Павел Смолин – Директор автобазы 1988 (страница 3)

— Сколько уже за воротами?

— У диспетчера уточним. Часть на подходе, водители получают документы.

— А двадцать две исправные чем заняты?

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Почему двадцать две?

— Посмотрим, сколько выйдет. Показывайте пока готовые, которые остались.

— Павел Николаевич, исправность и выпуск — показатели разные. Люди болеют, заявки меняются…

— Я здесь начальником эксплуатации работал. Помню.

До назначения я в основном занимался колонной между заводом и районными стройками. Общую картину Кочетов показывал в удобном ему объёме. А я, молодой, стеснялся задавать слишком простые вопросы.

Мы вернулись во двор.

У ворот мастерской стоял ЗИЛ с поднятым капотом. Рядом слесарь пил из алюминиевой кружки. Сазонов повёл меня мимо, но я остановился.

— Бортовой номер?

Слесарь назвал.

Я нашёл его в приложенном списке.

— Готов?

— Почти.

— Заведи.

Слесарь посмотрел на начальника эксплуатации. Потом поставил кружку на верстак, подошёл к машине и зачем-то заглянул под капот.

— Аккумулятор сейчас поставим.

— Ставьте. Потом к выпускному механику. Следующая где?

Мы дошли до заднего ряда.

Здесь асфальт кончался. Колёса стояли в грязи, из-под кузовов торчали пучки травы. На ступеньке одного грузовика лежал размокший окурок. Другой подпирали деревянные колодки.

Возле голубого ЗИЛа Сазонов остановился.

— Этот после ремонта. Обкатка осталась.

Я посмотрел на переднее колесо, потом нагнулся к промежутку между кабиной и кузовом.

Под машиной было необычно просторно.

— А коробку вы куда обкатывать отправили?

Сазонов молчал.

Я присел ниже. Коробки передач действительно не было. Снизу торчал грязный край картера.

— Она в агрегатной, — сказал Сазонов.

— Машина тоже туда собирается?

Позади кто-то кашлянул. Я оглянулся. Слесарь с кружкой шёл следом, теперь он изучал крышу соседнего грузовика.

— Машину уберите из готовых, — сказал я. — И людей от работы не отрывайте. Чай допили — к своей.

Слесарь исчез.

Я расправил лист на крыле. Сазонов потянулся забрать его.

— Перепечатаем. Тут по пятнице сведения попали.

— В пятницу коробка стояла?

— Это у механиков надо спросить.

— Спросим. Лист пока у меня.

Я сложил его вчетверо и убрал в карман.

Главного механика мы нашли в агрегатной.

Лапин стоял у стола, на котором лежала разобранная коробка передач. Снятая крышка блестела маслом. По краю стола были разложены детали, и к одной привязали картонку с номером машины.

Я задержался в дверях.

Последний раз Виктора Егоровича я видел на открытии нового ремонтного корпуса. Уже старый, он ходил между верстаками и спрашивал, зачем нам такой дорогой пол, если на него всё равно будут ронять железо.

Сейчас он был крепкий, седой только у висков. Рабочий халат застёгнут через одну пуговицу, ворот рубашки засален.

— Доброе утро, Виктор Егорович.

— Здравствуйте.

— Давно эта коробка снята?

Он назвал число. Прошлый четверг.

— Когда поставите?

— Когда будет что ставить.

Я подошёл ближе. Он показал негодную деталь и место, где она работала. Объяснял коротко, глядя на меня, а не на Сазонова.

— Заявка есть?

— Есть.

— Копию мне. Не сейчас, после. Какие машины можно довести сегодня?

Лапин вытер руки ветошью.

— Если я скажу три, мне к вечеру пять нарисуют.

— Скажите по каждой, что нужно.

— Я в пятницу говорил.

Сазонов поправил папку под мышкой.

— Виктор Егорович, новый директор знакомится с обстановкой. Давайте без…

— Юрий, подожди.

Я взял с края стола чистый кусок картона.

— Пишем отдельно. Что можете закончить имеющимися силами. Где нужны детали. Где нет людей. Мне не надо, чтобы эта коробка за полчаса выросла обратно.

Лапин некоторое время разглядывал меня. Потом достал карандаш.