Алексей Красиков – Никогда не рассказанная история (страница 2)

Остаток пути я проделал уже заметно бодрее – мысль о скором возвращении домой подогревала и радовала. Наконец, выбравшись из прибрежных кустарников, я очутился прямо напротив тех самых труб и приготовился увидеть знакомые очертания домов.

Но в следующий миг мне пришлось признать: произошло что-то действительно необъяснимое. Я в другом месте. В другом. С другим небом, рекой и лесом. Передо мной расстилалась очень живописная деревня прямиком из русских народных сказок.

* * *

Я подошел ближе и убедился, что деревня – не мираж. Все реальней некуда.

Одноэтажные деревянные избы, зеленые крыши которых словно сотканы из травы и цветов. Кое-где на них виднелись даже и небольшие деревца. Избы не выглядели музейной экспозицией или частью театральной постановки. Они были опрятными, красиво украшенными, вполне обжитыми и местами даже слегка обветшавшими. Возле каждого дома стояли клети с курями, рядом виднелись загоны с поросятами и коровами. Шум деревни, запахи фермы били мне во все органы чувств и говорили: мы есть, это все на самом деле.

Вдруг прямо на меня из-за угла дома вышла парочка – парень и девушка. Мы почти столкнулись: я от неожиданности по киношному нелепо отпрыгнул назад. Парень замер как вкопанный, а девушка, вскрикнув, плюхнулась на землю. Через мгновенье кавалер помог ей подняться и оба они внимательно уставились на меня. Я, в свою очередь, рассматривал их. Их одежда идеально дополняла картину сказочной деревни. Они были одеты в народные костюмы: на парне – холщовая рубаха навыпуск и широкие штаны; на девушке – простой опрятный сарафан. Волосы ее были заплетены в косу и украшены лентой.

Странно, эти двое очень быстро пришли в себя и, казалось, совсем не удивились появлению пришельца из другой реальности. Девушка заулыбалась, а парень приветственно протянул мне руку. Я в ответ протянул ему свою и в момент рукопожатия убедился, что он не привидение и не фантазия, а человек из плоти и крови. А еще, взглянув на свою руку, я вдруг увидел, что на мне надето что-то с рукавами. А ведь я точно помнил, что перед падением был в футболке. Быстро осмотрев и ощупав всего себя, я осознал, что одет в примерно такой же народный костюм, как и парень.

Приехали. Ну теперь точно, либо я свихнулся, либо стал жертвой дьявольски продуманного розыгрыша. Как на мне оказался этот костюм?

Кажется, мое поведение произвело неоднозначное впечатление. Они глядели на меня со слегка озадаченными улыбками. Вроде бы свой, местный – но ведет себя странно и лицо не знакомое.

Откуда ты, парень? – наконец подал голос местный житель.

Мое ухо резанула манера его речи. Он говорил с забавным старорусским акцентом. А слова произносил нараспев, будто рассказывал древнюю былину.

Вопрос был вполне ожидаемый, но все равно ввел меня в ступор. Что мне рассказать? Что мое самое реалистичное объяснение происходящего таково: я из реальности, а вы и вся окружающая действительность либо плод моего воображения, либо сон. Но в итоге ответил я полуправдой:

– Знаете, я заблудился. И сам не пойму, как это случилось. Я упал в реку, а когда очнулся, понял, что течением меня унесло сюда, в ваши места.

И вот тут произошло что-то уж совсем неожиданное. По мере моего короткого рассказа выражения их лиц синхронно сменились с приветливо-улыбчивых на удивленно-напуганные. Они переглянулись и резко отошли от меня на расстояние, достаточное для того, чтоб я их не слышал, и затеяли долгий разговор. Я стоял в полном ступоре. Что именно в моих словах могло вызвать такой эффект? Я снова и снова прокручивал их в голове, но решительно не находил ответа.

Наконец, загадочное совещание закончилось, и парень подошел ко мне.

– Если ты попал в такую беду – дозволь отвести тебя к нашему старосте, и он решит, как тебе помочь – сказал он спокойно, без прежней приветливости, но и не враждебно.

Я кивнул в ответ на предложение и все мы вместе направились куда-то вглубь деревни.

Пока мы шли, я продолжал разглядывать деревню, ее жителей и не преставал удивляться ей: с одной стороны, сказочной, а с другой – поразительно реальной. Проходя мимо домиков, будто сошедших со страниц деткой сказки, прикасаясь к плетеным изгородям, я все не мог поверить, что это происходит на самом деле. Все здесь выглядело постройками даже не прошлого, а позапозапрошлого века, и их существование неподалеку от моей деревни казалось невозможным.

