Валерий Антонов – Путь Хайдеггера. Том 27. Путеводитель по GA 98 (страница 13)
Мышление есть способ (Weise) всех способов.
Мыслящие суть указующие указатели (gewiesenen Weiser) такого указывания (Weisens). Произрастание (Gedeihen) в основательное (Gediegene) — из события (Ereignen).
(С. 26. Пункт 40)
Ход (Gang) в близость (Nähe) — долго обдуманный (lang bedacht). (35).
Мышление остается далеким как от умного и серьезного и даже настойчивого (drängenden) притязания общественности на непосредственное продвижение (Förderung) и помощь, так и далеким от разбирательства (Auseinandersetzung) с публичными ходячими и господствующими явлениями (Erscheinungen), далеким даже от непосредственной понятности (Verstehbarkeit) для якобы и мнимо (vermeintlich) осведомленных (Unterrichteten).
Эта даль (Ferne) необходима, несмотря на мировую катастрофу (Welt-Katastrophe). (44).
Только при такой дали ход в близость приходит в движение (Be-wegung) своих путей.
Такая даль не есть основа (Grund) возможности хода в близость, но уже следствие (Folge) ее событийного приближения (ereignenden Nahens).
Мышление при-водит-в-движение (be-wegt) человеческое существо в раз-личие (Unter-Schied).
При-водить-в-движение (Be-wegen): подготовляя путь (Weg bereitend), приводить на путь (auf den Weg bringen).
При-ведение-в-движение (Be-wegen) же событийствовано (ereignet) из раз-собственности (Enteignis) мира. Путь в себе есть тропа (Pfad) и ход (Gang).
| Совершать (Begehen) тропу | ср. 47
Мышление при-водит-в-движение (be-wegt) человека в его существо. Но это «существо» есть событие (Ereignis) раз-личия (Unter-Schiedes), в охранение (Wahrnis) которого человек со-собственен (vereignet).
При-ведение-в-движение (Be-wegen) однако ничего не производит (bewirkt); оно готовит тропу и приводит в ход. — Но приготовление и приведение есть щажение (Schonen) свободного (Freye) в способе (Weise) всех способов, в способе сказывания мира (Sage der Welt). (47).
При-ведение-в-движение (Be-wegen) есть содействующее (Bei-ständige) оставления (Lassens). (20).
При-водящее-в-движение (be-wegende) мышление событийствовано (ereignet) из раз-личия (Unter-Schied). (47).
(С. 26–27. Пункт 41)
Соседство (Nachbarschaft) одиноких (Einsamen): за-пас (Vor-rat) тайны (Ratsals).
Немногое (Weniges), но существующее (Wesendes).
С точки зрения представляющего воздействия (Wirkens) в предметно-действительном (Gegenständig Wirklichen), при-водящее-в-движение мышление выглядит повсюду только так, как будто оно манипулирует (hüterе) словами языка. Но этот вид сказывания (Sagens) и есть при-ведение-в-движение (Be-wegen); нужно, правда, оставить представляющее воздействие и разыскать (aufgesucht) и посетить (besucht) при-водящее-в-движение оставление (Lassen). (20).
(С. 27. Пункт 42)
Роковой (fatale) способ (Verfahren), принимать всё основательно-своеобразное (bodenständig Gediegene) только так, что его исторически объясняют (erklärt) и выводят (ableitet), проистекает (entspringt) из врожденного отвращения (Widerwillens) ко всему внезапно-событийствованному (jäh Ereigneten) и в себе плодоносящему (Fruchtenden). Часто это также неспособность (Unvermögen) противостоять (sich zu stellen) чему-то основательному и выносить (austragen) его загадку (Rätsel). Тогда держатся за что-то привычное (Geläufige) и исторически известное, в мнении, что это и есть испытанное (erfahren).
Отвращение к основательно-своеобразному есть спасательный якорь (Rettungsanker) всех бесплодных (unfruchtbaren) духов. Из этого они делают себе дух (Geist) поспешно-догоняющего (übereilt hinterherlaufenden) и тем самым превосходящего (überlegen scheinenden) всезнайства (Besserwissens). Это отвращение разрушает (zerstört), когда оно вторгается во всё и вся, всякий рост (Wachstum). Способ этого отвращения тем временем развит в большое и разлагает (zersetzt) всякое выросшее отношение (Verhältnis) к сущему. Это отвращение есть воля общественности, которая, скрытая от самой себя, укрепить (zu verfestigen) забытость истины бытия в крайнюю безусловность. В этой воле хочет себя сама уклончивость (Verweigerung) Бытия (Seyns). (38). Как эта воля существует (west) присутствие (Anwesen) присутствующего (Anwesenden), которое событийствует всякую репрезентацию (Repräsentation) и опредмечивание (Vergegenständlichung).
(С. 27–28. Пункт 43)
Без опоры (Anhalt) в охранении (Wahrnis) Бытия (Seyns) совершается бегство (Flucht) в произвольно хватающее (Wegreifende) сущего.
