Инна Гуляева – Веда очень любит секс (страница 11)

Веда останавливается, снова проверяя мою реакцию.

– Продолжайте, – говорю я, давая ей подтверждение, что я ее слушаю и мне интересно, и я не считаю ее сумасшедшей.

– Вы же не считаете меня сумасшедшей? – спрашивает Веда и лукаво улыбается, вроде дразня меня и пересказывая мой внутренний диалог.

– Нет, конечно, – отвечаю я, пытаясь не реагировать на эти совпадения. Иначе я вообще не сделаю ей сессию, буду все время думать о том, что она может читать мои мысли.

– Что вы чувствуете телесно и эмоционально, когда такое ощущаете? – спрашиваю я Веду.

– Сильную злость и бессилие, – отвечает Веда.

– Какое чувство сильнее? – уточняю я.

– Мне сложно выбрать, мне кажется, что обе эмоции очень сильные. Но ощущение бессилия выматывает меня больше. Мне хочется лечь и ничего не делать.

– Давайте сделаем переработку, – предлагаю я Веде. – Как всегда, смотрите за шариком на видео, похлопываете себя попеременно и говорите по буквам ваше ощущение, в данном случае «б-е-с-с-и-л-и-е».

И мы начинаем переработку.

«Я думал, ты никогда не соберешься, – облегченно выдыхает мой внутренний психолог. – Сегодня ты максимально расфокусирован».

– Мое бессилие рождает чувство злости, которая перерастает в ярость, – говорит Веда после первого сета. —Мне хочется наброситься на мою подругу и забрать то, что принадлежит мне и что она забрала без спросу!

– Когда вы впервые испытали такое чувство? – спрашиваю я Веду.

Веда думает и удивленно смотрит на меня:

– Когда сестра взяла мои игрушки и начала ими играть, не давая мне играть в них. Вы хотите сказать, что я испытываю такую ярость к сестре, а не к подруге?

– Скорее всего, – подтверждаю я догадки Веды, отмечая, насколько она быстро осваивает механизм EMDR терапии. – Давайте сделаем следующий сет. Говорите «я-р-о-с-т-ь».

– Это странно, – задумчиво произносит Веда после следующего сета. – Я вдруг осознала, что я чувствую ярость, потому что я считаю себя слабой и не имеющей возможности справиться с жизнью. И чтобы никто не заметил моей слабости, я скрываю ее под яростью. Но так как я женщина и не «должна» показывать ярость, а «должна быть милой», я скрываю и свою ярость.

Чтобы все это скрыть – и свою слабость и свою ярость, – я ем и покрываюсь лишним весом, он якобы помогает мне скрывать мою слабость. Но так как лишний вес у многих ассоциируется с проявлением слабости и отсутствием силы воли, получается, что я странным образом пытаюсь скрыть свою слабость, демонстрируя ее.

Я не слишком запутанно объясняю?

Я зачарованно смотрю на эту умнейшую женщину. Она так легко распутывает внутреннюю запутанность. Обычно, чтобы увидеть такие взаимосвязи, у клиентов уходит по пять-десять сессий, а она это сделала на втором сете.

– Нет, мне все понятно, – пытаясь скрыть восхищение, отвечаю я на ее вопрос. – Что чувствуете сейчас?

– Что меня… – Она смотрит на меня, и видно, что принимает определенное решение. – Можно я скажу матом?

Я киваю.

– У меня ощущение, что меня наеб…ют, – отвечает Веда. – Меня научили странной стратегии справляться со слабостью, демонстрируя ее. То есть я рассказываю себе историю, что я не слабая, но мое поведение и тем более мой внешний вид демонстрируют всем, что я слабая. А я как будто отвернулась от этого факта, продолжаю создавать историю внутри себя «я не слабая» и активно гипнотизирую себя. То есть я хожу и думаю, что я не слабая, а веду себя как слабая и всем видно, что я слабая. Но только не мне. Себе я рассказала историю, что другие люди идиоты, не видят очевидных вещей и не могут сделать определенные выводы из моего поведения и внешнего вида.

Мое восхищение Ведой зашкаливает. Она делает за меня мою работу. Возможно, даже я не смог бы так распутать те хитросплетения ее мыслей, как она это делает сама, лучше себя зная.

– Какое чувство вы испытываете, когда ощущаете, что вас…

Я сделал паузу и спросил:

– Могу я повторить за вами?

Веда кивает.

– Какое чувство вы испытываете, когда ощущаете, что вас нае…ли, научив такой стратегии?

– Я чувствую решимость это прекратить. Я больше не хочу пользоваться этой стратегией, – отвечает Веда.

– Через какие легкие и простые действия вы готовы начать это прекращать? – спрашиваю я Веду.

– Я прекращу себя обманывать и приму и свою слабость, и свою ярость, как и другие чувства. И прекращу считать других людей идиотами, ничего не понимающими и не умеющими анализировать и замечать очевидные вещи.

– Веда, вы понимаете, что продолжаете носить в себе ярость, которую испытывали в детстве? Что вам нужно, чтобы эту ярость отпустить? – спрашиваю я Веду и прошу сделать сет со словом «ярость».

