Андрей Добрый – Карта Несуществующих Мест или Двойник из Ниоткуда (страница 2)
– Печенье-дирижабли? – спросил он надеющимся тоном, принюхиваясь. – Или… о! Запах тревоги! И… лимонной нестабильности? – Его нос задрожал. – Интересно! Сыщик Бублик берется за дело! Возможно, это происки… подозрительных белок? Они же обожают цитрусовые!
Вместо печенья пальцы Джо-Джо наткнулись на гладкий, теплый камень в форме Чихающего Кота – его друг, его талисман, подарок мамы. Он сжал его, пытаясь успокоиться. Все как обычно. Солнце, смех, запах ванили от Плюшки-3000, ворчание Ворчуна, запах паяльника Гизмо…
Джо-Джо отогнал от себя мрачные мысли, и именно в тот момент, когда он уже собрался добавить что-то про космические кроссовки кометы, случилось Первое Чудо. Или Беда.
Воздух рядом с настоящим Фонтаном Сюрпризов, который весело плескался шипучим лимонадом и выстреливал конфетти из засахаренных орехов, вдруг задрожал, как нагретый асфальт в зной. Затем он словно сморщился, и на его месте, чуть в стороне, материализовался его двойник. Он был похож на старую, выцветшую фотографию настоящего фонтана. Звуки его журчания доносились приглушенно, словно из-под толстого стекла или со дна глубокого колодца. Но самое странное – его струи били не вверх, создавая радуги, а вниз, прямо в собственную чашу, с громким, унылым ПЛЮХОМ!
– Ого! – воскликнул Джо-Джо, забыв о шутке. Он подбежал ближе. – Это новый аттракцион? Или… Гизмо, это твой навигатор так шалит? Или это новый сюрприз?
– Сюрприз? – фыркнул Ворчун, поднимая голову от своего посоха, который он теперь украшал выжженными рунами (что-то про «Стойкость против брызг»). – Это же очевидная поломка! Опять этот фонтан перепутал «вверх» с «вниз»! Как мой котенок Лирик, когда пытается запрыгнуть на стол и обязательно вляпывается в варенье! Эй, смотрите-ка!
Лимонад в чаше фантомного фонтана вел себя совсем неподобающе. Он… густел. Прямо на глазах. Пузырьки лопались, жидкость мутнела, приобретая ярко-желтый цвет и странную, тягучую консистенцию.
– Э-э… ребята? – Пусик съежился еще больше. – Он… он превращается в желе? Лимонное желе?
Действительно, через пару секунд в чаше фонтана колыхалось гигантское, прозрачно-желтое, искрящееся на солнце желе. Оно даже слегка подрагивало.
– Вау! – Гизмо наконец оторвалась от Пирогонавигатора, ее глаза загорелись научным азартом. – Фазовый переход под воздействием… чего? Температуры? Вибрации? Эмоционального состояния фонтана? Надо взять пробу! Для науки! И… и для пирогов! – Она схватила со стола огромную ложку для варенья.
Нееет! – завопил Ворчун, вскакивая. – Гизмо, стой! Это же неведомая дрянь! Может, оно кислое? Или мыльное! Негигиенично! Непредсказуемо!
Но было поздно. Гизмо уже зачерпнула ложкой увесистый кусок трясущегося лимонного чуда. Желе затрепетало на ложке, как гигантская солнечная капля.
– Пахнет… лимоном! – радостно констатировала Гизмо. – И… пылью? Интересно!
– Пылью?! – Бублик насторожил уши, его нос задвигался как локатор. – Пыль – верный признак! Признак чего? – Он сделал пару кругов вокруг Гизмо, принюхиваясь к желе. – Ага! Запах… старых орехов! И… и хвои! Беличья хвоя! Я так и знал! Это не просто желе, это улика! Белки подстроили фантомный фонтан, чтобы… чтобы отвлечь нас от их главного плана! Наверняка они хотят украсть рецепт летающих пирогов! – Бублик рванул вперед с детективным рвением. – Отдай улику, Гизмо! Сыщик Бублик должен ее изучить! Для следствия!
Его цель была ясна – огромная, манящая ложка в руках Гизмо.
– Бублик, нет! – закричал Джо-Джо, но было поздно. Пес в прыжке лизнул желе. И случилось неизбежное.
Липкое, упругое желе оказалось сильнее законов гравитации и собачьей слюны. Огромный кусок оторвался от ложки и… прилип к морде Бублика! Пес в ужасе замотал головой, пытаясь стряхнуть липкую трясуху.
– А-а-а! Предательство! – завыл Бублик, лимонная масса залепила один глаз и сползала на уши. Он забегал по кругу, отчаянно тряся головой и чихая конфетти-снежинками от возмущения. – Это ловушка! Беличья липкая ловушка! Они меня… мумифицируют! Помогите! Я не могу видеть врага! – Желтые брызги летели во все стороны.
– Эй! Мои новые шестеренки! – вскрикнула Гизмо, отпрыгивая от летящих капель.
– Моя борода! – заревел Ворчун, прикрывая лицо руками. – Он же ее весь в лимонной липучке изваляет!
– Кошмар! Абсолютный кошмар! – завизжал Пусик, ныряя под ящик из-под мармеладных гусениц и натягивая шарф на глаза.
– Бублик! Стой! – Джо-Джо бросился к псу, пытаясь схватить его.
