Джоан Роулинг – Гарри Поттер и кубок огня (страница 104)

– Там был Черный Лорд? И что?

– Седрика убили… Они убили Седрика…

– А потом?

Клац. Клац. Клац. По коридору…

– Они сварили зелье… и он вернул свое тело…

– Черный Лорд вернул себе тело? Он возродился?

– Появились Упивающиеся Смертью… а потом мы дрались на дуэли…

– Ты дрался на дуэли с Черным Лордом?

– Я спасся… моя палочка… сделала что-то непонятное… я видел маму с папой… они вышли из его палочки…

– Заходи сюда, Гарри… заходи, садись… теперь все в порядке… выпей вот это…

Гарри услышал скрежет ключа в замке, почувствовал, как ему в руки суют чашку.

– Выпей… станет лучше… и давай же, Гарри, мне нужно знать в точности, что произошло…

Хмури помог Гарри глотнуть жидкость – горло ожег острый перечный вкус, Гарри закашлялся. Очертания кабинета сразу сделались четче, как и очертания самого Хмури… тот был бледен, как Фудж, и, не мигая, обоими глазами смотрел в лицо Гарри.

– Значит, Вольдеморт вернулся? Ты уверен, что он вернулся? Как он это сделал?

– Он взял кое-что из могилы своего отца, и у Червехвоста, и у меня, – объяснил Гарри. В голове прояснилось, шрам уже не так болел, Гарри хорошо видел лицо Хмури, хотя в кабинете было темно. С далекого квидишного поля доносились визги и вопли.

– Что взял у тебя Черный Лорд? – спросил Хмури.

– Кровь, – сказал Гарри, поднимая руку. Рукав мантии был порван там, куда Червехвост вонзил клинок.

Хмури длинно, с присвистом, выдохнул.

– А Упивающиеся Смертью? Тоже вернулись?

– Да, – кивнул Гарри. – Их очень много…

– Как он с ними обошелся? – тихо спросил Хмури. – Простил?

Но Гарри внезапно вспомнил что-то очень важное. Надо было сказать Думбльдору, надо было сразу сказать…

– В «Хогварце» есть Упивающийся Смертью! Он здесь, у нас – он поместил в Кубок мою заявку и сделал так, чтобы я дошел до конца Турнира…

Гарри попытался встать, но Хмури толкнул его обратно.

– Я знаю, кто этот Упивающийся Смертью, – спокойно произнес он.

– Каркаров? – дико вскричал Гарри. – Где он? Вы его схватили? Его заперли?

– Каркаров? – странно хохотнул Хмури. – Каркаров сбежал сегодня, едва почувствовав жжение Смертного Знака. Он предал слишком многих верных последователей Черного Лорда, он боится встречи с ними… впрочем, сомневаюсь, что ему удастся далеко убежать. У Черного Лорда есть способы выследить врага.

– Каркаров сбежал? Взял и сбежал? Но, значит… это не он положил в Кубок мою заявку?

– Нет, – медленно проговорил Хмури, – нет, не он. Это сделал я.

Гарри расслышал, но не поверил.

– Нет, не вы, – он замотал головой, – вы этого не делали… вы бы не могли…

– Уверяю тебя, это был я, – сказал Хмури, и его волшебный глаз провернулся в глазнице и замер на двери. Гарри понял, что Хмури проверяет, нет ли за ней кого-нибудь. Одновременно Хмури достал волшебную палочку и навел ее на Гарри. – Значит, он простил их, да? – пробормотал он. – Упивающихся Смертью, которые гуляли на свободе? Тех, кто не был в Азкабане?

– Что?

Гарри смотрел на палочку Хмури. Это какая-то дурацкая шутка, больше ничего.

– Я спрашиваю тебя, – раздельно повторил Хмури, – простил ли он мерзавцев, которые даже не пытались его разыскать? Трусов и предателей, которые не нашли в себе смелости пойти ради него в Азкабан? Неверных жалких негодяев, у которых хватило наглости скакать под масками на финале кубка, но которые сбежали, стоило мне создать Смертный Знак?

– Вы создали… о чем вы?..

– Я говорил тебе, Гарри… я тебе говорил… Что я ненавижу на свете, так это Упивающегося Смертью, который разгуливает на свободе. Они отвернулись от моего господина, когда он более всего в них нуждался. Я ждал, что он их накажет. Я ждал, что он будет их пытать. Скажи мне, Гарри, скажи, что он сделал им очень больно… – На лице Хмури вдруг зажглась безумная улыбка. – Скажи, он говорил им, что только я, я один, остался ему верен?.. Готов был пожертвовать собой, лишь бы доставить ему то единственное, чего он желал более всего на свете… тебя…

– Нет, это не вы… это… не могли быть вы…

– А кто поместил в Кубок заявку от твоего имени и от другой школы? Я. Кто охранял тебя от всякого, кто мог тебе навредить и помешать выиграть Турнир? Я. Кто надоумил Огрида показать тебе драконов? Снова я. Кто помог тебе понять, что ты можешь победить дракона только одним способом? Я, я, я!

Волшебный глаз Хмури отвернулся от двери. И вперился в Гарри. Кривой рот раззявился в широкой ухмылке.

