхушка айсберга. Верхушка может быть полезна, предупреждая нас о большом скрытом массиве. Но если мы хотим избежать угрозы со стороны целого айсберга, то, может быть, не особенно полезно концентрироваться исключительно на верхушке. Если мы уничтожим верхушку динамитом, то новая часть айсберга поднимется над поверхностью. И если мы желаем безопасно ходить на судне в районе айсберга, нам стоит представлять размах скрытой части, а не рулить, избегая только того, что мы видим.

Хотя наши мысли очевидным образом влияют на наши чувства, мысли сами по себе происходят от лежащих глубже, менее осознаваемых чувств: от основы айсберга. Эти чувства могут сохраняться на краю сознания еще долго после того, как отдельные негативные мысли, порожденные ими, возникли, пронеслись в голове и исчезли. Поэтому после того как мы признали имеющиеся мысли умственными событиями, обычно полезно спуститься на уровень ниже и поработать с непосредственно ощущаемым телесным опытом — с чувствами, которые мы получаем от неприятных впечатлений (такими как чувство гнева), а также с физическими ощущениями (такими как напряжение в плечах). Чтобы это сделать, мы как можно лучше привносим нежное и восприимчивое осознавание к каждому аспекту ощущающихся нами эмоций, используя для этого медитативные практики из главы 7. Мы можем замечать изменения мгновение за мгновением — например, трансформацию чувства гнева в душевное страдание, затем — в более мягкое чувство грусти. Мы вернемся к этому способу проработки в главе 9 и в главе 10.

Ключ пробуждения от уз страха в том, чтобы перейти от своих умственных повествований к непосредственному контакту с ощущениями страха — сжатия, давления, жжения, дрожи… На самом деле повествование — пока мы остаемся осознанными и не застреваем в нем — тоже может быть полезным выходом непосредственно на исходный страх. Пока ум будет продолжать генерировать мысли о том, чего мы боимся, мы можем рассматривать эти мысли такими, какими они являются, и снова и снова спускаться глубже, чтобы соединиться с чувствами в своем теле.

Исследование своих мыслей и чувств особенно непросто, когда наши мысли относятся к болезненным прошедшим событиям или к текущим незавершенным делам, которые, как кажется, требуют немедленного действия. В таких случаях кажется, что чувства имеют реальную власть над нами. Эффективная реакция — это не игнорировать их, а смотреть на них ясно, с осознаванием. Когда мы даем им приходить и уходить, мы можем свободно выбрать, какие мысли подходящие и даже здравые и мудрые, каких мыслей слушаться, в какие верить и, возможно, действовать на их основе. А какие — просто признать бесполезными и дать им уйти.

Выполняя эту работу, мы учимся тому, насколько важно привносить направленное внимание в те моменты, когда мы обнаруживаем присутствие негативных мыслей и чувств. В такие моменты очень заманчиво немедленно переключить внимание, как только мы обнаруживаем, что мысли или чувства неприятны, и вернуть фокус своего внимания обратно в убежище дыхания. Но лучше будет подождать некоторое время, чтобы привнести в них дух мягкого интереса и любопытства, исследовательского осознавания: «А, вот вы где; давайте-ка посмотрим, кто вы такие». При этом мы не только вырабатываем новое отношение к ним, рассматривая их уже исключительно как преходящие умственные события. Мы также в гораздо большей степени знакомимся с содержанием повторяющихся сообщений. Более того, эти чувства открытости, любопытства и исследования будут способствовать пробуждению в разуме и в мозгу стратегии приближения. Это само по себе будет прямо противодействовать стратегии избегания и поэтому поспособствует дальнейшему успокаивающему влиянию и, таким образом, не даст нам запутаться и быть унесенными своими собственными грезами.

Ясное рассмотрение своих мыслей как умственных событий особенно непросто, когда они относятся к болезненным событиям в прошлом или когда мозг говорит нам, что это наши первоочередные незаконченные дела.

Когда мы идентифицируем свои повторяющиеся мысленные паттерны и даем им имя — это один из способов помочь себе увидеть «магнитофонные записи в голове» такими, какими они являются. Распознавание их в тот момент, когда они запускаются, позволяет нам сказать: «О, я знаю эту запись; это моя запись “Я полный неудачник” или моя запись “Я никогда не буду счастлив”. Это не обязательно выключит ее, и даже если выключит, она, скорее всего, вернется. Разница в том, как мы к ней относимся: воспринимаем ее как факт, с которым практически ничего не поделаешь, или воспринимаем ее как в высшей степени условную и неточную, воспроизводящуюся в голове «запись», которая будет продолжать беспокоить нас, пока не «сядут батарейки» и она сама по себе не остановится.

Удивительно, что в области ума эта остановка может произойти естественным образом, без какого-либо принуждения или борьбы, тогда, когда мы способны видеть, понимать, что происходит, ясно и с принятием себя. Именно с пониманием приходят это освобождение и эта остановка. Это важнейшая характеристика осознавания и ясного видения. Она формируется и остается с нами благодаря практике направленного внимания; этот дар мы можем подносить себе снова и снова. Да, дисциплина тут важна, но сама по себе эта дисциплина является весьма ценным подарком, который мы можем сделать сами себе. В этой дисциплине проявляется желание смотреть и действительно видеть.

За пределами мыслей и чувств: безграничное осознавание

До этого момента мы описывали практики медитации направленного внимания одну за другой так, как им последовательно учат на нашей программе направленного внимания: осознавание вкуса; осознавание дыхательных движений; осознавание телесных ощущений лежа и во время растягиваний, движений и ходьбы; осознавание приятных, неприятных и нейтральных чувств; осознавание звуков и — в завершение — осознавание мыслей и эмоций. Каждая из этих практик предписывает нам особым образом многократно фокусировать свое внимание на определенных аспектах нашего опыта. При этом мы постепенно развиваем свою способность быть внимательными, развиваем навыки, которые могут освободить нас от несчастья и депрессии.

Все эти различные, уже опробованные нами практики развивают осознавание по отношению к определенным объектам внимания. Все они высвечивают различные аспекты наших жизней и нашей внутренней обстановки. Но эти деления довольно условны; осознавание, которое мы развивали, одно и то же, на чем бы мы ни фокусировались: на вкусе, на телесных ощущениях или на чувствах и мыслях.

Следующая практика объединяет все эти отдельные линии тренировки направленного внимания и открывает то, что они на самом деле являются элементами одного непрерывного целого. Это практика «безграничного осознавания». Итоговая расширенная практика, которую мы сейчас представим. А в следующей главе мы обсудим, как наше развитие навыков направленного внимания может быть перенесено из учебных и защищенных условий в более сложную для практики естественную обстановку повседневной жизни. Именно там наша нужда в этих навыках наиболее острая, и именно там они могут быть наиболее полезны.