Ричард Шварц – Внутренние семейные системы. Принципы и методы подхода от основателя IFS-терапии (страница 15)
Как только часть смогла показать, когда в прошлом клиента она подхватила иррациональное убеждение или эмоцию, последние внезапно начинали казаться гораздо менее иррациональными. Учитывая то, что произошло с клиентом, вполне логично, что он думал или чувствовал именно это всё время. Каким-то образом часть моего клиента продолжала нести в себе идеи, эмоции и ощущения из тех ранних эпизодов, хотя прошло много лет и человек больше не был в такой ситуации. Словно эти части моих клиентов застряли в прошлом, в ужасном времени и то, что произошло тогда, для этих частей всё еще оставалось реальным или возможным. Также казалось, что эти части по-прежнему несли в себе старые послания о себе и мире. Многие клиенты почувствовали облегчение, став свидетелями историй своих частей. Много лет они были сбиты с толку тем, что казалось их разуму навязчивыми идеями, страхами, стремлениями или взглядами на мир. Теперь они понимали причины этих чувств, убеждений и поведения.
Однако еще важнее была реакция частей на то, что они наконец ощутили себя понятыми. Как будто они много лет пытались рассказать свои истории, но никак не могли дозвониться. Казалось, всё, что им было нужно, – чтобы человек сам понял, что произошло, и оценил, насколько это было плохо. И тогда многие части тут же преобразились. Клиенты сообщали, что образ и восприятие их частей изменились. Словно часть освободилась от бремени, которое, подобно компьютерному чипу или проклятию, управляло ее существованием. Многие стали радостными, как будто освободились от оков. Сбросив бремя, многие части просто захотели поиграть, потанцевать или отдохнуть. Удивительно, но другие взяли на себя роль, противоположную прежней. Например, критик Ани хотел стать болельщиком, который поощрял бы ее делать всё, что в ее силах. Наблюдение за этими трансформациями частей клиентов привело меня к пониманию частей как полноценных внутренних личностей, которые сопровождают нас в жизни, оказывая всевозможные ценные услуги. Некоторые из них молоды и полны невинности, благоговения и восторга. Они придают устойчивость нашему существованию, помогая нам играть, творить, расслабляться и наслаждаться близостью. Другие хорошо разбираются в ситуациях и людях. Подобно ценным консультантам, они умеют планировать и решать проблемы. Третьи привносят настойчивость в преодолении трудностей и силу, чтобы противостоять вызовам. Некоторые из них очень сексуальны, другие больше заинтересованы в художественных удовольствиях.
Это похоже на то, как если бы внутри каждого из нас была компания людей разного возраста, темперамента и талантов, которые, когда они не обременены прошлым или не ссорятся друг с другом, могут помочь в любой деятельности. Если наши внутренние семьи взаимодействуют гармонично, часть, обладающая определенным талантом, выйдет вперед, когда этот талант понадобится, а другие отступят. Например, я работал со спортсменами, помогая им найти часть, обладающую исключительным спортивным мастерством, чтобы во время выступлений она могла входить в их тело надежно и последовательно, а не время от времени. Моя спортивная составляющая настолько эффективна отчасти потому, что я не беспокоюсь о том, что кто-то думает о моей игре, поэтому могу включиться в процесс и минимально беспокоиться о результате. Однако такая непроницаемость бесполезна, когда я мирюсь со своим партнером после ссоры. В этом контексте всё идет хорошо, когда проявляются мои части, чувствительные к тому, как я влияю на других, и непроницаемый спортивный парень отступает.
В идеале ваше «Селф» присутствует при каждом действии и взаимодействии, а соответствующие части находятся рядом, предлагая рекомендации, сочетая свои эмоции или способности с «Селф», а иногда полностью завладевая вашим телом. В этом идеальном сценарии какая-то часть действительно берет верх только с разрешения «Селф», а не отвечает за автоматическую реакцию «вмешаться и защитить». Порой очень весело полностью воплощать игривые части, а иногда и исцелять, давая полное выражение скорбящим частям. Таким образом, когда человеком руководит его «Селф», он не оторван от мира, а эмоции всегда в состоянии покоя. Он жадно пьет из горько-сладкого источника жизни, сохраняя самообладание.
