Иоганн Гёте – Страдания юного Вертера. Фауст (сборник) (страница 170)
Ворваться смели, как менады пьяные?
Кто вы такие, чтоб орать на ключницу,
Как воют псы на месяц ночью лунною?
Вы думаете, я не распознала вас,
Военных лет отродье, тварь походная,
Заразы плод, заразы передатчицы
И воинов и мирных граждан пагуба?
Вы ненасытной саранчой мне кажетесь,
Обрушившейся на поля и пажити,
Чужих трудов губительницы жадные,
Дешевая статья торговли лагерной.
При госпоже прислуге делать выговор
Есть покушенье на права хозяйские:
Ей надлежит одной хвалить похвальное
И за грехи и промахи наказывать.
Своих прислужниц я довольна службою,
Я многократно верность их проверила,
Когда крепился Илион обложенный,
Когда он пал и лег, осадой сломленный.
Не менее того я в них уверилась
В превратностях бродячей жизни, в плаванье,
Где каждый дорог сам себе, а к ближнему
Бывает равнодушен средь опасностей.
Я жду и здесь от них того же самого,
Поэтому ты замолчи и более
На них не огрызайся незаслуженно.
Хвалю тебя за то, что дом в исправности.
Ты сберегла его в мое отсутствие.
Но я вернулась, отойди же в сторону,
Чтоб похвала не обратилась в выговор.
Корить домашних – это право высшее
Супруги повелителя счастливого,
Которое достойно ею добыто
Домохозяйства долголетним опытом.
И так как ты пришла на место старое
Царицей и хозяйкой, снова признанной,
Возьми бразды правленья и владычествуй,
Богатством завладей и всею челядью.
Но защити, как старшую надсмотрщицу,
Вперед меня от стада этих выскочек,
Которые мне кажутся гусынями
Перед твоей красою лебединою.
С красой уродство рядом как уродливо!
А глупость как глупа в соседстве с разумом!
Хоретиды выходят из хора и, начиная отсюда, отвечают поодиночке.
Жив твой отец Эреб? Жива ль Ночь-матушка?[162]
А как твоя сестрица Сцилла здравствует?[163]
У вас в семье все сплошь такие чудища?
Свою родню меж мертвыми разыскивай.
В сравнении с тобой они так молоды.
С Тирезием седым в аду заигрывай.[164]
Тебе ведь внучкой мамка Орионова?[165]
Тебя отбросами вскормили гарпии.
Чем ты поддерживаешь худобу свою?
Не кровью, до которой ты так лакома.
Ты стала падалью, питаясь трупами.
Вампир зубастый, рот заткни немедленно!
Я твой заткну, назвав тебя по имени.
Скажи, кто ты, и будет все разгадано.
Я перестать велю вам, но не гневаюсь,
А огорчаюсь вашей перебранкою.
Глухой разлад меж преданными слугами
В домохозяйстве самое опасное.
Тогда никто не слушает хозяина,
Все тонет во взаимных пререканиях, 
