Дэвид Фиделер – Завтрак с Сенекой. Как улучшить качество жизни с помощью учения стоиков (страница 17)

Подготовиться к беде

Если не хочешь, чтобы воин дрогнул в бою, закаляй его перед боем.

Один из приемов, помогающих ослабить воздействие несчастья, который предлагают стоики, называется praemeditatio malorum, «предвосхищение зла». Он заключается в представлении возможных неприятных событий еще до того, как они произошли. Если это событие действительно наступит, вы будете психологически готовы к нему, что существенно ослабит эмоциональный шок. Этот прием помогает не всем и может вызвать тревожность (и тогда от него лучше отказаться), но для многих он оказывается чрезвычайно полезным – в том числе для меня. Собственно, с ним знаком практически каждый из нас – во всех школах проводят учения по пожарной безопасности. Репетиция возможной катастрофы повышает вашу способность сохранить ясность мысли, если такая катастрофа действительно произойдет.

Именно такой совет дает Сенека, описав ужасный пожар в Лугдуне, уничтоживший город:

…все неожиданное гнетет нас сильнее, невиданность прибавляет тяжести бедствиям, всякий смертный, удивляясь, горюет больше. Поэтому ничто не должно заставать нас врасплох. Нужно посылать душу навстречу всему и думать не о том, что случается обычно, а о том, что может случиться[139].

В другом своем письме он выражается еще определеннее: «Так будем считать неизбежным все, что может случиться»[140].

Главная идея «предвосхищения зла» состоит в том, чтобы вкратце отрепетировать любое возможное несчастье – в своем воображении. Это стоическое упражнение подобно тренировке мышц. Как отмечает Сенека, «чего мы ждем задолго, то для нас легче, когда случается»[141]. Кроме того, мы должны предвидеть, что те или иные несчастья непременно встретятся на нашем жизненном пути, потому что «все трудности нашего временного существования – закон природы»[142]. Метод предвосхищения зла восходит к самым первым греческим стоикам, и его применяли все видные римские стоики[143]. Сенека часто упоминает его во многих своих произведениях. Одно из самых известных высказываний на эту тему мы находим в начале «Размышлений» Марка Аврелия, который напоминает себе: «С утра говорить себе наперед: встречусь с суетным, с неблагодарным, дерзким, с хитрецом, с алчным, необщественным. Все это произошло с ними по неведению добра и зла»[144].

Все верно: Сенека и другие стоики понимали, что мир полон неприятных людей. А поскольку столкновение с ними неизбежно, вы должны этого ожидать. Так при встрече с ними вы избежите негативной эмоциональной реакции. Поэтому в следующий раз садясь за руль, напомните себе о возможной встрече с автохамом, не уважающим других водителей. Если это действительно произойдет, вы не удивитесь, а подобно опытному стоику сможете сказать: «Я знал» или «Я ожидал»[145].

Мой собственный опыт успешного применения метода praemeditatio malorum связан с моим маленьким сыном Бенджамином. Вскоре после его рождения я купил дом в Сараеве. Он был очень хорош, но деревянная лестница на третий этаж, где находились спальни, оказалась очень крутой и опасной. Как говорят у нас, в Соединенных Штатах, она «не отвечала нормам». Если бы Бенджамин свалился с этой лестницы, он мог бы просто убиться.

Стремясь уберечь сына от беды, я решил действовать поэтапно. Первым делом были приняты все разумные меры предосторожности, чтобы избежать беды. После покупки дома я установил на лестнице перила, сделав ее безопаснее для всех. (Просто невероятно, что там не было перил!) Во-вторых, я поставил на верхней площадке деревянные ворота с замком. Мы запирали замок на ночь, чтобы никто случайно не свалился с лестницы. И наконец, я наклеил фрикционную ленту на узкие и скользкие ступени, чтобы создать трение и сделать их хоть немного безопаснее.

Это все, что я мог сделать, но лестница оставалась опасной. Поэтому следующим шагом было обучение. Каждое утро, когда Бенджамин вместе с мамой спускался по лестнице, чтобы идти в школу, я говорил ему: «Бенджамин, обязательно держись за перила». Он отвечал: «Ладно!» – и следовал моему совету. Я и сегодня напоминаю ему об этом.

И последний этап – практика praemeditatio malorum. Проблема была серьезной, и поэтому я представлял, как Бенджамин падает и получает травму. Если такое произойдет, я должен быть психологически готов. (То есть не поддаваться панике, как моя жена, когда наш сын упал с горки в детском саду и ударился головой.) Я также представлял, как я буду реагировать на его падение с лестницы – в зависимости от полученных травм.

