Ричард Грант – Дорога, которой нет на карте (страница 28)

Не растаявший.

На тёплом линолеуме.

И только тогда я понял, что боюсь.

На следующий день я почти забыл про этого парня.

Проснулся на вокзальной лавке с затёкшей шеей. Сидел и вспоминал, где оказался.

Достал фотографию.

23:10.

Не сегодня.

Надпись оставалась на месте.

Я пошёл обратно к магазину.

Днём он выглядел хуже.

Грязные окна. Пивная реклама. Ящики возле стены.

За кассой сидела другая женщина.

— Вчера ночью тут парень сигареты покупал.

— Ну и?

— Где он?

Она пожала плечами.

— Не знаю.

— Молодой. В рабочей куртке.

— У нас половина города в рабочих куртках.

Я вышел.

Возле урны валялась пачка сигарет.

Та самая.

Я поднял её в перчатке.

Ничего.

Ни тепла руки.

Ни страха.

Ни памяти.

Пусто.

Такого раньше не было.

Даже самая дешёвая вещь что-то хранила.

Пот.

Боль.

Случайная мысль.

А эта пачка была совершенно пустой.

На ней не осталось человека.

Я долго стоял с ней в руке.

И выбросил обратно.

К вечеру я понял, что не могу вспомнить его лицо.

Вообще.

Только куртку.

Мелочь в ладони.

Дым.

Лица не было.

Через несколько месяцев я увидел её снова.

Северный город.

Железная дорога проходила прямо через центр, и по ночам дома дрожали от товарных поездов.

Я таскал ящики на рынке у армянина по имени Самвел.

Он был шумный.

Живой.

Постоянно смеялся.

Называл меня братом.

Совал мандарины в карманы.

— Ты худой слишком, — говорил он. — Так нельзя жить.

Вечером мы сидели в подсобке и ели горячую картошку.

Тогда мне даже показалось, что мир ещё можно выдержать.

Снег пошёл после обеда.

Тяжёлый.

Мокрый.

Люди засуетились.

Я нёс ящик с апельсинами и почувствовал его.

Чистый снег.

Пустое поле.

Тишина.

Она стояла возле старого киоска с ключами.