18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Слушать книги Алексей Хромов (20)

На этой странице Вы можете бесплатно слушать аудиокниги Алексей Хромов онлайн. Также Вы найдете и других авторов книг схожих с Алексей Хромов

Последние
Алексей Хромов - Эхо Кассандры
Алексей Хромов - Эхо Кассандры
В городе, который никогда не спит, гении начинают исчезать. Один за другим. Математик, художник, виолончелистка — все они пропадают на пороге своих величайших свершений. Пресса в восторге от нового монстра, окрестив его «Маэстро» — неуловимым и жестоким эстетом. За расследование берется майор Соколов, лучший полицейский города. Но когда дело заходит в тупик, он вынужден обратиться за помощью к опальному психолингвисту Льву Ковалеву — отшельнику, преследуемому собственными скандальными теориями. Лев, изучая дело, понимает самое страшное: никакого «Маэстро» нет. Никакого гения-одиночки. Серия загадочных сбоев, необъяснимых аномалий и приступов массовой паники говорит о другом. Убийца — это сам Город. Гигантский, бессознательный организм, который инстинктивно уничтожает тех, кто угрожает нарушить его хрупкое равновесие. Теперь перед Львом стоит немыслимая задача: как поймать того, у кого нет ни имени, ни тела?
Алексей Хромов - Сталь и полынь
Алексей Хромов - Сталь и полынь
1926 год. Галиция. Город Златополь на границе двух миров — и на пороге великой беды.Сюда, в промозглый осенний город, возвращается старый русский офицер Евгений Полковниченко. Он потерял родину, семью, веру в будущее — но ещё способен видеть зло. А зло приходит под видом новых, ослепительных идей: «нация превыше всего», «кровь — это святое», «убей врага — и станешь героем». В подвалах и читальнях молодёжь слушает пророков, обещающих им величие и власть. Они верят, что ненависть — добродетель, а насилие — творчество.Им невдомёк, что эта вера куплена в чужих кабинетах. Что их будущая кровь нужна лишь для того, чтобы разжечь чужой пожар. Что идея «незалежности» — оружие, которое направляют против них же самих.«Сталь и полынь» — роман-предостережение о том, как рождается террор на обломках надежд. О том, как слово превращается в нож, а любовь — в ненависть. И о тех, кто выбирает оставаться человеком, даже когда весь мир вокруг сошёл с ума.Земля всё примет. Но урожай сам себе судья.
Алексей Хромов - Держи ее за руку
Алексей Хромов - Держи ее за руку
Ноябрь 2008-го, портовый город Устьма. Нагонная вода уходит из заброшенного сухого дока — и обнажает тело двадцатидвухлетней Веры Смолиной, ночной сиделки выездной паллиативной службы. Она записывала своим умирающим пациентам голосовые письма на старый кассетный диктофон.Следователь Ирина Гощина ведёт дело одиннадцать дней и обнаруживает, что лгут все: мать, отчим, напарница, пресс-секретарь фонда, координатор службы. Каждый — по своей мелкой, стыдной причине, и ни одна ложь сама по себе не преступление. Единственный свидетель убийства — семидесятидевятилетняя пациентка, которая после инсульта всё понимает и может произнести одно слово: «нет».Она говорит его в ответ на любой вопрос. И проходит почти весь роман, прежде чем кто-нибудь догадается, что это не ответ.
Алексей Хромов - Здесь не ложится снег
Алексей Хромов - Здесь не ложится снег
Посёлок Гривцы, юг Кузбасса, три тысячи двести человек. Под ним с 2003 года горит угольный пласт: на горе Тёплой не держится снег, из трещин тянет серой, зимой угорают по двое-трое за сезон, и это считается бытовухой. Тушить не тушат — есть только программа переселения. Осенью 2010-го в посёлок приходят 214 сертификатов на 590 семей. Кто попадёт в списки, решают цифры в блокноте двадцатитрёхлетней Аси Лутониной, техника-геофизика: её замеры определяют, чья улица аварийная, а чья нет. Половина посёлка носит ей варенье. Вторая половина к ноябрю уверена, что она берёт. В ночь на четырнадцатое ноября Ася не возвращается домой. Через двое суток её поднимают со дна свежего провала.Следователь Игнат Богуш приезжает туда, где не запирают дверей, где никогда не воровали и где здороваются все со всеми. Ему будут рады. Его накормят. Ему помогут. И на каждый вопрос ответят так, что через три месяца у него будет признание, приговор — и ни одного имени.
