Валерий Антонов – Путь Хайдеггера. Том 1. Путеводитель по GA 1–9 (страница 16)

C. Предварительное понятие феноменологии. Феноменология для Хайдеггера означает: λέγειν τὰ φαινόμενα = ἀποφαίνεσθαι τὰ φαινόμενα: давать увидеть то, что себя кажет, так, как оно себя кажет от самого себя. Это формальный смысл исследования, называющего себя феноменологией. Речь идет о «самих вещах». Термин «феноменология», как он его трактует, сообщает лишь о «как» (Wie) выявления и способа рассмотрения. Феноменологический феномен, в его понимании, есть бытие сущего. Поскольку же бытие — это всегда бытие сущего, то для его высвобождения требуется прежде правильное подведение самого сущего. Содержательно феноменология, следовательно, — это наука о бытии сущего, то есть онтология. Для данной задачи, утверждает он, нужна фундаментальная онтология, тематизирующая оптико-онтологически отмеченное сущее — присутствие (Dasein). Методический смысл феноменологической дескрипции есть истолкование (Auslegung). Λόγος феноменологии присутствия имеет характер ἑρμηνεύειν (толкования), через который присущему присутствию пониманию бытия сообщается подлинный смысл бытия и основные структуры его собственного бытия. Таким образом, феноменология присутствия есть герменевтика (Hermeneutik) в исходном значении этого слова, означающего дело истолкования. Она также является герменевтикой в смысле разработки условий возможности всякого онтологического исследования и, наконец, в специфическом смысле — аналитикой экзистенциальности экзистенции. Бытие как основная тема философии, согласно его позиции, — не род сущего, но касается всякого сущего. Бытие — это transcendens как таковое (das transcendens schlechthin). Трансценденция бытия присутствия — особенная, поскольку в ней заключена возможность и необходимость самой радикальной индивидуации. Всякое раскрытие бытия как этого transcendens есть трансцендентальное познание. Феноменологическая истина (Erschlossenheit von Sein) есть veritas transcendentalis. Философия для него есть универсальная феноменологическая онтология, исходящая из герменевтики присутствия. Понимание же феноменологии заключается единственно в том, чтобы схватить ее как возможность.

§ 8. План трактата. Вопрос о смысле бытия, по характеристике Хайдеггера, — самый универсальный и пустой; но в нем же заключена возможность его собственной острейшей конкретизации на отдельном присутствии. Разработка вопроса разветвляется для него на две задачи, согласно которым трактат делится на две части:

· Первая часть: Интерпретация присутствия во временности и экспликация времени как трансцендентального горизонта вопроса о бытии.

o Раздел 1: Подготовительный фундаментальный анализ присутствия.

o Раздел 2: Присутствие и временность.

o Раздел 3: Время и бытие.

· Вторая часть: Основные черты феноменологической деструкции истории онтологии по путеводной нити проблематики темпоральности.

o Раздел 1: Учение Канта о схематизме и времени как предступень проблематики темпоральности.

o Раздел 2: Онтологическое основание «cogito sum» Декарта.

o Раздел 3: Трактат Аристотеля о времени как discrimen феноменальной базы и границ античной онтологии.

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ПРИСУТСТВИЯ ВО ВРЕМЕННОСТИ И ЭКСПЛИКАЦИЯ ВРЕМЕНИ КАК ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНОГО ГОРИЗОНТА ВОПРОСА О БЫТИИ.

Первый раздел Подготовительный фундаментальный анализ присутствия.

В разделе, как заявляет Хайдеггер, должна быть высвобождена фундаментальная структура присутствия: бытие-в-мире (In-der-Welt-sein). Это «Apriori» интерпретации присутствия есть исходно и постоянно целая структура. Рассматриваются ее конститутивные моменты:

· Мир в его мирности (гл. 3).

· Бытие-в-мире как со-бытие и самобытие (гл. 4).

· Бытие-в как таковое (гл. 5). На основе их анализа дается предварительное указание на бытие присутствия, экзистенциальный смысл которого есть забота (Sorge) (гл. 6).

Первая глава Экспозиция задачи подготовительного анализа присутствия.