– Это было не так-то просто, Гарри, – провести тебя через все эти испытания и не вызвать подозрений. Мне понадобилась вся моя хитрость, чтобы за твоими успехами не проглядывало мое вмешательство. Думбльдор сразу бы заподозрил неладное, если бы ты справлялся слишком легко. Я знал: только когда ты окажешься в лабиринте, причем желательно имея фору, у меня будет шанс отделаться от других чемпионов, расчистить тебе путь. Но, кроме всего прочего, мне приходилось бороться и с твоей тупостью. Второе испытание… вот когда я всерьез опасался, что мы потерпим неудачу. Я следил за тобой, Поттер. Я знал, что ты не разгадал загадку, и мне опять пришлось намекнуть…

– Это не вы, – хрипло возразил Гарри, – это Седрик…

– А кто сказал Седрику, что яйцо надо открывать под водой? Я! Я нисколько не сомневался, что он с тобой поделится. Честными людьми очень просто манипулировать, Поттер. Я был уверен: Седрик сочтет, что обязан отблагодарить тебя за подсказку про драконов, – так оно и вышло. Но даже тогда, даже тогда, Поттер, ты чуть было не умудрился проиграть. Я следил за тобой постоянно… столько часов в библиотеке. Как же ты не догадался, что нужная книга все это время была у вас в спальне? Я подсунул ее тебе под самый нос, я дал ее этому мальчишке, Лонгботтому, не помнишь? «Отличительные свойства волшебных водных растений Средиземноморья». Там ты все прочел бы про жаброводоросли. Я рассчитывал, что ты будешь просить помощи у всех подряд. Лонгботтом тебе сказал бы тут же. Но нет… ты не стал. Твои дурацкие гордость и независимость чуть было не испортили все дело… Что мне оставалось? Я скормил тебе сведения из других невинных рук. На Рождественском балу ты сказал мне, что домовый эльф по имени Добби подарил тебе носки. Я вызвал эльфа в учительскую, чтобы он забрал одежду в стирку. И затеял при нем громкий разговор с профессором Макгонаголл о том, кого возьмут в заложники, и о том, догадается ли Поттер использовать жаброводоросли… Твой маленький друг тут же помчался в личное хранилище Злея, а потом побежал искать тебя…

Палочка Хмури по-прежнему целилась Гарри прямо в сердце. За плечом Хмури, в Зеркале Заклятых, двигались тени.

– Ты так долго болтался в озере, Поттер, – я уж думал, что ты утонул. Но, к счастью, Думбльдор принял твое слабоумие за благородство и решил тебя вознаградить. А я вздохнул с облегчением… И разумеется, сегодня в лабиринте тебе было гораздо легче, чем полагалось. Все потому, что я был рядом. Я патрулировал у стен лабиринта, видел, что происходит внутри, и мог отгонять от тебя всякую нечисть. Я обездвижил Флёр Делакёр. Я наложил проклятие подвластия на Крума, чтобы он покончил с Диггори и освободил тебе дорогу к Призу.

Гарри расширенными глазами смотрел на Хмури. Как это может быть?.. Друг Думбльдора, знаменитый аврор… поймал столько Упивающихся Смертью… какой-то бред…

Туманные тени в Зеркале Заклятых становились четче. За плечом у Хмури Гарри видел три силуэта, и они подходили все ближе. Сам Хмури их не замечал – он не сводил волшебного глаза с Гарри.

– Черному Лорду не удалось тебя прикончить, а он этого так хотел, – прошептал Хмури. – Только представь, как он вознаградит меня, когда узнает, что я сделал это за него. Сначала я дал ему тебя – чтобы возродиться, в тебе он нуждался больше всего, – а теперь я тебя убью. Меня вознесут надо всеми Упивающимися Смертью. Я буду самый близкий, самый дорогой ему человек… я стану ему роднее сына…

Нормальный глаз Хмури выкатился из орбиты, а волшебный по-прежнему сверлил Гарри. Дверь заперта. Гарри понимал, что выхватить палочку не успеет…

– У нас с Черным Лордом, – выкрикнул Хмури, окончательно, видимо, обезумев, – много общего! Например, у нас обоих в жизни не задалось с отцами… не задалось. И мы оба вынуждены вечно страдать от того, что нас назвали в их честь. И оба имели удовольствие… огромное удовольствие… прикончить их во имя Черного Порядка!

– Вы псих, – не удержался Гарри, – настоящий псих!

– Это я-то псих? – не контролируя себя, взревел Хмури. – Это мы еще посмотрим, кто псих! Посмотрим, кто псих, теперь, когда Черный Лорд вернулся, а я подле него! Он вернулся, Гарри Поттер, ты его не одолел… зато сейчас – я одолею тебя!

Хмури поднял палочку, открыл рот, Гарри быстро сунул руку в карман за своей палочкой…

– Обомри!

С ослепительной красной вспышкой, с грохотом и треском дверь кабинета взорвалась…

Хмури отшвырнуло назад, он упал на пол. Гарри, не отведя взгляда оттуда, где только что был Хмури, смотрел теперь в Зеркало Заклятых на Альбуса Думбльдора, профессора Злея и профессора Макгонаголл. Затем обернулся и увидел их же в дверном проеме. Первым, выставив вперед волшебную палочку, стоял Думбльдор.

И в этот момент Гарри постиг, почему про Думбльдора говорят, что он единственный колдун, которого боится Вольдеморт. Невозможно было вообразить взгляда страшнее того, которым Думбльдор пронзал лежащего на полу без сознания Шизоглаза Хмури. Ни следа доброжелательной улыбки, в глазах за очками не посверкивали лукавые огоньки… каждая черточка этого древнего лица горела холодной яростью… от Думбльдора исходила властная сила, он как будто источал жар…