Валерий Антонов – Путь Хайдеггера. Том 1. Путеводитель по GA 1–9 (страница 28)

· Божественное познание — это intuitus originarius (изначальное созерцание), которое в самом созерцании создает сущее. Это чистое созерцание, не нуждающееся в мышлении.

· Мышление как таковое есть печать конечности. Конечность человеческого познания должна быть понята прежде всего из конечности присущего ему созерцания.

§ 5. Сущность конечности познания Конечное созерцание — это intuitus derivativus (производное созерцание), то есть не творческое, а приемлющее (hinnehmend). Оно должно быть аффицировано тем, что ему дается. Человеческое созерцание является «чувственным» (sinnlich) не потому, что осуществляется через органы чувств, а наоборот: органы чувств необходимы потому, что наше существование (Dasein) конечно, вверено уже существующему сущему и поэтому должно его принимать. Так Кант впервые получает онтологическое (а не сенсуалистическое) понятие чувственности.

Поскольку конечное созерцание привязано к единичному, чтобы стать познанием, оно нуждается в определении этого единичного «как того-то и того-то» через общее. Это определение осуществляется в мышлении, в суждении. Так суждение (предикативная синтеза) служит созерцанию, делая его «понятным». Единство мышления и созерцания, в котором сущее становится открытым, Хайдеггер называет веритивной синтезой.

Конечность проявляется и в том, что может быть познано. Конечное познание имеет дело только с явлением (Erscheinung) — с самим сущим, как оно показывает себя конечному существу. Различие между «явлением» и «вещью в себе» — это не различие двух объектов, а различие в отношении к одному и тому же сущему. Для конечного познания сущее дано как предмет, но его бытие «в себе» (как «возникающее» для абсолютного созерцания) остается принципиально сокрытым.

§ 6. Источник обоснования метафизики Кант говорит о «двух основных источниках души»: чувственности (рецептивность) и рассудке (спонтанность). Но тут же он делает примечательную оговорку: возможно, оба этих «ствола» человеческого познания «произрастают из одного общего, но неизвестного нам корня». Хайдеггер видит в этом указание на то, что обоснование метафизики должно двигаться в направлении этого неизвестного корня, то есть изначального единства.

II. Способ раскрытия истока § 7. Предначертание стадий обоснования онтологии. Хайдеггер формулирует центральный парадокс конечности: как конечное существо, которое не создает сущее, а зависит от него, может заранее, до всякого опыта, познавать его бытийную конституцию (онтологический синтез)? Это требует, чтобы конечное существо в каком-то смысле обладало «творческим» созерцанием. Исходя из этого, Хайдеггер выделяет пять стадий обоснования:

1. Элементы сущности чистого познания.

2. Сущностное единство чистого познания.

3. Внутренняя возможность сущностного единства онтологического синтеза.

4. Основание внутренней возможности онтологического синтеза.

5. Полное сущностное определение онтологического познания.

§ 8. Метод раскрытия истока Метод — это «аналитика» в широком смысле, но не как разложение на элементы, а как «распускающее высвобождение зародышей» онтологии. Это «само-через-разум-выведение-на-свет» того, что разум производит из себя самого; это своего рода генезис сущности конечного чистого разума.

Б. Стадии проведения наброска внутренней возможности онтологии.

Первая стадия: Элементы сущности чистого познания.

a) Чистое созерцание в конечном познании. § 9. Прояснение пространства и времени как чистых созерцаний Пространство и время не являются ни эмпирическими представлениями, ни дискурсивными понятиями. Пространство — это представление единого, бесконечно данного целого, которое предшествует своим частям и делает их возможными. Это чистое созерцание (repraesentatio singularis), которое в самом акте созерцания «дает» свой предмет. Эта «изначальность» чистого созерцания сближает его с intuitus originarius.

§ 10. Время как универсальное чистое созерцание. Время имеет приоритет перед пространством. Хотя оно является формой внутреннего чувства, оно опосредованно становится «формальным условием a priori всех явлений вообще». Дело в том, что все представления как состояния души протекают во времени, а значит, и то, что в них представлено (в том числе и пространственное), также опосредованно причастно времени. Этот приоритет времени указывает на его более глубокую укорененность в субъекте и делает его ведущим элементом в формировании трансценденции.

b) Чистое мышление в конечном познании. § 11. Чистое рассудочное понятие (notio) Понятие — это «рефлектированное» представление, возникающее из акта рефлексии — усмотрения единства, общего для многого. Эмпирические понятия получают свое содержание из опыта. Но должны существовать и чистые понятия (notiones, conceptus dati a priori), содержание которых не заимствуется из опыта, а дано a priori в самом рассудке. Это рефлектирующие, а не рефлектированные понятия. Их содержание — это сами изначальные единства, которые делают возможным акт соединения (синтеза) в рефлексии.