§ 9. Тема аналитики присутствия Сущее, анализ которого предстоит, констатирует Хайдеггер, есть всегда мы сами. Бытие этого сущего всегда мое. Оно относится к своему собственному бытию. Из этого, по его выводу, следует: 1. «Сущность» этого сущего лежит в его «иметь быть» (Zu-sein). Что-бытие (essentia) должно пониматься из его бытия (existentia). Для бытия этого сущего избирается титул экзистенция (Existenz). 2. Бытие, о котором идет речь, всегда мое. Присутствие не может быть понято онтологически как случай или экземпляр рода наличного сущего. К присутствию принадлежит всегда-моё (Jemeinigkeit), делающее возможными модусы собственности (Eigentlichkeit) и несобственности (Uneigentlichkeit). Присутствие, как он подчеркивает, всегда есть своя возможность; оно может себя выбирать, терять или лишь «казаться» обретенным. Аналитика присутствия должна выявить его в его индифферентном «ближайшим образом и большей частью» (zunächst und zumeist). Эта индифферентность повседневности есть позитивный феноменальный характер. Он называет эту повседневную индифферентность усреднением (Durchschnittlichkeit). Бытийные черты присутствия, определяющиеся из экзистенциальности, суть экзистенциалы (Existenzialien). Они строго отделены им от бытийных определений не-присутствиеразмерного сущего, называемых категориями. Этим сущим соответствуют два разных способа первичного спрашивания: сущее есть «кто» (экзистенция) или «что» (наличность). Экзистенциальная аналитика присутствия, по его твердому убеждению, лежит до всякой психологии, антропологии и биологии.

§ 10. Отграничение аналитики присутствия от антропологии, психологии и биологии Хайдеггер обращается к историко-философскому контексту, отмечая, что Декарт, открыв cogito sum, исследовал cogitare ego лишь в определенных границах, но оставил sum совершенно неразобранным. Аналитика, по его замыслу, ставит онтологический вопрос о бытии sum. Важно показать, что подход от изолированного «Я» и субъекта упускает феноменальный состав присутствия. Всякая идея «субъекта», поясняет он, онтологически предполагает подход от subjectum (ὑποκείμενον). Он намеренно избегает терминов «жизнь» и «человек» для обозначения этого сущего. У Дильтея тенденция к пониманию бытия присутствия, по его наблюдению, проявляется в его вопросе о «жизни», хотя «жизнь» как способ бытия онтологически не становится проблемой. Интерпретации личности у Гуссерля и Шелера, как он считает, не проникают в измерение вопроса о бытии присутствия. Традиционная антропология, утверждает он, несет в себе: 1) греческую дефиницию человека как ζῷον λόγον ἔχον (разумное живое существо), где бытие понимается как наличие; 2) теологическую путеводную нить (человек как образ Божий), где бытие Бога и конечное бытие толкуются средствами античной онтологии. Оба эти истока, по его оценке, забывают о вопросе бытия этого сущего. То же касается психологии и биологии. Жизнь есть свой собственный способ бытия, доступный лишь в присутствии через привативную интерпретацию. Присутствие, делает он вывод, не есть жизнь плюс еще нечто.

§ 11. Экзистенциальная аналитика и интерпретация примитивного присутствия. Он предупреждает, что интерпретация присутствия в его повседневности не тождественна описанию примитивной ступени присутствия. Ориентация на жизнь примитивных народов может иметь позитивное методическое значение, так как «примитивные феномены» часто менее сокрыты. Но этнология, по его оценке, сама уже предполагает достаточную аналитику присутствия как путеводную нить. Позитивные науки, замечает он, не могут и не должны «ждать» онтологической работы философии. Формальное отграничение онтологической проблематики от оптического исследования легко, но проведение экзистенциальной аналитики сопряжено с трудностями. Она требует, по его мнению, разработки идеи «естественного понятия мира», ибо синкретическое всесравнение и типизация не дают сущностного познания. Для упорядочения картин мира нужна эксплицитная идея мира вообще.

Вторая глава Бытие-в-мире вообще как основоустройство присутствия.

§ 12. Предварительное очерчивание бытия-в-мире из ориентации на бытие-в как таковое Для Хайдеггера бытие-в-мире — это единый феномен, допускающий тройственную перспективу:

1. «В-мире»: онтологическая структура «мира» и идея мирности.

2. Сущее, которое есть способом бытия-в-мире: вопрос «кто?» в повседневности.

3. Бытие-в как таковое.: онтологическая конституция самой «внутреннести» (Inheit).

Бытие-в, разъясняет он, не означает пространственного отношения «внутри» наличных вещей, а происходит от «innan-» (жить, обитать, пребывать). «Бытие-в» есть формальное экзистенциальное выражение бытия присутствия, имеющего сущностное устройство бытия-в-мире. «Бытие при» мире, в смысле погружения в мир, есть экзистенциал, основанный на бытии-в. Это не «совместное наличествование» (Beisammen-vorhanden-sein) вещей. Соприкосновение, по его мысли, возможно только благодаря бытию-в, раскрывающему мир. У присутствия, как он уточняет, есть своя фактичность, называемая фактичностью (Faktizität), которая онтологически отлична от фактического наличия вещи. Многообразие способов бытия-в имеет характер озабочения (Besorgen). Титул «озабочение» употребляется им как онтологический термин (экзистенциал) для обозначения бытия возможного бытия-в-мире, потому что бытие самого присутствия должно стать зримым как забота (Sorge). Присутствие, настаивает он, никогда не есть «сначала» свободное от бытия-в сущее, затем вступающее в отношение к миру.