Если вы похожи на меня, то вы далеки от этого идеала. Есть несколько сложных ситуаций, в которых я почти всегда могу сохранять контроль над «Селф», и другие, когда мне это дается с трудом, и третьи: например, когда моя спутница жизни злится на меня, я обычно теряю самообладание. Ее гнев запускает те части меня, которые застряли в разных моментах моего детства и несут на себе сильное бремя страха, стыда, ярости или ненависти к себе. Когда какая-либо из этих частей расстраивается, это может затопить мое сознание до такой степени, что мое «Селф» временно затуманивается и я думаю, чувствую и действую как эта часть. Это очень мрачные времена для меня, поскольку я не могу видеть дальше безнадежности и ограниченной перспективы этих частей, меня подавляют их эмоции. Я становлюсь маленьким мальчиком, боящимся отцовской порки или материнского выговора и уверенным, что мои отношения с ними безвозвратно разрушены. Я тону в море чувств и не ощущаю никакого «Селф» во время шторма. К счастью, с тех пор как я исцелил некоторые части, эти эпизоды больше не длятся так долго, мое «Селф» всплывает на поверхность быстрее, чем раньше. Хотя темные ночи в моей душе стали короче, они все равно неприятны. В зависимости от того, какая часть берет верх, я могу замкнуться и надуться или наброситься на партнершу в словесной контратаке. Я могу потерять всякую мысль о своей любви к ней в водовороте гнева и обиды и начать задаваться вопросом, зачем я вообще был с ней. Мои части неизбежно активизируют ее части, и начинается гонка.
Учитывая, как много частей могут вмешиваться в нашу жизнь и заставлять нас чувствовать себя ужасно, вполне логично, что мы хотели бы избавиться от них. Трудно увидеть какую-то ценность во внутреннем голосе, который постоянно ругает вас, или в страхе внутри, который заставляет вас замыкаться в себе. Эти части обладают такой разрушительной властью над нами, что естественно ненавидеть их и бороться с ними. Я не прошу вас смириться со своей депрессией или научиться справляться с внутренним критиком. Я предполагаю, что, если вы будете относиться к какой-либо части иначе, она сбросит свое разрушительное бремя и превратится во что-то ценное. Как бы трудно ни было в это поверить, даже самая дьявольская из них – хорошая часть, которой навязали плохую роль. Я никогда не встречал части, которая бы мне в итоге не понравилась. И я встречал нескольких неприятных личностей: одни хотели убить моего клиента, другие растлевали детей. Даже эти, казалось бы, внутренние демоны, к которым подходили с непредвзятым любопытством, раскрывали факторы, заставившие их играть эти роли, и их стыд за то, что они сделали. Даже самые экстремальные части со временем преобразились.
Что происходит с людьми, когда они начинают реорганизовывать свою внутреннюю систему и учатся руководить «Селф»? Некоторые клиенты по-новому смотрят на свою жизнь и испытывают то, что поэт Дэвид Уайт называет формой «внутреннего шока от ценников»[19]. Они осозна
Однако для многих других клиентов изменения в их внешней жизни менее драматичны. Они находят способы обогатить или замедлить жизнь, которую они уже ведут. Они часто добавляют творческие начинания, время на природе, новые отношения или волонтерскую деятельность, основанную на служении, и вычитают то, что было сделано в первую очередь для того, чтобы успокоить или отвлечь от их боли и стыда. У них снижается одержимость достижениями, деньгами, компьютерами, тайм-менеджментом и внешним видом, и они движутся к желанию просто быть с людьми или с собой. Они более плавно преодолевают ухабы на каменистой дороге жизни, от которых раньше их шатало, поскольку теперь у них, похоже, лучшие амортизаторы.
Некоторым клиентам внутренняя работа позволяет по-новому оценить ситуацию, вместо того чтобы уходить от партнеров или занятий, которые они когда-то обвиняли в своих неурядицах. Когда эти клиенты наконец прислушиваются к тому, что им действительно нужно, выясняется, что дело не в другом супруге, работе или теле. Простое принятие тех их частей, которые застряли в темных лесах психики, рассеивает тучи, окутывавшие их души. По мере того как их восприимчивость к себе повышается, они могут принимать те стороны своих партнеров, которые напоминают их изгнанников. Пожизненные влечения и навязчивые идеи испаряются, и они чувствуют себя более присутствующими в своей жизни, потому что их в буквальном смысле становится больше.
Что значит большее присутствие в своей жизни? Рассмотрим такую запись из дневника клиента. Холли – мать-одиночка, у нее есть сын Джош и две дочери.