Андрей Попов – Небеса Реальны. Мальчик который вернулся оттуда (страница 3)

— Быстро заканчиваем. Сколько его не было?

— Три минуты двадцать секунд.

Три минуты двадцать секунд клинической смерти. Три минуты, когда сердце не билось, мозг не получал кислород.

Три минуты, когда душа маленького мальчика отправилась туда, куда не должна была попасть еще долгие годы.

Операцию закончили через сорок минут. Колтона зашили, перевели в палату интенсивной терапии.

Доктор О’Холлеран вышел к родителям. Его халат был в пятнах крови. Лицо серое от усталости.

— Мы его спасли.

Соня всхлипнула от облегчения и схватилась за руку мужа.

— Но был момент… Его сердце останавливалось. Мы вернули его. Он сильный мальчик.

— Мы можем его увидеть? — Тодд сжал руку жены сильнее.

— Через час. Пусть отойдет от наркоза.

Когда врач ушел, Тодд обнял Соню. Они оба плакали. От страха, от облегчения, от благодарности Богу.

— Он живой. Наш мальчик живой, — шептала Соня.

— Бог услышал нас. Он спас Колтона.

Они не знали тогда, что Бог не просто спас их сына. Он отправил его в путешествие, о котором мальчик расскажет им через несколько дней. И это путешествие перевернет их жизнь навсегда.

А в палате интенсивной терапии маленький Колтон Бёрпо лежал без сознания, подключенный к мониторам и капельницам. Его тело было здесь, на больничной кровати в Небраске.

Но душа его только что вернулась из места, где нет боли, нет страха, нет смерти.

Душа его побывала там, куда все мы однажды попадем.

И он все помнил. Каждую деталь. Каждый момент.

Он помнил свет. Музыку. Ангелов. Человека с дырками в руках. Дедушку, которого никогда не встречал. Сестру, о существовании которой не знал.

Он помнил рай.

И скоро он расскажет об этом родителям. Такими словами, которыми четырехлетний ребенок не может говорить. С деталями, которые он не мог знать.

Но это будет потом. А пока Соня и Тодд сидели в коридоре больницы и просто благодарили Бога за то, что их сын жив.

Они даже представить не могли, что самое невероятное еще впереди.

ГЛАВА 2: Там, где мама не достанет

Я смотрел на себя сверху

Прошло две недели после операции. Колтон поправлялся дома. Шов на животике заживал хорошо. Мальчик снова бегал по дому, играл с сестрой, смотрел мультики.

Всё вернулось в обычное русло. Соня готовила завтраки, Тодд готовился к воскресной проповеди, Кэсси делала уроки.

Но Соня чувствовала — что-то изменилось в Колтоне. Материнское сердце не обманешь. Мальчик стал тише. Задумчивее. Иногда она ловила его взгляд — он смотрел куда-то вдаль, будто видел что-то, чего не видят другие.

— Коля, с тобой всё хорошо? — спросила она однажды утром.

— Да, мама.

— Тебя ничего не беспокоит?

— Нет.

Короткие ответы. Не по-детски задумчивый взгляд.

А потом началось.

Это случилось во время обычной поездки в машине. Они ехали через город, проезжали мимо больницы в Норт Платте. Той самой, где оперировали Колтона.

Мальчик вдруг наклонился вперед с заднего сиденья.

— Папа, а помнишь, когда я был в больнице?

— Конечно помню, сынок. Как забудешь такое.

— Так вот… Я видел, что ты делал.

Тодд усмехнулся. Ну, подумаешь, ребенок что-то запомнил из больницы.

— И что же я делал?

— Ты молился.

— Да, я молился. Молился за тебя, чтобы ты поправился.

— Нет, папа. Ты молился в маленькой комнате. Один. Там был диванчик и дверь.

Тодд помолчал. Постепенно до него стало доходить, о чем говорит сын. Во время операции он действительно уходил в часовню больницы. Там была маленькая комната для молитвы. С диваном и дверью. Именно такая, как описывает Колтон.

Но мальчик не мог это видеть. Он был на операционном столе, без сознания.

— Коля, а откуда ты знаешь?

— Я видел тебя. Сверху.

— Сверху?

— Ну да. Я был наверху и смотрел, как ты молишься.

Тодд почувствовал, как мурашки побежали по спине. Он притормозил у обочины, развернулся к сыну.

— Погоди-погоди. Объясни мне получше.

Колтон посмотрел на отца своими огромными голубыми глазами. В них была такая серьезность, которой не бывает у четырехлетних детей.

— Когда доктор резал мне животик, мне совсем не больно было. Потому что я вышел из себя. Я смотрел на себя сверху. Видел, как доктора работают. А потом пошел и видел тебя. Ты молился и плакал.

Тодд не мог вымолвить ни слова. Его сын описывал внетелесный опыт. Классическое околосмертное переживание, о которых он читал в книгах. Но это было в книгах. А тут его собственный сын.

— Ты… ты правда видел себя со стороны?

— Ага. И докторов видел. Они очень волновались. Один дядя в зеленом все время говорил что-то быстро-быстро.

Доктор О’Холлеран. Он действительно был в зеленом халате. И он действительно давал команды быстро, когда началось осложнение.

— И что ты еще видел?

— Я видел маму тоже.

Папа молился в одной комнате, мама плакала в другой

— Мама была в другой комнате, — продолжил Колтон. — Она тоже молилась. И плакала. Она очень боялась за меня.

Тодд молча завел машину и поехал домой. Ему нужно было поговорить с Соней. Срочно.

Дома он пересказал жене весь разговор. Соня слушала с открытым ртом.