Алексей Хромов - Верхосолье
Алексей Хромов - Верхосолье
Верхосолье стоит на соляном руднике, а рудник стоит на пустоте. Двенадцатого апреля 1986 года в четвёртую панель пришла вода. Девять человек успели выйти и закрыли за собой гермодверь. Девять — не успели.Тридцать лет спустя город расселяют: земля больше не держит. За месяц до автобусов следователь Марк Лапин приезжает разобраться с провалом во дворе жилого дома — и застаёт городок, где за тридцать лет не случилось ни одного убийства, зато двести шесть человек ушли сами. Где по четвергам собираются в кабинете номер четыре бывшего медпункта. Где одиннадцать семей тридцать лет по очереди, по графику покупают крупу, свечи и батарейки — и уносят их в мёртвый лес, к заваренному стволу, каждый своей тропой, чтобы не натоптать.Одиннадцать семей. Девять погибших. Лапину предстоит понять, откуда взялись лишние две — и почему в этом городе на любой вопрос отвечают охотно, а на вопрос «во сколько именно?» замолкают все.Роман о вине, которой нужно место. И о том, что место всегда находится.
Алексей Хромов - Спас на дне
Алексей Хромов - Спас на дне
Лето 2010-го. Ясноводск задыхается от жары и торфяного дыма, а водохранилище, сработанное до отметки девяносто восемь, отдаёт то, что держало пятьдесят три года: из воды выходит село Спас-Затонье, затопленное в пятьдесят седьмом. В подклете уцелевшей церкви находят тело Льва Шадрина — директора ГЭС, утонувшего в восемьдесят восьмом. Пятаки на глазах, вымытые ноги, хлеб в руке.Следователь Глеб Архипов приезжает на две недели и остаётся до сентября. Через шесть дней находят второго — из той же компании мальчишек, что летом восемьдесят восьмого бегали на затон. Смерти идут одна за другой, и каждая повторяет обряд, которого никто не помнит, но который все узнают: старухи в очереди, звонарь, следователь, приехавший из области, чтобы ничего здесь не найти. Чем ниже вода, тем яснее: город хоронил не только дома.Роман о пяти мальчишках из восемьдесят восьмого года, о хлебе, который передают из рук в руки, и о вине, которую нельзя отбыть — её можно только взять. Из чужих рук.
Алексей Хромов - Анатомия Тени
Алексей Хромов - Анатомия Тени
Бывший выдающийся психоаналитик Арион Ветров давно похоронил себя в своей квартире, оставив позади призраков прошлого. Однако, когда в городе появляется убийца, превращающий человеческие трагедии в жуткие арт-инсталляции, полиция обращается к нему как к последней надежде. Жертвы связаны с могущественной и токсичной семьей Ордынцевых, а каждая сцена преступления представляет собой оживший вытесненный кошмар их детства. Чтобы понять логику безумца, Ариону предстоит погрузиться в лабиринт чужих воспоминаний, где каждый член семьи является и подозреваемым, и жертвой. Но чем глубже он копает, тем яснее становится, что это не просто расследование. Это связано непосредственно с ним. Убийца знает его тайны, его главный провал, и ведет его к финалу, где грань между аналитиком и пациентом, охотником и добычей будет стерта навсегда.
Алексей Хромов - Дверей Нет
Алексей Хромов - Дверей Нет
Художник Кирилл Астров заперт в своей мастерской и своем прошлом. Единственное, что связывает его с реальностью, — ежедневный ритуал самоистязания: старая кассета с поп-хитом из девяностых и единственный дефект пленки, ставший для него символом вины за исчезновение брата. Его творческий паралич кажется бесконечным, пока случайная встреча с Илоной Краевской, женщиной-идеалом, в чьих глазах он видит не душу, а безупречно выскобленную пустоту, не вдохновляет его на одержимость. Стремясь написать ее портрет, Кирилл начинает свой самый рискованный проект — попытку вскрыть чужую идеальную поверхность, чтобы найти оправдание своей боли. Но он не подозревает, что стал частью чужой, многолетней игры, где ставка — это не просто искусство, а сама реальность. В мире, где каждая стена — зеркало, а каждое отражение лжет, возможно ли найти выход, если дверей нет?
