Валерий Антонов – Путь Хайдеггера. Том 1. Путеводитель по GA 1–9 (страница 29)

На обоих путях в центре оказывается трансцендентальная способность воображения как «образующая середина», связующая чувственность и рассудок.

Четвертая стадия: Основание внутренней возможности онтологического познания.

Это ядро всей «Критики чистого разума» — учение о схематизме.

§ 19. Трансценденция и осмысление (Versinnlichung) Горизонт трансценденции (чистое «противостояние») должен быть не только помыслен, но и «воспринят», то есть предложен созерцанию как чистый вид (Anblick). Это осмысление горизонта, осуществляемое способностью воображения.

§ 20. Образ (Bild) и схема (Schema) Хайдеггер разъясняет разницу на примере дома. Восприятие конкретного дома дает нам его единичный «вид». Но мы можем увидеть в нем и то, «как выглядит дом вообще», — некий круг возможных видов, который регулируется правилом. Представление о способе этого регулирования, о процедуре создания образа, Кант называет схемой в отличие от самого образа. Схема — это не образ, а «представление об общем методе, которым способность воображения доставляет понятию его образ».

§ 21. Схема и схема-образ. То, что возникает в этом схематическом пред-ставлении, есть схема-образ (Schema-Bild). Он не является адекватным «отображением» понятия, а представляет собой саму возможность явленности правила в созерцании. Так, пять точек «.....» — это схема-образ числа пять.

§ 22. Трансцендентальный схематизм. Чистые рассудочные понятия (категории) не могут иметь эмпирических образов. Их схемами должны быть чистые определения времени (transzendentale Zeitbestimmungen). Например, схемой категории субстанции является «постоянство реального во времени». Время, как чистое созерцание, само является «чистым образом». Схематизм «вписывает» категории во время, и они впервые становятся доступными для созерцания как горизонт предметности. Трансцендентальный схематизм есть «истинное и единственное условие» трансценденции.

§ 23. Схематизм и подведение (Subsumtion). Хайдеггер предостерегает от упрощенного понимания схематизма как простого «подведения» явлений под категории. В онтологическом познании речь идет об изначальном «образовании» (Bildung) самих категорий как категорий, то есть как онтологических предикатов. Схематизм — это изначальное образование понятий.

Пятая стадия: Полное сущностное определение онтологического познания

§ 24. Высший синтетический основоположение как полное сущностное определение трансценденции. Высший основоположение всех синтетических суждений гласит: «Условия возможности опыта вообще суть в то же время условия возможности предметов опыта». Хайдеггер выделяет ключевое «в то же время» (zugleich). Оно выражает сущностное единство структуры трансценденции: акт «выхода-к...» (предоставления предмету стоять-напротив) одновременно формирует и сам горизонт предметности. Трансценденция имеет экстатически-горизонтный характер.

§ 25. Трансценденция и обоснование metaphysica generalis. Онтологическое познание формирует «чистый горизонт», который предстает как предмет вообще = X. Этот «трансцендентальный предмет» не есть сущее, это «ничто» (Nichts), чистый горизонт. Онтологическое познание не «схватывает» этот X как объект, а удерживает его открытым как ненавязчивый горизонт, внутри которого только и может встретиться сущее. Онтологическая истина — это открытость горизонта бытия, которая делает возможной онтическую истину (открытость сущего). Кант фактически преобразует metaphysica generalis в трансцендентальную философию, которая является «изначальной истиной».

Третий раздел: Обоснование метафизики в его изначальности.

Теперь Хайдеггер ставит вопрос об изначальности самой кантовской процедуры обоснования. Задача — проследить, не возвращался ли сам Кант к тому «неизвестному общему корню», о котором он говорил вначале.

А. Эксплицитная характеристика основания, заложенного обоснованием. § 26. Образующая середина онтологического познания как трансцендентальная способность воображения. Анализ стадий обоснования показал, что основанием является трансцендентальная способность воображения. Это не эмпирическая способность из антропологии (простое воспроизведение или комбинирование образов). В антропологии она — предмет эмпирический. А здесь она — чистая, продуктивная, трансцендентальная способность. Она «образует» (bildet) не образы сущего, а сам чистый вид предметности вообще. Именно это делает ее основанием онтологии.

