Алёна Волкова – Незабудки в тумане (страница 5)

– Привет, Ладочка, – сказала она, обратившись ко мне по имени, чему я была поражена.

Хотя бабушку я почти не помнила, представляла её совсем другой и гораздо старше.

– Здравствуйте, – я сглотнула и спросила: – Вы моя бабушка?

– Нет, милая, я Тамара, мы с Вереей Платоновной соседи по деревне, – женщина снова заулыбалась, и я немного расслабилась. Видимо, бабушка рассказала ей, что я приеду. – Я знала твою маму, – добавила она, и это почему-то меня насторожило. Тамара чуть поникла и опустила глаза.

– Не подскажете, куда мне идти? – спросила я, оглядывая деревню.

– Ох, да, – женщина снова привычно вытерла руки о фартук и махнула в сторону узкой тропинки. – Идешь прямо по этой тропе до конца, не сворачивая. Последний дом, бежевый, мимо не пройдёшь.

Я поблагодарила её и пошла в указанном направлении. Чемодан ехал тяжело, постоянно застревая в траве. Приходилось останавливаться, чтобы распутывать колёса. Услышав уведомление о входящем сообщении, я остановилась и поняла, что уже порядком выдохлась. Интересно еще долго? Достав из сумки телефон, прочла сообщение. Кристина писала, что нормально долетела и восхищалась, присланными мною фото. Я не знала, что ответить, и уже собиралась убрать телефон, как он завибрировал в руке – входящий звонок от отца. Вздохнув, я ответила, чувствуя, как сбито дыхание. Будто стометровку пробежала.

– Алло, – выдохнула я в трубку.

– Лада, как доехала? Уже у бабушки? Как она тебя встретила? Мы с мамой переживаем за тебя, – в голосе отца слышалась забота. – Там так красиво, присылай больше фото, – услышала я мамин голос на заднем плане.

Я присела на траву и, облокотившись на чемодан, ответила:

– Спасибо, мамуль. Доехала нормально, но дом пока не нашла.

– А бабушка тебя не встретила? – снова послышался голос отца.

– Нет, не встретила. Мне дорогу подсказала женщина из первого дома, зелёного, – ответила я.

– А почему не позвонила бабушке? У тебя же есть её номер, – отец был явно обеспокоен.

В самом деле?! Почему?! Наверное, потому, что вы отправили меня к почти чужой женщине, которая, похоже, не особо рада меня видеть. Как тебе такой ответ, пап? – подумала я, зло сопя в трубку.

– Не сообразила.

– Позвони ей, она точно выйдет тебе навстречу, – отец говорил с улыбкой, и мне стало немного легче.

– Пусть мама позвонит. А ты лучше расскажи, как идёт ремонт. Стены в моей комнате уже покрасили?

В трубке повисла тишина, и я на секунду подумала, что связь прервалась, но вскоре услышала торопливый шёпот. Включив громкую связь, я прислушалась, но разобрать ничего не смогла.

– Хорошо, сейчас позвоним. А ты пока передохни, – сказал папа, после чего снова что-то зашептал.

– Уже, – пробормотала я, поняв, что разговор окончен. С досадой клацнула по иконке отбоя.

Разговор показался мне странным. О чем они шептались? Может, они у друзей и это они шептались, чтобы не мешать разговору? Или это как-то связано с моей просьбой? Я попыталась вспомнить, сколько раз мама говорила с бабушкой по телефону, но не вспомнила ни одного раза. Всегда разговаривал отец. Может, мама с ней в ссоре? Тяжелое детство, старые обиды… Надо было спросить. Но это ведь проще сказать, чем сделать. Вдруг маме неприятно об этом говорить? Ладно, при удобном случае спрошу у бабушки. Которая не только не ждет меня, но и наглядно это продемонстрировала, не встретив.Так, Лада, стоп. Не накручивай себя. Возможно, всё не так, как тебе кажется. Хотя… нет, всё именно так!

Попытки успокоить себя не увенчались успехом, и я решила продолжить путь. Тропа уходила влево, позади остались всего несколько домов. Если это только начало деревни, то идти ещё далеко. Она, похоже, не такая уж маленькая.

Впереди показалась развилка. Я встала по центру и посмотрела в обе стороны. Справа дорога уходила куда-то за лес, а слева, в нескольких десятках метров, виднелась небольшая беседка. Наверное, здесь по вечерам собирается местная молодежь, если она вообще здесь есть. Должна быть, иначе поселение уже вымерло бы, если здесь не остались одни старики, печально доживающие свой век. На последнем издыхании я продолжила путь, обещая себе, что по возвращении в город обязательно займусь спортом.

Я снова остановилась, чтобы перевести дыхание. Справа стоял жёлтый дом с выцветшей на солнце краской, кое-где потрескавшийся слой рассказывал о том, какого цвета дом был раньше. Сквозь щели высокого забора я увидела кучно растущие голубые цветы. Подошла ближе и с любопытством пригляделась. Какая любовь к незабудкам… Хотя и правда, очень красиво. Сделав пару кадров, я снова окинула взглядом забор – от кого можно прятаться за такой высоченной оградой? Или живущие здесь люди что-то скрывают? А вдруг здесь медведи или волки? Хотя отец уверял, что таких крупных хищников здесь не водится. Но по спине побежали предательские мурашки, и я поежилась – восхищение окружающей природой немного поубавилось.

