Андрей Попов – Смерти вопреки. Пес и человек в аду японского концлагеря (страница 3)
Пес сидел в кустах и наблюдал. Ждал чего-то.
Повар вышел, вынес ведро с отходами. Поставил у крыльца и ушел. Пес выждал минуту, потом метнулся к ведру. Схватил что-то и скрылся в кустах за секунду.
Охранник на вышке даже не успел прицелиться.
– Видал? – усмехнулся Хендерсон. – Говорю же – хитрая тварь.
Джек задумался. Пес добывал еду там, где они и близко подойти не могли. Проникал туда, куда не пускали. Двигался так, что его не засекали.
Мысль пришла сама собой. Безумная, но мысль.
А что если…
Вечером Джек сэкономил горсть риса от своего пайка. Спрятал в карман. Морган посмотрел удивленно, но промолчал.
Ночью Джек ждал, когда все уснут. Потом тихо слез с нар. Прошмыгнул к двери барака. Охранник дремал на вышке – видно было по силуэту.
Джек вышел. Луны не было, только звезды. Он прошел вдоль барака к тому месту, где видел пса.
– Эй, – позвал шепотом. – Эй, рыжий.
Тишина. Потом из тени выступила фигура. Пес. Смотрел настороженно, готовый удрать в любой момент.
Джек медленно достал рис. Показал на ладони.
– Иди сюда. Не бойся.
Пес не двинулся. Только принюхался.
Джек бросил щепотку риса на землю. Пес подошел осторожно, обнюхал. Съел. Поднял морду, посмотрел на Джека.
– Хочешь еще?
Бросил еще щепотку. Пес съел. Теперь он стоял в двух метрах. Джек видел его в темноте – худой, но не слабый. Мышцы под шерстью, лапы крепкие. Боевой пес.
– Откуда ты здесь? – спросил Джек тихо. – Хозяин помер? Или сбежал из деревни?
Пес молчал. Просто смотрел.
Джек высыпал остатки риса на землю. Пес подошел, съел все до зернышка. Потом сел и продолжал смотреть.
– Коулман, ты охренел?! – прошипел из темноты Хендерсон. – Иди в барак, пока охранник не проснулся!
Джек медленно отступил. Пес не шевелился. Только проводил взглядом.
В бараке Хендерсон злился.
– Ты что творишь? Палево устраиваешь из-за шавки?
– Не шавка это.
– А кто?
– Не знаю пока. Но что-то подсказывает – пригодится.
Морган поднял голову с нар.
– Джек, у тебя план какой-то?
– Может быть.
– Плохой план?
– Возможно.
– Безумный?
– Определенно.
Морган усмехнулся.
– Ну давай. Расскажи.
И Джек рассказал. Шепотом, чтобы не услышали остальные. Хендерсон слушал и качал головой. Морган молчал, думал.
Суть была простая. Пес может пролезть туда, куда не пролезет человек. Может стащить еду там, где они не достанут. Может отвлечь охранников в нужный момент.
Если его приручить.
– Ты спятил, – резюмировал Хендерсон. – Приручить дикого пса в лагере для военнопленных. Гениально.
– А лучше идей нет.
– Нет. Но это не значит, что твоя хорошая.
Морган задумчиво почесал бороду.
– А сколько времени нужно, чтобы приручить собаку?
– Не знаю, – признался Джек. – Никогда не пробовал.
– Тогда попробуешь. Только осторожно. Если японцы засекут, что ты кормишь пса – пристрелят обоих.
Следующие две недели Джек каждую ночь выходил к забору. Приносил рис, иногда кусок сушеной рыбы, которую выменял у филиппинца из соседнего барака на носки.
Пес приходил регулярно. Уже не боялся, ел прямо из рук. Но не давал себя погладить. Отступал, если Джек протягивал руку.
– Ты упрямый, – говорил Джек. – Как и я.
Пес смотрел и молчал.
На третью неделю случилось важное. Джек принес рис как обычно. Пес съел. Потом сел рядом. Не ушел, как всегда. Просто сел.
Джек медленно протянул руку. Пес не отступил. Дал дотронуться до головы.
Шерсть была жесткая, местами свалявшаяся. Под рукой чувствовалось тепло живого существа. Пес прикрыл глаза.
– Вот и познакомились, – прошептал Джек.
С этой ночи пес ходил за ним. Не близко, шагах в десяти. Но ходил. Утром, когда колонна шла на работу – рыжая тень мелькала в кустах. Вечером, на обратном пути – тоже.
Охранники не обращали внимания. Для них это была просто бродячая шавка. Одна из многих.
Но Танака заметил.
– Собака твоя? – спросил он однажды у Джека по-английски.
– Нет, сэр. Бродячая.
– Она ходит за тобой.
– Я ее не зову.
Танака прищурился.
– Если я увижу, что ты кормишь собаку – расстреляю. Еда для людей, не для животных.
– Понял, сэр.