Алёна Волкова – Незабудки в тумане (страница 7)

"Кристина!" – спохватилась я. Вернувшись в комнату, увидела мигающий на телефоне диод уведомлений. Она написала еще одно сообщение. Коротко рассказала о гостинице и прислала фото с пляжа. "Красотка!" – написала я ей в ответ. Сделала фото леса через окно и отправила с подписью "Скучаю". Почти сразу пришел ответ: грустный смайлик и "Я тоже". Мне стало тепло на душе.

Я снова погрузилась в тёплые воспоминания о прошлых летних каникулах: мы с Кристиной гуляли, катались на велосипедах, ходили в кафе и кино. Парней у нас с ней никогда не было – она всегда говорила, что ей попадаются только легкомысленные дурачки. Я смеялась, говорила, что это возраст. Подруга всегда нравилась противоположному полу, особенно тем, кто постарше: длинные ноги, карамельная кожа после многочисленных отпусков на море, бездонные серые глаза и каштановые волосы не могли оставить равнодушным. Вздохнув, легла на другой бок и стала листать наши совместные фото. Как хочется вернуться домой. Скрип половиц вернул меня в реальность. Выйдя из комнаты, я увидела бабушку на тропинке возле дома. Ей, по словам отца, около семидесяти трёх, но выглядит она бодро, как будто ей лет пятьдесят. Максимум пятьдесят пять.Тёмных волос едва коснулась седина, хотя, может, она их просто красит. Кожа чистая, без старческих пятен, походка уверенная, даже грациозная. Вот это гены. Надеюсь, мне повезло так же. Или, может, отец что-то путает? Хотя мама точно должна знать. Почему папа не спросил у неё? Ах да, она была занята. Я вздохнула и снова вернулась на кровать. Эта странная неопределенность не давала покоя. "Может, просто спросить?" – подумала я, решительно поднявшись.

– Бабуль, – окликнула я ее. Она повернулась ко мне.

– Да?

– Почему ты не общаешься с мамой? Ее взгляд потух, она поникла. На смену решительности пришло чувство вины. Но я же часть семьи, это касается и меня.

– Извини… Но мне бы хотелось понять, почему все так сложилось. Почему спустя столько лет я вдруг здесь? – выпалила я и почувствовала, как от жгучего смущения вот-вот задохнусь.

– Ничего, – сказала бабушка, обняв меня. – Ты же не знаешь всего. – Мягко отстранившись, она добавила:

– Отец твой звонил, но я не услышала, написал мне. Автобус раньше приехал, не успела тебя встретить, не серчай.

Как ловко она сменила тему! Аплодирую стоя. У них с матерью, очевидно, это семейное. Но хоть что-то прояснилось, и мне стало легче.

– Добрый день, Верея Платоновна, – послышался приятный мужской голос.

Я проследила взглядом в сторону деревянного мостика и увидела его источник. К нам направлялся высокий худощавый парень, на вид около двадцати лет. Одежда на нем болталась, как на вешалке, словно под ней ничего не было. Загорелые руки и лицо резко выделялись на фоне светлой майки, а всклокоченные коротко стриженные темные волосы придавали его внешности некую жесткость и брутальность. "А это, видимо, местная молодежь," – подумала я.

– Здравствуй, Всеслав, – поздоровалась бабушка и встала в позу с руками в боках. Это придавало ее образу напускную строгость.

Всеслав? Тот самый, который ездит с сыном в магазин? Такой молодой.

– Привет, – махнула я ему рукой и натянуто улыбнулась одной из «фальшивых улыбок на все случаи жизни». Не самой лучшей. Какая я неприветливая. Фу.

– Привет, – отозвался парень, заинтересованно разглядывая меня. – Верея Платоновна, мы с отцом собираемся в поселок. Вы написали список? – обратился он уже к бабушке.

Так это сын?Я запуталась.

– Ох, – спохватилась женщина, похлопала руками по карманам фартука, словно там и был список, и посмотрела в сторону дома. – Ладочка, иди принеси листок, тот с холодильника, – попросила она меня.

Я неохотно поплелась к дому.

– И допиши, если тебе что-то нужно! – крикнула мне вслед бабушка.

В отличие от улицы, на кухне было прохладно. Пошарив рукой по холодильнику, я достала список и прочитала его еще раз. Что мне может быть нужно? Открыв холодильник, осмотрела полки. Хочу йогурт и тетрадь. Буду вести дневник. Нужно запечатлеть время здесь по максимуму, чтобы потом перечитывать и предаваться воспоминаниям. По приезду в город можно будет распечатать фото и наклеить их на страницы будущего дневника. Получится очень здорово – целый пазл моей жизни, запечатленный на страницах тетради. Поискав глазами ручку или карандаш, я ничего не нашла. Не вилкой же мне нацарапать. Встав на цыпочки, я протянула руку как можно дальше на холодильник в поисках пишущего инструмента. Наконец, нащупав ручку, я дописала максимально аккуратным и разборчивым почерком: клубничный йогурт 3 шт., тетрадь потолще, ручка. Когда я вышла на улицу, женщина и парень резко замолчали. Значит, меня обсуждали. Протянув молодому человеку список, я сложила руки на груди и сделала вид, будто меня очень интересуют незабудки. Поболтали и хватит, не уйду. Всеслав пробежался глазами по списку, кивнул и направился к мосту.