И в то же время, если это театральная постановка, поставленная неведомым режиссером специально для меня, для одного единственного зрителя, то сделано это с высочайшим уровнем погружения. Здесь были местные жители всех возрастов, включая грудных детей; огромное количество домашней утвари – плошки и горшки разных размеров, странные архаичные инструменты, висящие на заборах и брошенные во дворах. А эти кричащие, хрюкающие, мычащие и кукарекающие жители деревни – это ж надо их всех сюда привести, кормить и содержать. Я уж не говорю о грядках, полных зелени, засеянных полях вокруг и плодовых деревьев тут и там.

Наконец, мы пришли к большому богато украшенному дому. Видимо – жилищу старосты. Едва мы подошли, из дверей вышел благообразный полный мужчина с седыми усами и бородой, спадающими ниже подбородка. Он с интересом посмотрел на меня и вопросительно – на моих спутников.

Вот, отец, гость в наше село. Говорит, что приплыл по реке – с поклоном обратился к нему парень.

Упоминание реки вызвало у старосты более сдержанную, но в целом такую же, как и у этих двоих, реакцию.

– По реке? – спросил он меня, и в голосе его я почувствовал нотки не то тревоги, не то недоверия. Я вновь кивнул, не понимая, что мне делать. И почему, черт возьми, их так возбуждает эта самая река.

А что ж мы в самом деле! – весело загорячился вдруг староста. – Надобно гостя накормить, а уж потом толковать. Его манера говорить, тягучая, будто нараспев, напоминала ту, что я подметил у парня. Едва он это сказал, из двери выглянули две женщины – одна молодая, как и пришедшая со мной девушка, а другая постарше. Наверное, это были жена и дочь старосты.

Повинуясь взгляду хозяина дома, они скрылись в дверном проеме и вышли оттуда уже с подносами, на которых была еда и напитки. Стол накрыли тут же, во дворе, и произошло это в мгновение ока. Весь стол был уставлен аппетитными блюдами: большой глиняный горшок с картошкой, жареная курица, мясо, зелень, соленья. Все это сшибало с ног аппетитным ароматом и выглядело чертовски аппетитно. Я вдруг снова вспомнил, как же я проголодался. Все присутствующие уселись за стол.

Староста взял в руку деревянную чашку или рюмку с мутной жидкостью, которую он налил из стоящего рядом огромного кувшина, и с той же занятной интонацией нараспев проговорил: мы рады гостю, которого судьба послала нам. – и благостно улыбнулся в мою сторону. Все подняли свои чаши, и, радостно переглянувшись, выпили и приступили к трапезе. Я от неловкости сначала взял себе то, до чего смог дотянуться – на поверку это оказался не богатый набор из какой-то зелени и квашеной капусты. Но сидящая рядом жена старосты решительно схватила мою тарелку и положила на нее такую гору мяса, что я невольно начал отнекиваться. Однако она взглянула на меня так, что я понял: сопротивление бесполезно.

Постепенно солнце клонилось к закату. Тем временем к нашему столу стали подходить новые люди. Стол будто сам собой начал увеличиваться в размерах – к нему приставляли доски, подпорки, огромные скамьи. И, конечно, поток новых блюд увеличивался пропорционально размеру стола.

На меня никто не обращал внимания, лишь соседи по столу, дочь и жена старосты, изредка улыбались мне и подкладывали новые куски. Люди ели, болтали, улыбались. Неожиданно для самого себя я выбросил все грустные мысли из головы, мне вдруг стало хорошо и уютно. Это был действительно чудесный теплый (и не только по погоде) вечер.

Невообразимый поток событий, захвативший меня еще с прошлого вечера и не подаривший не единой минуты сна, наконец, начал клониться к своему закономерному финалу. Глаза слипались, а сознание потихоньку теряло ощущение реальности, которое только недавно в нем обосновалось. Хозяева мгновенно обратили на это свое внимание и, тактично подержав меня за плечи, отвели в уже приготовленную комнату. Я рухнул на свежее белье. Матрас, который был набит то ли сеном, то ли чем-то подобным, уютно хрустнул подо мной, и я мгновенно провалился в сон.

* * *

Открыв глаза, я какое-то время лежал, напрочь забыв о вчерашнем. Наконец сообразил, что нахожусь в незнакомом месте. Мгновение полнейшего непонимания – и я резко подскочил на кровати, осознав реальность произошедшего. Спал я в одежде. Отряхнувшись, я торопливо огляделся и прислушался: никаких звуков, весь дом будто спал или вовсе был пуст.

Я вышел из комнаты и сразу оказался во дворе. Следы вчерашней пирушки исчезли, словно ее и не было. По двору с видом хозяев, высокомерно поглядывая на меня, прогуливались курицы. В воздухе смешивались свежесть летнего утра и легкая примесь навоза. Побродив какое-то время по двору, я решил, что ничего не мешает мне прогуляться по деревне и составить свежее мнение об этом месте, поскольку вчерашний день слился для меня в один невообразимо длинный мутный сон.