§ 27. Трансцендентальная способность воображения как третья основная способность. В ходе обоснования Кант неоднократно говорит не о двух, а о трех изначальных источниках души: чувство (Sinn), способность воображения (Einbildungskraft) и апперцепция (Apperzeption). Это противоречит его же исходному тезису о двух стволах. Хайдеггер полагает, что Кант здесь приблизился к пониманию того, что способность воображения — это не просто посредник, а именно тот самый неизвестный общий корень, из которого вырастают оба ствола.

Б. Трансцендентальная способность воображения как корень двух стволов. Задача — показать, как чистое созерцание и чистое мышление укоренены в способности воображения, а не просто связаны ею.

§ 28. Трансцендентальная способность воображения и чистое созерцание. Чистое созерцание пространства и времени есть «изначальное представление» — оно само дает себе свой предмет, «производит» его. В этом заключается его сущностная характеристика как exhibitio originaria. Но именно это и есть сущность чистой способности воображения. То, что созерцается в чистом созерцании, есть ens imaginarium — продукт воображения, а не чувственно воспринятое сущее. Чистое созерцание есть, таким образом, модус чистой способности воображения.

§ 29. Трансцендентальная способность воображения и теоретический разум. Чистое мышление также имеет характер «образования» (Bilden). «Я мыслю» — это «я мыслю субстанцию», «я мыслю причинность» и т.д. В этом «я мыслю нечто» изначально осуществляется схематизирующее пред-ставление единства во времени. Чистая апперцепция есть спонтанное формирование горизонта единства, что есть акт способности воображения. Более того, чистый разум как «способность идей» также есть модус этого чистого «образования» целостности. Чистое мышление — это не только спонтанность, но и рецептивность, ибо оно принимает закон, который само же себе дает. И эта рецептивная спонтанность и есть сущность трансцендентальной способности воображения.

§ 30. Трансцендентальная способность воображения и практический разум. То же самое Хайдеггер показывает и для практического разума. Чувство уважения (Achtung) к моральному закону — это не просто эмоция. В нем я приемлю закон, который сам же свободно и даю. Это «себя-самому-себя-подчинение» и одновременно «возвышение себя к себе самому». Это и есть чистое практическое самосознание, в котором закон и действующее «я» открываются нетематически. Уважение как моральное чувство есть способ, которым конечное разумное существо есть самость. И эта структура — единство рецептивности и спонтанности — вновь отсылает к трансцендентальной способности воображения.

§ 31. Изначальность заложенного основания и отступление Канта перед трансцендентальной способностью воображения Хайдеггер утверждает, что Кант отступил перед этим открывшимся ему бездонным основанием. Во втором издании «Критики» он перерабатывает трансцендентальную дедукцию, лишая способность воображения самостоятельности и передавая ее функции рассудку. «Синтез» из «действия души» становится «действием рассудка». Причины этого отступления, по Хайдеггеру:

1. Господство традиции: В западной метафизике ratio и логос всегда обладали приоритетом. Возвышение «низшей» способности воображения до корня разума переворачивало эту иерархию.

2. Растущее влияние проблемы свободы и личности: Чистый, спонтанный, свободный разум как основание моральной личности требовал очищения от всего «чувственного», каким по традиции считалось воображение.

3. Двойственность задачи: Кант различал «объективную» и «субъективную» стороны дедукции. Первая раскрывает горизонт предметности. Вторая же должна раскрыть «сам чистый рассудок по его возможности». Кант осознавал необходимость субъективной дедукции (углубления в изначальные «познавательные силы»), но поставил ее как несущественную для его главной цели. В результате, субъективность субъекта осталась у него в рамках традиционных представлений, что и помешало принять воображение как корень.

В. Трансцендентальная способность воображения и проблема человеческого чистого разума. Теперь Хайдеггер ставит вопрос: достаточно ли этого основания (трансцендентальной способности воображения) для того, чтобы определить конечное существо человеческого субъекта в его единстве?

§ 32. Трансцендентальная способность воображения и ее отношение ко времени. Поскольку чистое созерцание есть способность воображения, а универсальное чистое созерцание — это время, то корень способности воображения следует искать во времени. Способность воображения изначально связана со временем: она есть способность отображения (Abbildung) (настоящее), воспроизведения (Nachbildung) (прошлое) и предвосхищения (Vorbildung) (будущее). Чистое созерцание времени само оказывается возможным только как этот тройственный акт воображения. Следовательно, способность воображения не существует «во» времени, а сама образует время, дает ему возникнуть. Трансцендентальная способность воображения есть изначальное время.