Александра Руда – Кнопка (СИ) (страница 50)

— Убить бы тебя, — с ненавистью он плюнул мне в лицо, а потом за волосы поднял на ноги, и приставил к горлу кинжал. — Без фокусов.

Мы пошли к центру поля. Кинжал царапал мне шею, но я старалась не обращать внимания — мне удалось разобраться с собственным дыханием, и была рада хотя бы тому, что могу свободно дышать. Боль от удара об стену волнами накатывала при каждом шаге. Кажется, у меня была сломана пара ребер.

— Мальчики, — радостно проскрипел Сильвестро, — посмотрите, кого я вам привел. Маленькую цыпочку, которая так и жаждет поджариться у меня на огоньке.

Маги обернулись — среди них я узнала Энрико и мальчика, который в лесу в ночь сбора первоснежников помог мне найти жукачару. На их лицах отразился ужас.

— Не стоит старичков списывать со счетов, самонадеянные глупцы, — сказал Сильвестро. — О, нет-нет, Энрико, мой мальчик. Я вижу, что ты задумал. Нет, твой план кинуться на меня, а потом спасти эту девицу от потери крови, не удастся. Я знаю, что ты хороший целитель. Ну-ка, девка, раздевайся.

Я молча сняла с себя шубку, пока дедуган держал меня за волосы. Он попробовал разрезать на моей спине свитер, но нитки были слишком толстые. Поэтому Сильвестро ограничился только тем, что приставил спереди кинжал к области моего сердца, проколов остриём свитер.

— От прямого попадания ножа в сердце не спасешь даже ты, одаренный, но такой глупый мальчишка. Вы исполняете мои приказы — и с вашей драгоценной девкой ничего не случится. Ты ведь хочешь жить, девчонка?

Я молчала. Во мне боролись два начала — животное, хотевшее жить ни смотря ни на что, и человеческое, которое не хотело доставлять сумасшедшему старикану удовольствие своим ответом.

— Ну? — кинжал проколол мне кожу.

— Иди ты к Таракану, — медленно и внятно проговорила я, готовясь умереть.

— Ненавижу людей, — сплюнул Сильвестро и вонзил в меня кинжал. Он уткнулся в ребро — не так-то легко убить человека, особенно, если нет практики. Я вскрикнула. Старый маг дернул кинжал пару раз, выпутывая его из свитера. Я не смогла сдержаться и несколько раз всхлипнула от боли.

— Не тронь ее, — маги расступились; придерживаясь за плечо Энрико, с земли поднялся Эрнесто. Я узнала его только по голосу — маг был укутан в чужой балахон, волосы обгорели, лицо в саже.

— Ага, — довольно сказал старик. — Значит, я не ошибся. Ты действительно ее любишь.

— Люблю, — кивнул Эрнесто.

— Что? — глупо спросила я.

Сильвестро захихикал.

— Ты такой же дурак, как и твой папаша, — сказал он, продолжая хихикать. — Мальчишка, если уж задумал идти против всех, так спрячь подальше все свои привязанности. А то погибнешь так же глупо, как и Ампаро.

— Отец погиб, это был несчастный случай!

— Ах, ну да, ну да. Щенок! Тебе еще учиться и учиться, а туда же, рвешься руководить группой сосунков! Я убил твоего отца, потому что он был идиотом. И тебя убью, но потом. Сейчас мне нужно выйти отсюда живым, и ты мне этот проход обеспечишь. Иначе я прирежу твою девку.

— Хорошо, — сказал Эрнесто. — Только отпусти Ташу. Я подставлю свое горло под твой кинжал.

— Щенок, — с удовольствием протянул старый маг, — учись. Действеннее угрожать жизни любимой, чем твоей. Что я и делаю. Ну?

Молодой маг посмотрел на мою грудь, туда, где расплывалось по свитеру пятно крови от глубокого пореза, и сбросил свою руку с плеча Энрико, сделав неуверенный шаг в нашу сторону.

— Эрнесто, ты не можешь… — начал было целитель.

— Могу, — процедил сквозь зубы Эрнесто. Второй шаг у него получился увереннее, но его все равно качало из стороны в сторону.

Мы пошли к выходу, я механически переставляла ноги, пытаясь понять, что же происходит. Если взять за исходный факт то, что Эрнесто меня любит — как бы дико это не звучало, особенно на фоне его недавних отношений с Наной, то как об этом узнали все маги? Судя по лицам молодых магов, они очень не хотели, чтобы со мной случилось что-то плохое. Почему? Не думаю, чтобы Эрнесто бегал по Академии, радостно сообщая каждому о своих чувствах и умоляя обо мне позаботиться. Может быть, они все поняли, когда Эрнесто заслонил меня собой?

— Куда мы идем? — спросил молодой маг.

— В астрономическую башню, — приказал Сильвестро. — Да не трясись ты, девка! Обещаю, твоя смерть будет легкой. Я уважу твоего дружка.

— Я не от страха, — сказала я, цокая зубами. — Я от холода.

— Ты совсем не боишься? — удивился старик.