Я двинулась дальше, тщательнее присматриваясь к мелочам. У следующих домов картина повторялась: высокие заборы, за которыми всё те же незабудки. Это немного странно, хотя и очень мило. Мне однозначно нравилось. Может это местная традиция или обычай – все усаживать этими цветами.

Когда впереди показалась большая ива, под которой пролегал деревянный мостик, я уже было направилась к нему, но снова заметила голубой цвет. Ещё один дом окружён незабудками. Улыбнувшись такой любви к цветочкам, я все же направилась к мостику. Под ним текла кристально чистая речушка, или скорее ручеёк. Солнечные лучи пробивались сквозь густую листву деревьев, озаряя золотистый песок на дне и создавая игру света и теней, словно сотни маленьких искр, пляшущих на воде. Я наклонилась, чтобы погрузить пальцы в воду, она приятно холодила кожу. Первым порывом было сесть и свесить ноги в ручей, но я сдержалась, понимая, что потом придётся идти в мокрой обуви. Но это было отличным местом для новых фото, проявив всю свою природную грациозность и фантазию, я облокотившись на перила спиной, максимально выгнулась в пояснице, закрыла глаза и сфотографировала себя сверху, будто парю над водой. Кадр получился удачным, и я заменила им старую аватарку, сделанную три года назад в Турции.

Ещё немного полюбовавшись миниатюрной речушкой, я убрала телефон и взглянула на тропу. Вдалеке виднелся её конец, и я с облегчением увидела бежевый дом. Впереди, как и у остальных домов, раскинулся настоящий ковер из незабудок. В предвкушении окончания пути я зашагала бодрее. Широкая часть тропы заканчивалась у самых первых цветов, дальше вела узкая дорожка из камня до самого крыльца. По обе стороны от меня, вместо газона простиралось голубое море. Это выглядело настолько необычно и красиво, что я остановилась на мгновение, пораженная видом. Цветы словно опоясывали дом со всех сторон, создавая атмосферу уюта и нежности.

Я убрала ручку чемодана и покатила его боком, стараясь не повредить хрупкие растения.Дверь в дом была приоткрыта, но путь преграждала белая занавеска, едва колыхавшаяся от ветра. На балках козырька висели пучки сушеной травы, а на ступеньках лежали забытые совок и старый веник.

Поставив ногу на первую ступеньку, услышала, как она скрипнула. Мне стало не по себе, словно я собираюсь прокрасться в чужой дом. Внутри послышались торопливые шаги, и через мгновение из-за занавески выглянула женщина.

Широко улыбнувшись, она бросила взгляд сначала на меня, потом на что-то внутри дома, и поспешила ко мне навстречу.

– Ладочка, – бабушка радостно потянулась к моему чемодану, – давай, помогу.

Она с ловкостью подхватила чемодан, и он с легким стуком приземлился на ступеньки. Поставив его у двери, бабушка широко распахнула руки, её улыбка была такой же тёплой, как и этот летний день. Я почувствовала, как внутри поднялась волна неловкости, хотелось спрятаться, отвернуться, но я шагнула вперёд. Её объятия были мягкими, почти невесомыми, но в них чувствовалась сила. Меня окутал теплый, знакомый аромат: запах теста, яблок и травяного чая. Я положила голову ей на плечо, и вдруг вся моя тревога растаяла – я осознала, что наконец-то дома.

Глава 4

4. На пороге перемен.

Верея Платоновна взяла меня за плечи, отстранив немного от себя, осмотрела с головы до ног.

– Какая ты красавица, Ладочка, наверное, часто это слышишь, – улыбнулась бабушка, а потом грустно добавила:

– Так на мать похожа.

Я уже собралась начать задавать вопросы, но вовремя спохватилась – не хотелось так начинать нашу первую встречу спустя столько лет. Можно даже сказать, что это было наше первое знакомство, ведь за эти годы я сильно изменилась. Лет так на шестнадцать. Оглянувшись на стену, куда бабушка посмотрела, впервые увидев меня, с удивлением обнаружила там часы, которые совершенно не вписывались в обстановку. Квадратные, стеклянные, с бесшумной секундной стрелкой. Я скорее ожидала увидеть старинные часы с кукушкой, раздражающее тиканье которых могло бы помешать уснуть ночью. Слева у окна стояло старое деревянное кресло с потертой и кое-где заштопанной обивкой. На спинке висело что-то вроде вязаного шарфа со спицами, воткнутыми прямо в него. Изделие выглядело очень небрежно, словно его вязал ребенок. Разве не все бабушки умеют вязать аккуратно и красиво? В углу находилась плетеная корзина из прутьев, которые выбивались и торчали во все стороны, заполненная клубками пряжи разных цветов. Перед креслом лежал пестрый ковер с рисунком, который был почти стерт временем.