В судороге (Krampf) принуждения (Verzwingung) беспочвенных (grundloser) вспоможений (Aushilfen) возникает видимость (Anschein) спасений.
Всюду это последние обломки (Trümmer) кончины (Verendung) метафизики, которая пытается снова подняться еще с помощью исторического самопознания (Selbstkenntnis). Черты запустения (Verwahrlosung).
Тоскливое (fades) неудобство (Unbehagen) подкрадывается к духу, когда он замечает, что его хотят снова уговорить к публичным речам. — Риторика (Rednerei) и писательство (Schriftstellerei) принадлежат в запустение.
Но мы всюду неуклюжи (unbeholfen) в попытке удержать сказывание различия в законе (Gesetz) тишины.
«Полевая тропа» (Feldweg) была написана в пасхальные дни 1949 года в хижине (Hütte).
Мировая катастрофа говорит, что целое (Ganze) сущего из Бытия (Seyn) и как оно
Существо техники и с ним господство обеспечивающей (sich sichernden) правильности (Richtigkeit) всего сущего как устойчествленной (beständigte) предметности выставляет себя в своей общественности как истина (Wahrheit) и есть, увиденное и испытанное в охранении Бытия, заблуждение (Irre) полного запустения.
«Наука» — как техническая организация обеспечения (Sicherung) безопасности (Sicherheit) правильности представления внутри производства.
Воля к абсолютной системе в абсолютной метафизике и существо техники. О «системе» ср. S.S. 36.
Как ре-презентация (Re-praesentation) предметного (Gegenständigen) и противостоящего (Aufständigen) учреждает (richtet ein) общественность как соразмерное ей открытое (Offene)?
44. О мощи тишины и различении способности и мочь
В способности (Vermögen) существа покоится мощь (Macht). Здесь способность понимается не как психологическая или антропологическая характеристика — не как умение делать что-либо. Речь идёт о способности как принадлежности к существу (Wesen), т. е. к тому, что́ и как нечто есть в своём событийном измерении. Существо само есть событие, а не застывшая сущность. Когда говорится, что в способности существа покоится мощь, это означает: мощь не приходит к существу извне — ни как насилие, ни как господство над другим, — но произрастает из самой укоренённости существа в событии. Мощь здесь — не власть (Herrschaft) и не потенциал к действию; это собранная сила (gesammelte Kraft) быть тем, что́ ты есть, не прибегая к внешнему утверждению.
В событии (Ereignen) покоится мочь (Mögen) способности. Мочь — это не воля и не желание; это то измерение, в котором способность не вынуждена проявляться, но может свободно быть или не быть. Мочь (Mögen) родственна возможности (Möglichkeit), но не как логической возможности, а как событийной разрешённости: событие «может» способность — т. е. отпускает (entlässt) её в её собственное существо, не принуждая к действию. Мочь способности есть дар события.
Мощь тишины (Macht der Stille). Тишина здесь — не отсутствие шума, но то измерение, в котором всякое существо может пребывать в себе, не будучи вынужденным высказываться, доказывать себя, производить следствия. Тишина не есть немота; она есть собранность языка в его истоке — там, где слово ещё не прозвучало, но уже готово прозвучать, или, напротив, уже прозвучало и возвращается в свою сокровенность. Мощь тишины не действует; она дарует способность быть. Это самая высокая и самая неприметная из всех мощностей, ибо она никогда не становится observable, никогда не фиксируется в качестве причины или основания.
Примечание «v = verbal» указывает на то, что слово «Wesen» (существо) здесь мыслится не как субстантивное существительное (сущность, essentia), но глагольно — как длящееся событие (währen, wesen). Существо не есть то, что́ нечто есть; оно есть то, как нечто пребывает в событии. Соответственно, способность (Vermögen) и мочь (Mögen) также следует понимать глагольно: не как обладание свойством, но как свершение. Мощь тишины — это не власть, которую тишина имела бы над шумом; это сама событийность тишины, в которой всё сущее может впервые прийти к покою, а значит — к себе.
В эпоху господства действия (Wirkens) и производимости (Herstellbarkeit) мощь тишины остаётся незамеченной. Там, где всё измеряется следствиями и успехом, тишина кажется бессилием. Но именно в этом кажущемся бессилии таится возможность поворота (Kehre): когда шум производства и публичности достигает своего предела, тишина может впервые стать слышимой как то, что не может быть произведено, но что одно только и способно хранить существо вещей.
(С. 29. Пункт 45).
Мировая катастрофа, судьбоистинную (geschickliche) правду (Wahrheit) которой мы едва подозреваем (ahnen), вероятно, содержит в себе повод (Anlaß) для возможности (Gelegenheit) человека вернуться (einzukehren) в бедность (Armut) своего существа в Бытии (Sevi). Такое возвращение (Einkehr) событийствуется (ereignet sich) только в повороте (Kehr) забытости Бытия (Sevi).