Площадь превратилась в аттракцион кошмаров с Бубликом в главной роли невольного клоуна, покрытого лимонным желе. Он носился между тумбой Ворчуна, Пирогонавигатором и фонтаном, оставляя за собой липкие желтые следы, чихая конфетти и выкрикивая обрывки теорий:
– Они везде! Белки-невидимки! Используют… аномальное желе! Ай, мой глаз! Помогите! Я ослеп! Ослеп для правосудия!
Любопытные горожане начали собираться, покатываясь со смеху. Даже фонтан, казалось, тихонько посапывал своим оставшимся желе.
– Эврика! – вдруг закричала Гизмо, глядя на Бублика, мечущегося в липкой панике. Она не обращала внимания на капли желе на очках. – Нестабильная коллоидная структура! Аномальная адгезия! Это же не просто желе! Это… это фантомное желе! След пространственно-временного искажения!
– Какое еще искажение?! – рявкнул Ворчун, пытаясь оттереть желе от рукава. – Это след собачьего безобразия! Бублик! Успокойся ради всех гномов мира! Сидеть! Лежать! Отряхнуться!
Бублик, услышав грозный голос Ворчуна, плюхнулся на зад, а затем отчаянно тряхнул всем телом. Капли лимонного желе, как снаряды, полетели в разные стороны. Один шлепок угодил прямо в лоб Ворчуну.
– ГРРРРААААА! – заревел гном, вытирая лицо. Его борода теперь блестела, как янтарь, и пахла цитрусами. – Вот ты у меня получишь, пушистый вареньетерьер! Я тебя… я тебя… вываляю в муке и выставлю на Фестиваль как «Желе-пса»!
Пока Ворчун метал громы и молнии, а Бублик виновато сидел в сторонке, пытаясь слизать желе с собственной морды, Джо-Джо подбежал к самому фонтану. Чаша была все еще наполовину полна странного лимонного вещества. Но что-то было не так. Вода… лимонад… желе… исчезли? Нет. Они были, но…
– Смотрите! – крикнул Джо-Джо, указывая на дно чаши. – Плитка! Она другая!
Обычно дно фонтана было выложено синей плиткой с золотыми рыбками. Сейчас сквозь слой полупрозрачного желтого желе просвечивала… красная плитка. И на ней были изображены не рыбки, а какие-то строгие, геометрические узоры, похожие на чертежи.
– Ну конечно, это же фантом! – констатировала очевидное Гизмо, подбегая. Ее приборы замигали тревожно. – Это же не наш фонтан! Вернее, он… но из другого места! Или времени! Как твое отражение, Джо-Джо!
– А что это за узоры? – спросил Пусик, осмелев и выглянув из-под ящика.
– Не знаю, – нахмурилась Гизмо. – Но они… исчезают!
Действительно, по мере того как желе медленно таяло под лучами солнца (или просто теряло свою фантомную сущность), красная плитка с узорами тускнела, растворяясь, уступая место знакомой синей с рыбками. Через пару минут в чаше плескалась обычная вода. Ну, почти обычная – слегка желтоватая и пахнущая лимоном.
– Ушел… – прошептал Джо-Джо. Он сжал в кармане Камень-Кот. Холодок под ребрами вернулся. Это было не воображение. Это было реально. И это вернулось.
– Ушел? – фыркнул Ворчун, наконец оттерев большую часть желе с лица (борода сияла и пахла теперь, как лимонный пирог). – Он нас просто облил и смылся! Как настоящий хулиган! Вот если бы я его поймал… ой!
Ворчун поскользнулся на липком желтом следе, оставленном Бубликом, и шлепнулся прямо в лужу размазанного желе. Он сидел, весь в желтой липкой массе, и смотрел на мир с выражением глубочайшей гномьей обиды. Бублик, увидев это, жалобно заскулил и попытался лизнуть Ворчуна в знак примирения.
– НЕЕЕЕЕТ! – заорал гном, отбиваясь посохом. – Убери свою лимонную морду! Ты уже навредил достаточно! Теперь я пахну, как дешевый освежитель воздуха! И скользкий, как угорь в масле!
– Но… но улика! – попытался оправдаться Бублик, отпрыгивая и отряхиваясь (что только разбрызгало остатки желе). – Я был близок к разгадке! Фантомный фонтан… лимонная ловушка… это явно работа беличьего синдиката! Они мстят за прошлогодний инцидент с ореховым складом!
– Никаких белок! – рявкнул Ворчун, с трудом поднимаясь. – Только твоя сыскная липкая морда! Гизмо! Немедленно изобрети что-нибудь против фантомного желе и… этого! – Он мотнул головой в сторону Бублика, который теперь старательно вылизывал лапу, пытаясь сохранить остатки сыскного достоинства.
Гизмо, уже успевшая собрать образцы тающего желе в пробирки, лишь вздохнула:
– Работаю над этим, Ворчун. Но сначала надо понять природу явления. Джо-Джо был прав. В городе происходит что-то… аномальное. И это что-то может быть опасным. Особенно для чистоты бород. И… для гипотез о белках, – добавила она, глядя на Бублика.
Джо-Джо смотрел на смешную и липкую сцену: Ворчуна в луже желе, Гизмо с пробирками, Пусика, выглядывающего из укрытия, и Бублика, с виноватым видом вылизывающего последние лимонные капли с лапы и бросающего подозрительные взгляды на ближайшие деревья. Было смешно. Абсурдно. Очень по-веселундски. Но тот холодок под ребрами не исчезал. Он знал – это был только первый акт. Первый чих в фантомной симфонии. И где-то там, в переливах реальности, бродило его отражение. Без веснушки. И оно смотрело.