Алексей Хромов - Комната с манекенами или Синдром Унхаймлихе
Алексей Хромов - Комната с манекенами или Синдром Унхаймлихе
Он не убивает. Он "чинит". Год назад консультант-психоаналитик Арион Ветров похоронил свое прошлое и поклялся никогда не возвращаться в мир чужих кошмаров. Но когда город потрясает серия жутких и театральных убийств, молчание приходится нарушить. Таинственный убийца, прозванный Декоратором, не оставляет улик. Вместо них — зловещие инсталляции: мертвые женщины в окружении старых манекенов, сидящие за идеально накрытым столом, качающие кукол-младенцев в колыбелях. Для полиции это — деяния безумца. Но Арион видит в них жуткую, извращенную логику. Убийца не разрушает. Он созидает. Он "чинит" сломанные, по его мнению, жизни, даруя своим жертвам вечный покой в идеальном, мертвом мире. Чтобы остановить его, Ариону придется спуститься в подвалы собственного разума и разгадать загадку клиники "Заря" — места, где когда-то создавали "идеальных" людей. Но чем ближе он к разгадке, тем отчетливее понимает: эта кровавая игра с самого начала велась ради него. И он — главный экспонат в коллекции.
Алексей Хромов - Явление Героя из Пыли Веков
Алексей Хромов - Явление Героя из Пыли Веков
В забытой богами и людьми деревушке Кривоколенки доживает свой век Богдан — бывший писарь, а ныне самопровозглашенный "просвещенный муж" и последний герой земли Русской. Вооружившись ржавой косой вместо меча-кладенца и самоваром вместо кирасы, он отправляется в великий поход против Зла, которое, по его убеждению, гнездится повсюду: от соседского огорода до ярмарочных площадей. Его верным (и единственным) спутником становится Филя — мелкий плут и пройдоха, для которого великая миссия — лишь способ раздобыть еду и выпивку. Это история о донкихотских подвигах в декорациях древнерусской жизни, сатирическое путешествие по миру, где былинные змеи оборачиваются лесными пожарами, а прекрасные царевны — пастушками, потерявшими корову. Роман-перевертыш, полный юмора, абсурдных ситуаций и неожиданных философских прозрений, задающий вечный вопрос: где проходит грань между героизмом и безумием, и что на самом деле нужно, чтобы спасти этот мир, — пламенная вера или циничная смекалка?
Алексей Хромов - Последний Аргумент Истории
Алексей Хромов - Последний Аргумент Истории
Движимый непоколебимыми марксистскими убеждениями, восточногерманский физик Юрген Рихтер получает шанс переписать XX век – один выстрел, одна пуля в сердце зарождающегося зла. Он верил, что его вмешательство спасет мир от нацизма и приведет к триумфу социализма. Но что, если сама природа зла способна мутировать, находя новых носителей в самых неожиданных уголках мира? Возвращение Юргена в измененный 1985 год становится путешествием в ад собственных иллюзий. Перед ним – мир, пугающе преображенный его действиями, заставляющий столкнуться с разрушительными последствиями своего утопического замысла и задаться вопросом: был ли он спасителем или архитектором нового кошмара? "Последний Аргумент Истории" – это захватывающее исследование соблазнительной силы идеологии, невыносимой тяжести непреднамеренных последствий и пугающего вопроса о том, обречено ли человечество повторять свои самые темные главы в новых, ужасающих формах.

Электронные книги (10)

Алексей Хромов - Сталь и полынь
Алексей Хромов - Сталь и полынь
1926 год. Галиция. Город Златополь на границе двух миров — и на пороге великой беды.Сюда, в промозглый осенний город, возвращается старый русский офицер Евгений Полковниченко. Он потерял родину, семью, веру в будущее — но ещё способен видеть зло. А зло приходит под видом новых, ослепительных идей: «нация превыше всего», «кровь — это святое», «убей врага — и станешь героем». В подвалах и читальнях молодёжь слушает пророков, обещающих им величие и власть. Они верят, что ненависть — добродетель, а насилие — творчество.Им невдомёк, что эта вера куплена в чужих кабинетах. Что их будущая кровь нужна лишь для того, чтобы разжечь чужой пожар. Что идея «незалежности» — оружие, которое направляют против них же самих.«Сталь и полынь» — роман-предостережение о том, как рождается террор на обломках надежд. О том, как слово превращается в нож, а любовь — в ненависть. И о тех, кто выбирает оставаться человеком, даже когда весь мир вокруг сошёл с ума.Земля всё примет. Но урожай сам себе судья.
Алексей Хромов - держи ее за руку
Алексей Хромов - держи ее за руку
Ноябрь 2008-го, портовый город Устьма. Нагонная вода уходит из заброшенного сухого дока — и обнажает тело двадцатидвухлетней Веры Смолиной, ночной сиделки выездной паллиативной службы. Она записывала своим умирающим пациентам голосовые письма на старый кассетный диктофон.Следователь Ирина Гощина ведёт дело одиннадцать дней и обнаруживает, что лгут все: мать, отчим, напарница, пресс-секретарь фонда, координатор службы. Каждый — по своей мелкой, стыдной причине, и ни одна ложь сама по себе не преступление. Единственный свидетель убийства — семидесятидевятилетняя пациентка, которая после инсульта всё понимает и может произнести одно слово: «нет».Она говорит его в ответ на любой вопрос. И проходит почти весь роман, прежде чем кто-нибудь догадается, что это не ответ.
