Алексей Хромов – Грамматика Страха (страница 4)

Азарт охотника, идущего по едва заметному следу, охватил Величко. Он снова почувствовал себя не просто регистратором непонятных закорючек, а дешифровщиком, взломщиком древнего кода. Он еще не открыл дверь, но уже нащупал замочную скважину и понял, что ключ должен существовать.

Он потянулся к клавиатуре, пальцы летали над клавишами. Нужно было немедленно зафиксировать это наблюдение, пока оно было свежим и острым. Пока сама реальность снова не попыталась сбить его со следа. Первая зацепка. Шёпот камня начал обретать интонацию.

8.

Азарт исследователя не затмил многолетней привычки к методичности. Наоборот, он подстегнул ее. Открытие было слишком важным, чтобы полагаться на память, особенно в состоянии крайнего утомления, граничащего с эйфорией. Величко отодвинул чашку с остывшим кофе, освобождая место на заваленном столе. Он схватил свой рабочий блокнот – толстую тетрадь в клеточку, уже наполовину заполненную его убористым, чуть наклонным почерком, – и открыл новую страницу.

Дата. Время – почти три часа ночи. Краткое описание состояния «тупик» до момента обнаружения. Затем он начал зарисовывать. Тщательно, стараясь передать все изгибы и точки, он скопировал первую комбинацию-маркер – «завиток + три точки». Подписал: «Начальный маркер (НМ)? Поз. 1». Рядом перечислил все случаи ее появления, с указанием номера артефакта и номера строки (условного, который он присвоил сам).

Потом то же самое проделал со второй комбинацией – «два шеврона + спираль». Записал: «Конечный маркер (КМ)? Поз. N». Снова перечислил все вхождения.

Затем он начал сравнивать. Есть ли блоки, имеющие и НМ, и КМ? Да, несколько. Есть ли блоки только с НМ? Тоже есть. Только с КМ? Вроде бы нет, но корпус текстов слишком мал для окончательных выводов. Есть ли зависимость длины блока от наличия маркеров? Он быстро пробежался по символам между маркерами в отмеченных блоках – длина варьировалась.

Он постукивал карандашом по странице, глядя на свои заметки. Маркеры границ. Границ чего? Отдельных «слов»? Маловероятно, блоки были слишком длинными. «Предложений»? Возможно. Или каких-то более крупных смысловых или функциональных единиц, которые не имели прямых аналогов в известных языках?

«Предварительная гипотеза, – начал он писать в блокноте. – Обнаружены две рекуррентные комбинации символов, занимающие строго определенные позиции (начальную и конечную) в линейной последовательности глифов. Вероятная функция – демаркация структурных единиц текста (условно – ‘фраз’ или ‘блоков’). Это указывает на наличие синтаксического уровня организации, не поддающегося стандартному частотному анализу из-за, возможно, нелинейных или контекстно-зависимых принципов языка. НМ и КМ – первые элементы предполагаемой грамматики Протоглифов».

Он перечитал написанное. Звучало сухо, академично, но за этими словами скрывался прорыв колоссальной важности. Из полного хаоса проступили первые контуры структуры.

Но блокнот – это одно. Нужен был цифровой документ, основа для дальнейшей работы, для построения более сложных моделей, которые потребуют компьютерной обработки. Он снова повернулся к монитору, где все еще светились загадочные глифы. Создал новую папку на рабочем столе: «ПРОТОГЛИФЫ_ИССЛЕДОВАНИЕ». В ней – новый текстовый документ.

Он на мгновение задумался над названием. Это была первая осмысленная гипотеза, первая ступенька. Он напечатал:

Протоглифы_Структура_Гипотеза_01.docx

Курсор мигал после последней цифры, словно маленькое цифровое сердцебиение в тишине ночного кабинета. Величко скопировал в файл свои наблюдения из блокнота, добавил скриншоты с выделенными маркерами. Первый шаг был сделан и задокументирован. Усталость накатывала с новой силой, но теперь она была окрашена удовлетворением. Он нащупал нить. Теперь нужно было только не упустить ее.

9.

С чувством глубокого удовлетворения, смывающего волны усталости, Величко навел курсор на иконку «Сохранить». Щелчок мыши прозвучал в тишине кабинета как финальный аккорд маленькой симфонии открытия. Вот он, первый задокументированный шаг в неизвестность, его первая победа над хаосом Протоглифов – Протоглифы_Структура_Гипотеза_01.docx. Маленький синий значок сохранения привычно мелькнул на панели задач…

И в ту же секунду мир погас.

Монитор моргнул раз, другой, а потом экран стал абсолютно черным. Одновременно погасла и настольная лампа, погрузив угол кабинета во мрак, нарушаемый лишь тусклым светом уличных фонарей из окна. Затих и привычный гул старого системного блока под столом. Наступила внезапная, гнетущая тишина, лишь сердце Величко колотилось где-то в горле.