Это упражнение не назовешь приятным, но я рад, что выполнял его, поскольку однажды, в шестилетнем возрасте, Бенджамин действительно упал с лестницы. К счастью, он уже успел спуститься почти до конца и не получил серьезных травм, а просто испугался. Регулярные стоические упражнения помогли мне спокойно реагировать на эту неприятность – с озабоченностью, но без паники. Не было ни шока, ни удивления, поскольку я ожидал, что рано или поздно это может случиться.

Анализ будущих несчастий, практикуемый стоиками, очень похож на технику, известную в современной психологии как экспозиционная терапия, помогающая людям осознать и преодолеть свои страхи. Суть метода заключается в экспозиции пациента к источнику тревоги или фобии, но постепенно, маленькими дозами. Со временем экспозиция усиливается – до тех пор, пока страх полностью исчезнет или значительно ослабнет. Экспозиционная терапия может иметь разные формы, например контакт с источником страха только в воображении. Эта разновидность экспозиционной терапии, используемая современными психологами, в точности соответствует практике стоиков древности.

Уильям Б. Ирвин в своей последней книге «Стоическое испытание» (The Stoic Challenge) указывает еще на одно неожиданное достоинство метода «предвосхищения зла»: он помогает преодолеть гедоническую адаптацию. Пример гедонической адаптации: вы покупаете новую красивую вещь, которая вас радует, но со временем привыкаете к ней, и удовольствие от владения ослабевает. Возможно, вы даже воспринимаете ее как обыденную. Сенека, будучи тонким психологом, не раз описывал это распространенное явление в своих трудах. «Разве ты не понимаешь, – вопрошал он, – что привычка ослабляет действие любой вещи?»[146]

Я живу в своем доме пять лет и уже не так восхищаюсь им, как сразу после покупки. Но если я буду упражняться в «предвосхищении зла» и представлять, что дом уничтожен пожаром или землетрясением, то снова почувствую радость от того, что со временем стал воспринимать как само собой разумеющееся. Точно так же стоики советовали регулярно напоминать себе, что ближайшие родственники и друзья когда-нибудь умрут – возможно, даже завтра. Так заложено природой, но размышления об этом помогут ослабить эмоциональный шок, когда близкие действительно нас покинут. В этом есть и позитивная сторона: напоминание о неизбежной смерти помогает нам не воспринимать любимых людей как нечто естественное и постоянное, а ежедневно испытывать благодарность за то, что мы по-прежнему вместе.

Мир проверяет нас на прочность: несчастье как испытание

Сенека был убежден, что с душой мудрого человека не может произойти ничего ужасного (см. главу 10), но от несчастий не застрахован никто – это закон природы. С точки зрения стоиков, эти беды «Бог», или «Вселенная», насылает на нас в качестве «испытаний», чтобы проверить на прочность и помочь в совершенствовании души. (Сенека использует термин Бог так же, как остальные стоики, но важно понимать, что у них эта концепция не совпадает с христианской. Стоики имеют в виду некий разум, присущий природе, который они называют Богом, Природой, Судьбой, Зевсом, Вселенной и множеством других взаимозаменяемых терминов. В этой книге я по возможности использую термин «Вселенная», чтобы избежать путаницы с иудеохристианской концепцией Бога.)

Сенека писал, что «золото получает пробу в огне, доблестный муж – в несчастье»[147]. Примечательно, что отдельную работу, «О провидении», он посвятил тому, как Вселенная посылает нам «испытания», дабы помочь нам совершенствовать себя. Цитируя своего друга Деметрия, Сенека отмечает, что «нет существа более несчастного, чем тот, кому не встретилось в жизни ни одного препятствия», поскольку «ему не удалось испытать себя»[148].

Собственно, Сенека подчеркивает, что человек не может быть уверен в своей силе духа, пока не испытал ее: «Не иметь повода ни встряхнуться, ни взволноваться, не знать ни угрозы, ни нападения, чтобы на них испытать крепость духа, но бездействовать в ненарушаемой праздности – это не покой, а мертвый штиль»[149]. Он также сравнивает Вселенную с отцом, любовь которого к детям строга. Только работа, скорби и утраты превратят нас в стойкого и сильного человека. И наоборот: «Кто знал лишь безоблачное счастье, не снесет ни одного удара»[150].

По мнению Сенеки, худшее, что может случиться с человеком, – это легкая, насыщенная удовольствиями жизнь, без испытаний для души. Эпиктет повторял Сенеку практически слово в слово. «Людей показывают обстоятельства», – писал он, проводя аналогию с богом, который «как учитель борьбы, столкнул тебя с грубым юнцом». Когда Эпиктета спросили, для чего это нужно, он ответил: «Для того чтобы ты стал победителем на Олимпийских играх. А без пота им не стать»[151].