§ 12. Notiones как онтологические предикаты (категории). Кант выводит систему чистых рассудочных понятий (категорий) из таблицы суждений. Хайдеггер признает, что критика этого выведения имеет основания, но указывает, что она бьет мимо цели. На данной стадии категории рассматриваются изолированно, как элемент познания. Их полная сущность как онтологических предикатов еще не может быть раскрыта, ибо она заключается в их связи с чистым созерцанием. Таблица суждений — это лишь «путеводная нить», а не «источник» категорий.

Вторая стадия: Сущностное единство чистого познания.

§ 13. Вопрос о сущностном единстве чистого познания Изолированное рассмотрение элементов выявило их сущностную взаимопринадлежность. Чистая мысль без созерцания пуста, чистое созерцание без мысли слепо. Их единство не может быть внешним «склеиванием», оно должно быть изначальным «синтезом». Речь идет о чистой веритивной синтезе.

§ 14. Онтологический синтез Этот синтез Кант описывает как «действие» — прохождение, схватывание и соединение многообразного. Это «действие» есть синтез способности воображения (Einbildungskraft) — «слепой, хотя и необходимой функции души». В этом сущностном единстве различаются три компонента:

1. Многообразное чистого созерцания.

2. Синтез этого многообразного способностью воображения.

3. Понятия, которые придают этому синтезу единство (собственно, категории). Способность воображения здесь выступает как структурная «середина», в которой встречаются чистая синопсия (созерцание) и чистая рефлектирующая синтеза (мышление). Кант говорит о «тождественности» функции, которая дает единство и суждению, и синтезу в созерцании. Это означает их структурную взаимопринадлежность.

§ 15. Проблема категорий и роль трансцендентальной логики Хотя созерцание первично, обсуждение проблемы единства познания происходит в «Аналитике понятий», то есть в рамках трансцендентальной логики. Это происходит потому, что конечность мышления делает необходимым рассмотрение его связи с созерцанием. Однако это не умаляет роли созерцания, а подводит к необходимости найти еще более изначальную основу для их единства. Ориентация на логос (ratio) в обосновании метафизики имеет глубокие исторические корни.

Третья стадия: Внутренняя возможность сущностного единства онтологического синтеза.

Это и есть задача трансцендентальной дедукции категорий. Хайдеггер подчеркивает, что следует понимать ее не как юридический вопрос о правомерности (quaestio juris), а как аналитическое раскрытие основной структуры чистого синтеза, то есть трансценденции.

§ 16. Прояснение трансценденции конечного разума как основная цель трансцендентальной дедукции Дедукция призвана показать, как конечное существо может заранее «дать себе» горизонт для встречи с сущим. Это «пред-поставление» (Gegenstehenlassen) горизонта предметности есть действие чистого рассудка, который предписывает правила единства всему, что может встретиться. Рассудок есть «способность правил». В этом акте рассудок открывает свою высшую, но в то же время и глубочайшую конечность: он сам зависит от данности того многообразного, которое он должен упорядочить. Его «господство» есть служение.

§ 17. Два пути трансцендентальной дедукции. Кант описывает два пути, ведущих навстречу друг другу:

1. Первый путь («сверху вниз»): От чистого рассудка к созерцанию. Исходит из трансцендентальной апперцепции — «чистого, изначального, неизменного сознания» «я мыслю». Это «я мыслю» есть представление единства, которое делает возможным всякое предстояние предмета. Но это представление единства «предполагает или включает в себя» синтез, осуществляемый способностью воображения. Следовательно, трансцендентальная апперцепция сущностно связана с чистой, продуктивной (трансцендентальной) способностью воображения, а через нее — со временем.

2. Второй путь («снизу вверх»): От эмпирического созерцания к чистому рассудку. Показывает, что даже в простом восприятии мы встречаем сущее не как хаос, а как связанное многообразие. Сама эта связность («аффинность явлений») не дана в ощущениях, а заранее «образуется» (bildet) все той же трансцендентальной способностью воображения в горизонте времени. Это формообразование связи с необходимостью отсылает к единству, пред-ставляемому в трансцендентальной апперцепции.