Андрей Попов – Попала в чистилище. Врата через которые проходят все (страница 6)
И тогда она поняла — это начало.
То, о чем предупреждал сон. То, к чему готовила мать Агафья.
Страх накатил волной. Но вместе с ним — странное спокойствие. Как будто часть ее знала — так и должно быть.
Мария посмотрела на икону Спасителя на стене. Лицо Христа смотрело прямо на нее. И впервые она увидела — Он тоже здесь. Не на иконе. Здесь. В этом пространстве между.
— Я готова, — прошептала она.
И пространство изменилось.
Келья исчезла.
Не резко. Мягко. Как туман, который медленно окутывает все вокруг. Стены растворились. Потолок поплыл. Пол ушел из-под… ног? У нее не было ног. Точнее, были, но она их не чувствовала.
Мария оказалась в пространстве, которое нельзя было описать привычными словами.
Не комната. Не коридор. Не улица. Просто… пространство. Серое. Туманное. Без четких границ.
Она попыталась оглядеться. Повернуть голову. Но движение было не физическим. Она просто думала — посмотреть направо, и взгляд перемещался. Без усилий. Без ощущения тела.
Это было странно. Не страшно — пока. Просто очень странно.
— Где я? — спросила она вслух.
Голос эхом разошелся по пространству. Вернулся к ней измененным. Как будто его повторяли сотни раз, и каждый раз он становился тише.
Ответа не было.
Мария попыталась вспомнить, что было до этого. Келья. Жар. Холод. Тело на кровати.
Я умерла?
Мысль пришла спокойно. Без паники. Как констатация факта.
Но ответа на нее тоже не было.
Она двинулась вперед. Как именно — не понимала. Просто захотела, и пространство начало смещаться. Туман расступался перед ней, сгущался сзади.
И вдруг она увидела фигуры.
Сначала неясные. Размытые. Как тени в густом тумане. Но потом они становились четче.
Люди.
Нет — не совсем люди. Формы людей. Очертания. Они стояли, сидели, двигались. Но движения были странными. Замедленными. Как в воде.
Мария подплыла ближе. Присмотрелась.
И узнала.
Сестра Елена.
Она стояла в своей келье. Или в том, что от нее осталось в этом пространстве. Держала в руках четки. Молилась. Губы двигались, но звука не было.
Мария попыталась окликнуть ее.
— Елена!
Никакой реакции.
— Елена, это я! Мария!
Елена продолжала молиться. Как будто не слышала.
Мария протянула руку. Хотела коснуться ее плеча. Но рука прошла сквозь.
Не больно. Не страшно. Просто… прошла. Как сквозь дым.
Мария отпрянула.
— Что со мной? — прошептала она.
Елена вдруг подняла голову. Огляделась. Лицо ее было встревоженным. Словно она что-то почувствовала.
— Елена, я здесь! — крикнула Мария.
Но Елена не слышала. Она постояла еще немного, потом вернулась к молитве.
Мария отплыла назад. Сердце… нет, не сердце. Что-то внутри, что заменяло сердце в этом состоянии, — сжалось.
Она мертва. Или почти мертва. И сестры не знают. Не слышат. Не чувствуют.
Одиночество накрыло волной.
Она двинулась дальше. Искала других. Сестру Анну. Мать Агафью. Кого-то, кто мог бы услышать.
Нашла Анну в капелле.
Девушка стояла перед алтарем. Плакала тихо. Руки сложены в молитве. Мария подплыла ближе. Услышала — нет, не услышала. Почувствовала? — слова молитвы.
Анна молилась за нее. За Марию.
— Господи, спаси ее. Она хорошая. Она всегда была доброй. Не забирай ее. Пожалуйста.
Слезы Анны были реальными. Мария видела, как они текут по щекам. Капают на пол.
Что-то внутри сломалось.
— Не плачь, — прошептала Мария. — Я здесь. Совсем рядом.
Но Анна не слышала.
Мария попыталась обнять ее. Руки прошли сквозь. Как и с Еленой.
— Прости, — сказала Мария. — Прости, что не могу тебя утешить.
Анна вздрогнула. Подняла голову. Огляделась.
— Кто здесь? — спросила она тихо.
Мария замерла.
— Это я. Мария.
Анна продолжала оглядываться. Лицо ее было бледным.
— Мария? — прошептала она. — Ты здесь?
— Да! Я здесь!
Но Анна уже отвернулась. Перекрестилась. Пробормотала что-то про усталость и воображение.
Мария опустилась… нет, не опустилась. Просто переместилась ниже. К полу. Села. Хотя сидеть было не на чем.
Анна почти услышала. Почти.
Значит, связь не разорвана полностью. Какая-то часть ее еще здесь. В мире живых.