Прошло несколько секунд полной темноты и безмолвия. А потом так же внезапно лампа снова вспыхнула, и монитор ожил, но не показав рабочий стол. Вместо этого на синем фоне выползло стандартное, унылое сообщение об ошибке – система была неожиданно завершена и теперь предлагает запустить средство восстановления или загрузиться в обычном режиме. Системный блок под столом недовольно взвыл вентиляторами, начиная процесс перезагрузки.

– Черт! – вырвалось у Величко. Он стукнул кулаком по столу, отчего подпрыгнула стопка книг. Старый компьютер, старая проводка в здании… Скачок напряжения? Наверное. Но почему именно сейчас? Именно в тот самый момент, когда он сохранял файл с самым важным открытием за последние годы, если не за всю жизнь?

Раздражение бурлило внутри. Он с нетерпением ждал, пока система загрузится, проклиная допотопную технику НИИ и вечные проблемы с электричеством. Наконец, появился рабочий стол. Папка «ПРОТОГЛИФЫ_ИССЛЕДОВАНИЕ» была на месте. Он дрожащей от досады и нетерпения рукой дважды щелкнул по ней.

Файл Протоглифы_Структура_Гипотеза_01.docx был там. Величко облегченно выдохнул. Но радость была преждевременной. Когда он попытался его открыть, текстовый редактор выдал лаконичное сообщение: «Невозможно открыть файл. Файл поврежден или имеет неподдерживаемый формат».

Он попробовал еще раз. Потом попытался открыть файл через другую программу. Безрезультатно. Файл был безнадежно испорчен. Все его наблюдения, вся структура гипотезы, все тщательно отобранные скриншоты – всё, что он только что систематизировал, превратилось в бесполезный набор битов.

Величко откинулся на спинку кресла, чувствуя, как волна бессильной злости сменяется холодной, липкой пустотой. Конечно, он мог восстановить все по памяти, по записям в блокноте. Но сам факт… Сам момент сбоя…

«Первый звонок», – промелькнула непрошеная мысль, эхо вчерашних слов Сычева о «нехорошем ощущении». Звонок откуда? От перегруженной электросети? Или от самих глифов, которые не хотели, чтобы их структура была зафиксирована и названа?

Он тут же отогнал эту мысль как глупую паранойю, порожденную усталостью и стрессом. Техника ломается. Файлы бьются. Это случается. Просто досадное совпадение. Очень, очень досадное.

Но когда он снова посмотрел на темный прямоугольник поврежденного файла на экране, ему показалось, что он видит в нем не просто результат технического сбоя, а первое безличное, но ощутимое предупреждение. Словно некая сила аккуратно, почти незаметно, подтолкнула стакан, стоящий на краю стола. Пока – лишь слегка.

10.

– Старая рухлядь! Гробы с микросхемами! – Величко раздраженно пробормотал себе под нос, глядя на сообщение об ошибке, светящееся на экране, как издевательский некролог его открытию. Он провел рукой по волосам, чувствуя, как пульсирует в висках кровь от досады и бессонной ночи. – Ну конечно, скачок напряжения. Чего еще ждать от этой конторы? Проводка небось еще Ленина видела…

Он заставил себя глубоко вдохнуть, пытаясь подавить волну иррационального гнева. Гневаться на неодушевленный предмет глупо. Техника есть техника. Она ломается. Особенно старая, перегруженная задачами, на которые она не была рассчитана. Да, совпадение неприятное, даже зловещее в своей своевременности, но… это просто совпадение. Стечение обстоятельств. Бывает.

С ворчанием он потянулся к своему рабочему блокноту, лежавшему тут же, на столе. Слава богу, он успел все зафиксировать на бумаге. Основа есть. Теперь придется потратить еще час или два, чтобы восстановить цифровой файл. Снова подбирать скриншоты, снова формулировать гипотезу… Работа, которую он только что с удовлетворением завершил, превратилась в нудное повторение.

Он открыл новый документ, решив даже не пытаться использовать старое имя файла, словно оно было проклято. Назвал его просто: Proto_Structure_v2.docx. И принялся методично, почти механически, переносить свои записи из блокнота на экран. Пальцы стучали по клавиатуре, но мысли были не только о маркерах и синтаксисе.

«Слишком уж… вовремя», – вертелось в голове навязчивым рефреном. Не раньше, не позже. А именно в ту самую секунду, когда открытие было зафиксировано. Как будто кто-то или что-то следило за ним и нажало на невидимый рубильник в самый подходящий момент. Предупреждение? Или просто злая шутка энтропии?

Величко помотал головой, пытаясь отогнать эти мысли. Паранойя. Классический симптом переутомления и чрезмерной концентрации на одной задаче. Когда долго смотришь в бездну символов, бездна начинает подмигивать тебе странными совпадениями. Он слишком погрузился, начал видеть закономерности там, где их нет. Надо взять себя в руки. Файл потерян из-за скачка напряжения в старой сети, питающей древний компьютер. Точка. Все остальное – домыслы и усталость.