Алёна Волкова – Незабудки в тумане (страница 6)

– Идем, внученька, – окликнула меня женщина. Оглянувшись, я увидела, как она катит мой чемодан. – Покажу тебе твою комнату. А здесь можешь оставлять уличную обувь, – указала она на полку позади входной двери.

Я поспешно сняла обувь и зашагала за бабушкой. Как только я переступила порог кухни, в нос ударил запах свежей выпечки. В центре стоял массивный деревянный стол, явно сделанный вручную; на его ножках были топорно вырезаны какие-то узоры, напоминающие вензеля. Справа у окна: плита, разделочный стол с ящиками, пара навесных полок и холодильник. Слева от меня проход в комнату. Мельком я успела разглядеть белое постельное бельё, старые чёрно-белые фотографии на прикроватной тумбочке и стопку старых книг. Мы прошли дальше, и моему взору предстал длинный коридор с дверями по обе стороны. Все они были закрыты, кроме одной, которая находилась прямо напротив – она вела на задний двор.

– Это гостиная или зал, как тебе больше нравится, – улыбнувшись, сказала Верея Платоновна, указывая на вторую дверь слева. – А это комната твоей мамы. Я туда редко захожу, – женщина указала на первую дверь справа.

Мы дошли до конца коридора, и меня ослепил солнечный свет, льющийся с заднего двора. Прищурившись, я увидела голубые цветы в клумбах. Снова незабудки.

– Здесь все так любят незабудки, – сорвалось у меня с губ. Женщина на миг замерла, а потом ответила:

– Верно. А знаешь, как деревня-то наша называется?

– Незабуднико, – сказала я неуверенно, вспоминая. Действительно, как я могла забыть?

– Да, соответствуем названию, – засмеялась бабушка. – Это твоя комната, – указала она на дверь слева от выхода на задний двор, и я потянулась к ручке. Толкнув дверь, вошла и огляделась. В центре комнаты лежал круглый красный ковер, вдоль стен располагались комод, шкаф с большим овальным зеркалом, одноместная кровать в дальнем правом углу и круглый столик со светильником рядом. В комнате было три окна. Два выходили на огород, а третье – на поле и лес.

– Спасибо, – сказала я, плюхнувшись на кровать. Она была в меру жесткой, как старые диваны. Бабушка поставила чемодан у кровати и направилась к выходу, остановившись в дверном проеме сказала:

– Обустраивайся пока, а потом пойдём чай пить. Пирожки почти готовы.

Я кивнула и снова оглядела комнату. Здесь всё было старым, совершенно не современным, но при этом очень уютным. Я открыла чемодан и достала самое необходимое. Пижаму бросила на кровать, крем от загара и книги разместила на комоде. Открыв верхний ящик, нашла в нем средство от комаров: прибор и жидкость, новые, ещё не распечатанные. Убрала к ним свой спрей. Положив зарядник от телефона на столик возле кровати, стала искать розетку. Вот она, между спинкой кровати и комодом. Кажется, всё. Остальные вещи достану по мере необходимости. Поставив чемодан в угол, я забралась к окну над кроватью. На подоконнике стояли два горшка с цветами – снова незабудки. Я не знала, что они могут расти не только на улице. Под окнами тоже цвели голубые цветочки, а дальше были грядки с какими-то растениями. Интересно, здесь есть фруктовый сад? Я подошла к другому окну, выходящему на поле и лес. Здесь тоже стояли горшки с цветами. Конечно, незабудками. Может, это какой-то особый редкий сорт? Хотя выглядят обычно. Оглянувшись на окно около двери, я снова увидела горшки с голубыми цветами и маленькую лейку. Что ж, обещаю их поливать.

Кажется, бабушка была рада меня видеть, и я зря так волновалась – накручивала себя без повода. Решив, что комната нуждается в проветривании, я открыла все окна, чтобы впустить в помещение свежесть. Затем, полная решимости, направилась на кухню. Пора познакомиться с Вереей Платоновной поближе. Когда я вошла, бабушка как раз разливала чай по чашкам.

– Ты во время. Садись, где тебе больше нравится, – произнесла она, отвернувшись, чтобы открыть духовку.

Я заняла ближайший стул и снова оглядела кухню. Здесь на подоконниках тоже стояли горшки с незабудками. Но всё было не так, как в домах пожилых людей, которые я видела до этого. Обычно такие места пестрят множеством разнообразных вещей: статуэтки, сервизы, фотографии в рамках, вазы, старые журналы и газеты, книги и всевозможная мелочь, которую давно никто не использует. А тут было как-то пусто, минимум вещей. Будто бабушка жила здесь совсем недавно. Я положила ладони на стол и стала разглядывать узор на клетчатой скатерти, местами затертой, с нарисованными на ней ягодами земляники в чашках. Мило. Всё здесь казалось таким родным, хотя я не помнила, как было здесь раньше. Папа упоминал, что мама жила тут со мной какое-то время. Но на любые расспросы менял тему. Я вдохнула аромат пирожков, который заполнил кухню, и желудок заурчал в предвкушении.

– Вот, угощайся, моя хорошая, – бабушка поставила передо мной тарелку и села напротив. – Твои любимые, – грустно улыбнувшись, продолжила:

– По крайней мере, были.

– Всё верно, – восхитилась я. – Обожаю пирожки с яблоками. Это отец тебе рассказал?

