18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Уильям Шекспир – Гамлет (страница 6)

18

От короля норвежцев Фортинбраса.

Норвежца жег честолюбивый зуд,

А Гамлет в здешнем мире слыл героем,

Он зарубил врага. А перед тем

По всем законам рыцарского права

Противники скрепили договор:

Жизнь потерял – теряешь часть владений.

Конечно, равной долею земель

И наш король сопернику ручался,

Осиль на поединке Фортинбрас.

Но тот погиб – и свой залог утратил,

А Гамлет – приобрел. И вот теперь

Забунтовал наследник Фортинбраса,

И именем, и норовом – в отца:

Бурлит в юнце металл, не ставший слитком.

Акулью хватку обнаружил принц:

Набрал в глуши сорвиголов да голи,

За харч готовой и в любой огонь, –

Пустому животу закон не писан.

Все донесенья сходятся в одном:

Отец терял, как сказано, а отпрыск

Железным кулаком велит вернуть.

Вот, думаю, откуда сборы наши,

И патрули, и толки про войну,

Вся лихорадка, бьющая страну.

БЕРНАРДО:

Сдается мне, что так оно и есть.

А то с чего бродить дозором, в латах,

Зловещему подобью короля,

Который эту распрю нам накликал?

ГОРАЦИО:

Пусть мошка, – а зрачок души тревожит…

А вот когда кичился славой Рим,

Не ведая, что завтра рухнет Цезарь,

Могилы пустовали без жильцов,

А мертвецы стонали в переулках.

Земля в косматом пламени комет

Кровавою росою исходила.

Вещало беды солнце. На Луну,

Светило влаги, двигатель Нептуна,

Тьма пала хворью, будто в Судный День.

Теперь подобный знак земля и небо

Послать решили к датским рубежам,

Гонцом судьбы, прологом близких бедствий,

Чтоб нас и всю страну предостеречь.

(Возвращается Призрак.)

Вернулось! Ну, пускай испепелит,

А закрещу дорогу. Призрак, стой!

Какой тебе ни дан бы звук ли, голос, –

Ответь мне!

Какое дело доброе тебе

Вернет покой, а мне послужит к чести?

Ответь мне!

Какая ждет страну твою судьба,

И можно ли, узнав, ее избегнуть?

Ответь!

Какой ты клад в земной утробе скрыл?

Кто о казне, знать, в жизни пекся строго,

И в смерти ищет к золоту дорогу?

(Поет петух.)

Стой! Говори! Марцелл, не выпускай!

Стой, сказано!

МАРЦЕЛЛ:

Мне что – бить алебардой?

ГОРАЦИО: