И. Каравашкин – Мы открылись! (страница 6)

— Ну... Теперь-то времена другие... — попробовала не согласилась Валя, но тётка не дала ей договорить.

— Ты сперва пополучай в счёт зарплаты десяток бутылок водки, да голодовку проведи. Да поторгуй у метро редкими книгами из личной библиотеки чтобы хлеба купить, а потом уже рассуждай о временах, — пробухтела тётка. — И не говори мне, что у тебя всё под контролем. Я же всё прекрасно вижу. Ты же как двоечница на контрольной, которая шпаргалку припрятала, а достать боится. Я тебе уже сколько раз говорила, узнай, кто у тебя там, пофамильно, в вышестоящих контролирующих организация в муниципалитете, я через своих на них выйду. Может я кого из них сама учила, или их родителей. Или кто-то из моих подруг учил. Невозможно строить коммерцию без знакомств. Жизнь у нас такая, страна у нас так устроена. Это только в твоих учебниках бизнес это идеальный газ, а в жизни всё сложнее.

Валя отвернулась и уставилась в тёмный угол кухни, где сгущались тени:

— Это просто стресс, тётя. Открытие... деньги... если ничего не получится, я...

— Мы это уже обсуждали, — резко оборвала ее Тётя Вера. — Что бы ни произошло, мы выживем. Мы Красновы. Мы, как мой шаманчик поёт — русские, мы идём до конца. Мы выжили в 90-е, пережили дефолт и карантин. И мы переживём массовый ядерный удар. И ещё в наши развалины позвонят соседи с ближайших руин и спросят: у вас тоже телевизор не работает? Всё, закрыли тему. Без работы не останемся. Кому-то же надо готовить двоечников к ЕГЭ, а кому-то номера бронировать в «Октябрьской».

— Дело же не только в деньгах, — прошептала Валя. Чувство вины пожирало её изнутри. Она сидела здесь, пила чай, приготовленный женщиной, которая продала свою дачу, чтобы оплатить мечту Вали, и при этом планировала тайком выскользнуть ночью, чтобы встретиться с мужчиной, который чуть не погубил их обеих.

— И в чём же ещё? — настаивала Вера. — Не уж-то в Максимке? Ты ему отказала?

Валя резко подняла голову:

— Ну тётя, прич чём тут это?

— Да я не про — это, я про свадьбу. Он тебе предложение сделал, а ты — отказала, да? Я же вижу, как он по тебе сохнет.

— Ой, Тётя, ну прекрати ты свои фантазии. Какая ещё свадьба. И так не продохнуть, голова кругом.

— Он парень надёжный, ответственный. А главное — взрослый и самостоятельный, — продолжила Тётя Вера, загибая пальцы. — Башковитый. У него сильные руки. Он смотрит на тебя так, словно ты последняя конфета в буфете.

Она помолчала, разглядывая ногти:

— Как раз такой, какой тебе и нужен, Валя. Он не играет в игрушки. А ты, как я поглядеть, всё о принцах мечтаешь, не надоело? Вот раскрутишь ты свой ресторан, будет он у тебя битком каждый день, кто тебе помогать должен, тётка твоя, что ли, престарелая? Придётся помощника нанимать, потому как руки нужны будут сильные, мужские. А на какие шиши, извини меня, За МРОТ можно только ноги в рот. А так к тебе в пару встанет не просто хороший работник, а по настоящему преданный, да что там — преданный, любящий тебя человек: муж и жена — одна сатана.

— Тётя, ну я прошу тебя, — сказала Валя, и на глаза ей навернулись слёзы. — Ну не начинай всё сначала. Вот раскрутится ресторан, там видно будет.

— Что видно? — наигранно спросила Тётя. — В отличие от этого поскрёбыша (поскрёбышем Тётя называла Артура), Максим лучшее, что у тебя может быть в перспективе. И я даже представить не могу, чтобы он совершил что-то подобное, как этот твой Артур.

— Он — не мой! Он уже три года — не мой. Ну, разошлись мы с ним. Но это между мной и им...

— Ага, между тобой и им. И между твоей тёткой.

— А тебе он что сделал? Тоже мозги пудрил, неоднократно?

— Если бы. Тебе Максим нравится? Только честно?

— Честно? Нравится...

— Вот и выходи за него.

— Как у тебя всё просто.

— А с поскрёбышем у тебя было всё сложно?

— Ну, тогда я ещё не знала, что когда тебя нагло используют, это очень больно. И это...

— Что это? А теперь ты дуешь на воду и собираешься прощёлкать такой шикарный шанс?

— Я не дую. Я ещё не готова. Пока... неготова.