– Как будто меня вовсе не станет, если во мне не будет ярости. Я тогда абсолютно беззащитна, – говорит Веда.

– И когда вы полностью беззащитны, то, что это меняет?

– Тогда я позволяю себе создать настоящую защиту.

И когда она произносит это, я чувствую, что покрываюсь мурашками. Я знаю Веду. Я знал ее множество жизней. Любил ее в прошлых жизнях. Это она, снившаяся мне по ночам и нашептывающая мне слова поддержки, когда у меня случилось пограничное расстройство.

«Как мне рассказать тебе все, что было со мной, – с отчаянием думаю я. – Как рассказать так, чтобы ты не сочла меня сумасшедшим?

В этот момент Веда говорит:

– Я все знаю.

Я поднимаю глаза, Веда очень серьезно и пристально смотрит на меня. Я вижу мудрость в этом взгляде, вижу тысячи жизней, что она прожила со мной и без меня.

«Может, пришло время рассказать все ей?» – думаю я…

Глава 8

– Веда, можно с тобой поговорить? – вкрадчиво спрашивает Макс.

«Конечно, можно! Ого, как быстро сработала сессия, – думаю я. – И хотя мой психолог немного странный, так пронзительно смотрел на меня в конце последнего разговора, как будто что-то хотел сказать важное, у меня даже побежали мурашки – мне после его сессий становится намного лучше».

– Да, Макс, я с удовольствием пообщаюсь с тобой, – немного растягивая слова, с улыбкой я отвечаю Максу.

«Как я от него тащусь! От его плавных движений и неспешности! Меня так тянет к нему! – думаю я и сразу же слышу в голове другой голос: – Хм, как много восторгов по такому маленькому поводу – ко мне просто подошел поговорить учитель осознанных танцев».

– Я хотел бы предложить тебе сыграть завтра с утра разминку, как ты к этому относишься? – спрашивает Макс, и у меня в груди все замирает. Конечно, я хочу! Две мои страсти удовлетворятся одновременно – я буду составлять музыкальный плейлист, купаться в море музыки и выбирать наилучшую и больше взаимодействовать с Максом.

– Я с удовольствием подготовлю музыку для разминки, – радостно говорю я.

– Отлично, тогда нам надо обсудить детали. Давай после обеда сядем и обсудим все, – предлагает Макс. При этом он мягко берет меня за руку и томно смотрит в глаза: «Я рад, что ты завтра будешь мне помогать».

Я чувствую тепло, разлившееся по моему телу. Если бы он знал, как он на меня воздействует! Но он, кажется, знает. Но сомневается. Эта смесь скрытой сексуальности и стеснения особенно меня завораживает.

При этом Макс постоянно ускользает от общения. Мне все время хочется его «поймать и зафиксировать», чтобы иметь возможность пообщаться с ним побольше. Но это не получается. Поэтому возможность быть к нему поближе через ассистирование ему на занятии я рассматриваю как прекрасный шанс для дополнительного общения.

Как мне все нравится в Турции! Эти красивейшие горы, нетронутая природа, что удивительно для Турции с ее отелями «все включено». Это место похоже на турбазу – закрытая территория, мало людей, много природы. Я чувствую, как мои тело и психика успокаиваются, сонастраиваются с чем-то природным и целительным для меня. Я так изнервничалась из-за конфликта с мужем и коллегами по танцам, и теперь все это напряжение отпускает меня.

Я много танцую и наслаждаюсь общением, испытываю очень позитивные эмоции. Одновременно танец поднимает целый пласт непривычных мне эмоций – неудобных, неприятных, их хочется замести под коврик, не заметить.

Я начинаю замечать, как я стараюсь в танце произвести впечатление. Как я вообще много уделяю внимания тому, что обо мне подумают люди. Танцую и беспокоюсь о том, как оценят мой танец другие люди. Мне все время кажется, что я излишне сексуально танцую, чересчур развратно, провокативно.

Это отвлекает меня от танца. Часто я закрываю глаза и отворачиваюсь к стене, чтобы все же сосредоточиться на самом танце и попасть в поток.

Это непередаваемое удовольствие – поймать поток и танцевать, отдаваясь музыке и танцу. Я чувствую, как сквозь меня танцует что-то высшее, больше, чем я, наполняя меня божественной энергией.

Иногда после танца мне так хорошо, что я не могу говорить. Мне хочется молчать, чтобы подольше сохранить в себе присутствие высшей силы.

Такие танцы меняют меня. Открывают во мне неведомые силы. Я чувствую в себе изменения, и мне страшно. Иногда кажется, что я могу читать мысли других людей. Иногда я понимаю, что телесно проживаю не свои эмоции, а эмоции людей, находящихся рядом. Я не знаю, что мне с этим делать. Я боюсь рассказать об этом кому-либо, даже своему психологу.

Хотя… Возможно, я наберусь смелости и все же расскажу своему психологу об этом. Он странный, но у меня есть впечатление, что он поймет все, что я расскажу. Впервые встречаю человека, который вызывает во мне такое доверие. Я чувствую, что он примет все мои странности и сможет мне помочь.