– Верно, кто ж ещё? – ответила Верея Платоновна и взяла пирожок. Понятно кто, мама должна была бы. Мне стало приятно, что бабушка знает о моей любви к яблочным пирожкам, хоть мы и не общались долгое время.

На языке вертелось множество вопросов, но я не решалась их озвучить. Ещё не время. А когда будет время? Надкусив пирожок, я изумилась. Такой вкусноты я никогда не пробовала.

– Бабуль, они супер, – проговорила я с набитым ртом, показывая пальцем на пирожок в руке.

– Мне приятно. Пей чай.

Я глотнула ароматный напиток и ощутила странный, неуместный травяной вкус.

– Что за чай?

Бабушка кивнула в сторону навесных полок.

– Да вон, стоит, самый обычный, рассыпной. Другого нет.

Я взглянула на стеклянную дверцу, за которой стоял бумажный пакет без опознавательных знаков, и продолжила пить. Вкус мне даже понравился.

Больше разговор не клеился. Я молчала, и женщина тоже. Нужно, наверное, как-то налаживать контакт.

– Тут есть магазин какой-нибудь? – спросила я с интересом.

Моя собеседница сделала глоток чая и покачала головой.

– В округе нет никаких поселений, кроме нашей деревни. Нас окружают леса и непроходимые болота, так что будь осторожнее, когда решишь осмотреть окрестности. Если тебе что-то нужно, напиши на листок, я отнесу Всеславу. Он с сыном ездит в поселок за всем необходимым.

Верея Платоновна встала из-за стола, пошарив на холодильнике, достала оттуда вырванный из блокнота листок и положила передо мной.

– Вот, запиши сюда, что нужно, – бабушка улыбнулась мне и направилась к выходу. – Пойду зелень полью.

– О, тоже пойду, помогу, – спохватилась я.

Женщина заулыбалась. Ее лицо озарилось радостью.

– Не стоит, милая, там делов-то, – ее лицо благодарно засияло. – Окна до темноты не держи открытыми, комары тут дикие. Всегда закрывай на ночь, – уже строже добавила она.

Меня немного напрягла такая резкая смена настроения, и, не найдя, что ответить, я просто кивнула. Верея Платоновна вышла, а я пробежала глазами по списку: мука, яйца, картофель, макароны, куриные окорочка, лампочки, свечи, удобрение. Ничего необычного. А чего я ждала? Осинового кола, ожерелья из чеснока, святой воды или, может, последнего издания о всех тонкостях экзорцизма с эксклюзивными заклинаниями в золотом переплёте? Я хихикнула своим мыслям, положила список обратно на холодильник и поспешила в свою комнату. Закрыв все окна, проверила телефон. Пропущенный от папы и сообщение от Кристины. Сначала перезвоню.

Прислонив телефон к уху, я слушала гудки. Один, второй, третий. Наконец отец ответил:

– Лада, как добралась? Бабушка, не встретила тебя, потому что автобус приехал раньше. Она тебе сказала? – обеспокоенно затараторил отец.

– Пап, всё хорошо. Дом я нашла, не заблудилась. Бабушка ничего не сказала, наверное, забыла.

– Мда, – задумчиво протянул он. – Ты на неё не обижайся, она уже очень старая, с памятью плохо.

Подойдя к окну, я облокотилась на подоконник и стала любоваться полем. Как здесь красиво. Услышав странное шипение, посмотрела вниз и увидела в незабудках поливники: мощные струи воды устремлялись вверх, образуя фонтанчики. Не знаю почему, но это зрелище завораживало.

– Лада, ты ещё здесь? – вернул меня к реальности отец.

– Да, а сколько бабушке лет?

– Хм, семьдесят два или семдесят три, где-то так. Точно не знаю, спрашивать как-то неудобно, вдруг подумает, что забыл.

– Как будто это не так, – засмеялась я.

– Мама передает тебе привет, не может говорить, ей по работе позвонили. Ремонт в твоей комнате идет полным ходом, как все будет готово – пришлю фото.

– Спасибо, – поблагодарила я отца.

– Созвонимся позже, Лада.

– Хорошо… – не успела я договорить, как в трубке раздался щелчок.

Включив звук на телефоне вместо любимого вибро, я бросила его на кровать, надела кепку и поспешила помогать бабушке с поливкой.

Выйдя на задний двор, увидела удивительную картину: женщина сидела на скамейке и смотрела на огород. Везде были протянуты шланги с насадками, образующими такие же фонтанчики, как я видела из окна. А где ведра и лейки?

–А я пришла помогать, – весело сказала я, подходя к бабушке. Верея Платоновна заулыбалась и кивнула в сторону:

– Вон мой помощник, а ты отдыхать приехала.

Посмотрев в указанную сторону, я увидела колодец с гудящим насосом и шлангами, которые тянулись от него в глубь огорода и к дому. Мне захотелось осмотреться получше: вдоль дома росли незабудки, между ними дорожка из плиток, дальше – грядки с растениями, которые я, плохо знала. Возле забора густо росла малина, кажется, ягод в этом году будет много, рядом кусты смородины и крыжовник, местами заросшие крапивой. Справа стояли две постройки: одна – туалет, другая – душевая с черной металлической бочкой наверху. Рядом к дому был прибит на гвоздь рукомойник.