– Красиво, правда? – спросила бабушка, глядя на цветы.

– Да, очень. А он сын или отец? – уточнила я, мотнув головой парню в след.

– Сын, – коротко ответила бабушка и пожала плечами. – Имена у них одинаковые, никогда к этому не привыкну, – махнула Верея Платоновна руками.

– Что в этом странного? Люди часто так делают, называют сыновей в свою честь.

– Это какое должно быть самолюбие! – возмутилась женщина, замотала головой, переступила через порог и скрылась за занавеской.

Я задумалась о её словах. Действительно, это немного странно, даже эгоистично. Будто говоришь ребенку: «Смотри, ты не отдельная личность, ты – продолжение меня». Еще немного поразмыслив об этом, я пожала плечами, ставя точку в этом вопросе. Мне все равно. И направилась в кухню на манящий аромат еды.

– Еще пару минут, и будет готово, – сказала мне бабушка, не оборачиваясь.

Я решила прогуляться и пошла на задний двор. Поглубже вдохнув горячий воздух, я ещё раз убедилась, что он здесь совсем не такой. Никаких лишних запахов, пахнет… летом. Подул ветерок, донося до меня аромат малины и гортензий. На бельевых веревках слегка затрепалась белая простыня, и я заметила за ней калитку. Преодолев грядки, я отодвинула тяжелую щеколду и, немного приоткрыв дверь, протиснулась в образовавшуюся щель.

Глава 5

5. Там, где бьют ключи

Передо мной раскинулась небольшая лужайка, усеянная полевыми цветами, которую пересекала узкая тропинка. Я неторопливо шла по ней, наслаждаясь буйством красок. Густо цветущая растительность касалась кончиков пальцев моих рук, словно предлагая погрузиться в мир волшебной природы. Внезапно лужайка сменилась незабудками, посаженными здесь явно неслучайно. Они были аккуратно разделены четкой полосой c другими растениями, а тропинка стала настолько узкой, что цветы постоянно касались моих ног. «Синее море», – подумала я, и это сравнение зародило во мне приятное предвкушение чего-то нового. Тропинка вела меня куда-то вниз, маня своей красотой и ощущением чего-то удивительного. И я не ошиблась – передо мной предстало поистине потрясающее место. В низине раскинулось небольшое озеро, окруженное песчаным пляжем. Я спустилась к воде, которая была абсолютно спокойной, что лишь добавляло этому месту очарования. Водоем опоясывал песчаный берег и даже на приличной глубине было видно дно. Мне стало интересно, почему здесь нельзя купаться. Недалеко справа располагался небольшой причал, а на другой стороне – какие-то заросли. Решив немного прогуляться, я сняла обувь и ступила на мягкий песок. Он был горячим, но, сделав пару шагов, ноги начали привыкать, и я направилась в сторону причала. Мне хотелось все здесь осмотреть. Старая деревянная конструкция уже доживала свое, а в прозрачной воде были видны сильно прогнившие бревна, надломленные доски и ржавые гвозди. Она выглядела ненадежно и, видимо, уже давно не пользовалась спросом, раз была так запущена. Не удержавшись, я ступила на первую доску, затем на вторую, третью, перешагнула пару дыр и оказалась на самом конце причала. Вроде ничего не скрипит и не трещит. Вода была такая спокойная и манящая, зеркально чистая. Не верилось, что она не пригодна для купания. Не удержавшись, я села и опустила ноги в воду. Лёгкая прохлада коснулась моей кожи, подарив невероятное блаженство. Вот бы искупаться! Я поплескала ногами по воде и стала смотреть по сторонам. Здесь было очень красиво. Я прилегла на причал, подложив руку под голову. Небо было таким голубым, лишь пара белых пушистых облаков укрывали меня от палящих лучей. Жаль, что я не взяла с собой телефон, получились бы замечательные кадры. Ещё немного полежав, я села и снова задумалась о маме и ее отношениях с бабушкой. Всё это казалось мне глупым и странным. Что же у них такого произошло? Жаль, что Кристины нет рядом, мы бы поговорили, и мне стало легче. Оптимизм подруги заряжал. Углубившись в воспоминания, я начала прокручивать в голове самые радостные моменты – так всегда поступала, когда накатывала грусть. Белые облака медленно плыли по небу, время от времени открывая солнце, которое безжалостно жгло кожух в это время суток. Пройдусь немного, а потом пойду обедать. Не хочу обгореть. Уже направляясь к дому, я вдруг услышал отдаленный смех, прерывающий тихую гармонию природы. Он донесся со стороны озера и, обернувшись, я увидела фигуру, сидящую на краю причала. Человек беззаботно болтал ногами в воде, нарушая спокойную гладь озера. На его макушке красовался большой пучок – приглядевшись, я подумала, что это, скорее всего, девушка, которая собрала дреды в аккуратную прическу.