Алексей Хромов - здесь не ложится снег
Алексей Хромов - здесь не ложится снег
Посёлок Гривцы, юг Кузбасса, три тысячи двести человек. Под ним с 2003 года горит угольный пласт: на горе Тёплой не держится снег, из трещин тянет серой, зимой угорают по двое-трое за сезон, и это считается бытовухой. Тушить не тушат — есть только программа переселения.Осенью 2010-го в посёлок приходят 214 сертификатов на 590 семей. Кто попадёт в списки, решают цифры в блокноте двадцатитрёхлетней Аси Лутониной, техника-геофизика: её замеры определяют, чья улица аварийная, а чья нет. Половина посёлка носит ей варенье. Вторая половина к ноябрю уверена, что она берёт.В ночь на четырнадцатое ноября Ася не возвращается домой. Через двое суток её поднимают со дна свежего провала.Следователь Игнат Богуш приезжает туда, где не запирают дверей, где никогда не воровали и где здороваются все со всеми. Ему будут рады. Его накормят. Ему помогут. И на каждый вопрос ответят так, что через три месяца у него будет признание, приговор — и ни одного имени.
Алексей Хромов - Спас на дне
Алексей Хромов - Спас на дне
Лето 2010-го. Ясноводск задыхается от жары и торфяного дыма, а водохранилище, сработанное до отметки девяносто восемь, отдаёт то, что держало пятьдесят три года: из воды выходит село Спас-Затонье, затопленное в пятьдесят седьмом. В подклете уцелевшей церкви находят тело Льва Шадрина — директора ГЭС, утонувшего в восемьдесят восьмом. Пятаки на глазах, вымытые ноги, хлеб в руке.Следователь Глеб Архипов приезжает на две недели и остаётся до сентября. Через шесть дней находят второго — из той же компании мальчишек, что летом восемьдесят восьмого бегали на затон. Смерти идут одна за другой, и каждая повторяет обряд, которого никто не помнит, но который все узнают: старухи в очереди, звонарь, следователь, приехавший из области, чтобы ничего здесь не найти. Чем ниже вода, тем яснее: город хоронил не только дома.Роман о пяти мальчишках из восемьдесят восьмого года, о хлебе, который передают из рук в руки, и о вине, которую нельзя отбыть — её можно только взять. Из чужих рук.
Алексей Хромов - Верхосолье
Алексей Хромов - Верхосолье
Верхосолье стоит на соляном руднике, а рудник стоит на пустоте. Двенадцатого апреля 1986 года в четвёртую панель пришла вода. Девять человек успели выйти и закрыли за собой гермодверь. Девять — не успели.Тридцать лет спустя город расселяют: земля больше не держит. За месяц до автобусов следователь Марк Лапин приезжает разобраться с провалом во дворе жилого дома — и застаёт городок, где за тридцать лет не случилось ни одного убийства, зато двести шесть человек ушли сами. Где по четвергам собираются в кабинете номер четыре бывшего медпункта. Где одиннадцать семей тридцать лет по очереди, по графику покупают крупу, свечи и батарейки — и уносят их в мёртвый лес, к заваренному стволу, каждый своей тропой, чтобы не натоптать.Одиннадцать семей. Девять погибших. Лапину предстоит понять, откуда взялись лишние две — и почему в этом городе на любой вопрос отвечают охотно, а на вопрос «во сколько именно?» замолкают все.Роман о вине, которой нужно место. И о том, что место всегда находится.
Алексей Хромов - Дверей Нет
Алексей Хромов - Дверей Нет
Художник Кирилл Астров заперт в своей мастерской и в своих воспоминаниях. Единственное, что связывает его с внешним миром, — это ежедневный ритуал самоистязания: старая кассета с поп-хитом из девяностых и единственный дефект пленки, ставший для него символом вины за исчезновение брата. Его творческий паралич кажется бесконечным, пока случайная встреча с Илоной Краевской, женщиной-идеалом, в чьих глазах он видит не душу, а безупречно очищенную пустоту, не пробуждает в нем одержимость. Стремясь написать ее портрет, Кирилл начинает свой самый рискованный проект — попытку проникнуть в чужую идеальную оболочку, чтобы найти оправдание своей боли. Однако он не догадывается, что стал частью чужой многолетней игры, где ставкой является не только искусство, но и сама реальность. В мире, где каждая стена отражает, а каждое отражение лжет, возможно ли найти выход, если дверей нет?