— Так всю жизнь прождёшь своей готовности. Хорошо хоть с твоим Артурчиком разобрались, — Тетя Вера насупилась, ей очень не нравилось, когда младшие не прислушивались к её авторитетному мнению идущему от самого сердца. — Вот, кстати, про полезные знакомства. Вот если бы твоя тётка не была предана своему делу, и не вытянула бы сына Ирины Дмитриевны на золотую медаль, то он не поступил бы на юридический и у нас не было бы никого, к кому можно было бы обратиться за помощью.

— А я и не говорила, что против полезных знакомств, — встал в защитную стойку Валя, готовясь к очередному «нанопедсовету» в исполнении Тети.

Но, тётя вера уже настроилась на «другую волну», и стала вещать про знакомства и их пользу:

— Женечка вообще такой молодец. И все документы нам сделал, и всё проверил. Сколько мы сэкономили, это же не копейки какие-то. И мне он всё справил.

— Что исправил?

— Ты за Максима выйдешь?

— Тетя, что Женечка тебе исправил?

— Да всё исправил. Вот прямо-таки всё-всё-всё.

— А почему я не знаю про это всё-всё-всё? Или я чего-то не понимаю?

— А зачем тебе что-то знать? Была проблема, но она была решена оперативно и квалифицировано.

— Что именно-то было решено? Ну тётя, ты если уж начала говорить, то говори до конца, — потребовала Валентина. — То, что он, кроме того, что меня подставил, ещё и назанимал денег у всех подряд из-за своих замутов наитупейших, я и так знаю. Рассказывай, пожалуйста, про то, чего я не знаю.

— Он подделал подпись и взял кредит и на меня. Только в тёмную. Очень большой кредит, — вздохнула тяжело тётя.

— Это когда это он успел? — изумилась Валентина.

— Да перед самым своим исчезновением. Так сказать, исполнил «дембельский аккорд». Вот тогда-то я про Женьку-то и вспомнила. Позвонила Ирине, так мол и так, мы сами не местные, извините, что за вспоможением обращаемся. Та всё поняла, вошла в положение, вспомнила про то, как я с её Женечкой билась с этим ЕГЭ. Да и он сам не против оказался помочь.

— Даже так? А почему ты мне раньше не сказала?

— А зачем? Ты и так вся на нервах со своим рестораном, а тут ещё этот с такой подставой.

По спине Валентины внезапно пробежал холодок: «Если Артур смог тогда провернуть такое, то что он придумал в этот раз, её ресторан реально в нереальной опасности».

Валентина взглянула на часы. Пора было собираться на встречу с «поскрёбышем».

— Ты чего? На тебе лица нет, — строго спросила Тетя Вера. — Ты не отвлекайся, это уже в прошлом. Сейчас же всё хорошо. И у тебя есть отличный компаньон.

— Да нет, я в порядке.

В сумочке на столике в прихожей зазвонил телефон Вали. В тишине кухни этот звук был похож на выстрел. Валя подпрыгнула и чуть опрокинула чашку с остатками чая.

— Да что ты как сама не своя? — Тётя Вера испуганно посмотрела на неё.

— Я... Прости, — сказала Валя, вскочив и ринувшись прихожую за телефоном.

— Это Максим, да? — хитро прищурившись поинтересовалась тетя.

— Просто... просто поставщик, — солгала Валя, её голос звучал высоко и напряжённо. — Подтверждает заказ.

— В такое время? — Вера подошла к Вале пытаясь заглянуть через ей плечо.

— Ну, я его попросила звонить в любое время, — продолжала импровизировать Валентина, не особенно стараясь, зная прекрасно, что заслуженному педагогу бесполезно рассказывать про съеденную любимой собачкой домашнее задание.

На экране телефона появилось ещё одно сообщение. Вера внимательно посмотрела на телефон, затем подняла взгляд на Валю и прищурилась.

— Валентина, — сказала Вера, и её голос понизился до опасного шёпота. — Что происходит?

Валя застыла, прижав телефон к груди. Воздух между ними искрил от напряжения. Она снова почувствовала себя маленькой девочкой, которую поймали за тасканем конфет из буфета.

— Ничего, — слабо ответила Валя.

— Чушь собачья, — сказала Тётя Вера. Она редко употребляла это слово. Она отобрала у замершей, как кролик перед очковой змеёй, племянницы телефон, и стала рассматривать экран через очки с толстыми линзами.

Валя затаила дыхание. Она не могла её остановить. Если бы она попыталась отобрать телефон сейчас, это было бы признанием вины.

Тётя Вера прочитала сообщение. Её лицо, обычно выражавшее сдержанный стоицизм, побледнело. Губы сжались в тонкую белую линию.

— И как это понимать? — спросила она, протягивая телефон Вале. Её рука дрожала.

Валя, взяв телефон непослушными пальцами, посмотрела на экран:

«Неизвестный номер: Время идёт, Валюша. Уж полночь близится. Вероятность остаться без «Избушки» всё ближе».

Валя почувствовала, как комната закружилась у неё перед глазами.