— Нет, — сказала я. Однажды мой Федор в сердцах сказал мне: «Как можно быть такой бестолковой, Таша! Почему нельзя думать сразу о двух вещах?» Возможно, мой слишком умный брат и мог одновременно мысленно решать математическую задачу, а вслух объяснять мне законы органической химии, но мне это было не под силу. Поглощенная мыслями о том, почему я вдруг стала такой важной для молодых магов, я совершенно забыла о страхе. Ведь, в сущности — страх — это не то, что ощущает наше тело. Страх — это то, что ощущает наш разум. А мой разум был занят совсем другими мыслями, и терзаниям о том, что будет со мной дальше, там не было места.

— Молодец, — похвалил меня Сильвестро. — Ты, малыш, выбираешь себе любовь куда лучше, чем твой папаша. Он-то влюбился в совершенную дуру.

Старик, видимо, ожидал какой-то ответной реакции от Эрнесто, но тот только пожал плечами.

В коридорах нам изредка встречались молодые маги. Окровавленные, в обожженной одежде, они сидели, прислонившись в стенам, невидяще глядя перед собой. Некоторые уже были с объемными бутылями, но у всех, абсолютно у всех, дрожали руки. Никто из них не позаботился убрать с проходов останки погибших. Судя по состоянию коридоров, здесь велись серьезные битвы. Что же здесь произошло? Эрнесто и Сильвестро вели себя так, будто их совершенно не заботит увиденное! Молодые маги убивали старых? Почему? Опять одни только вопросы без ответов.

Мы долго поднимались по ступенькам наверх, в башню. Никого из людей туда не пускали, а на двери стоял замок, который реагировал только на магическую кровь. Такой же, как на учебном полигоне. С каждой ступенькой шаги Эрнесто становились все тяжелее и тяжелее, он цеплялся за перила, с видимым усилием заставляя себя каждый раз поднимать ногу. Сильвестро покряхтывал, с хрипом втягивая в себя воздух. Он вцепился в мой свитер обеими руками, перевалив на меня почти всю тяжесть своего тела. Вдруг Эрнесто споткнулся, упал, и больше не смог подняться. Он пытался опереться на руки, чтобы встать хотя бы на четвереньки, но они бессильно разъезжались.

Эта задержка позволила Сильвестро отдышаться, чтобы приказать противным голосом:

— Вставай, Эрнесто! Ты же не хочешь, чтобы я порезал твою девку? Ну? — он легонько провел по моей щеке кинжалом, я почти не почувствовала боли, но беспомощный взгляд молодого мага изменился и стал жестким.

Эрнесто поднялся, не отводя взгляда от моей новой царапины. Сильвестро захихикал.

Перед самой дверью была страшная грязь — я всегда боялась мыть и убирать последнюю ступеньку, опасаясь того, что магическая дверь может преподнести неприятный сюрприз. А маги никогда не утруждали себя такой мелочью, как вытирание подошв или складывание огрызков в урну.

— Давай, мальчик! — просипел Сильвестро, снова поднося кинжал к моему горлу. — Только без фокусов.

Эрнесто прикоснулся к ручке, и дверь с жутким скрипом открылась. Посыпались хлопья пыли, в носу и горле запершило. Сильвестро чихнул, и его кинжал поцарапал мне шею. Прикосновение теплой крови к холодной коже было даже приятным. Эрнесто дернулся было ко мне, но тут же овладел собой и замер.

Но Сильвестро уже забыл о нас, он бросился в комнату. Отброшенный кинжал зазвенел, скатываясь по ступенькам вниз. А Эрнесто начал падать…

Я успела. Я успела подхватить его, и тяжелое тело молодого мага безвольно обвисло на моем плече. И хотя он был тяжелее меня в два раза, я не упала. Я просто не могла этого сделать — простив этого восставал весь мой профессионализм. Ведь я — аптекарь, моему пациенту плохо! Я осторожно опустилась на колени и уложила мага на пол. Зачерпнула из своей многострадальной сумки смесь порошков, открыла Эрнесто рот и начала втирать ему снадобья просто в десна. Через несколько мгновений он закашлялся и открыл глаза.

— Помоги мне встать! — не терпящим возражений тоном приказал он.

— Но…

— Быстро! — рявкнул он, и из обожженного, израненного и измученного тела внезапно проявился тот самодовольный и надменный Эрнесто, с которым я познакомилась в начале осени.

Мы встали далеко не с первой попытки, и, пока я пыталась унять дрожь в коленях от нагрузки, Эрнесто вошел в башню. Я поплелась за ним, даже не пытаясь спрашивать у себя, зачем я это делаю.

В святая-святых Академии царил хаос. Такого беспорядка не устраивали даже мои братья в малолетстве, оставленные дома на полдня. Маги что, совершенно не понимали той истины, что книжные полки существуют для того, чтобы не только снимать с них книги, но и ставить обратно?

В центре захламленной комнаты стоял большой мутно-белый шар на кованом треножнике. К этому шару сейчас прижался Сильвестро, и лицо его расплывалось в блаженной улыбке. Он не замечал ничего вокруг, в том числе и Эрнесто, который, взяв обеими руками фолиант потяжелее, в блестящем драгоценными камнями кованном переплете, скользящим шагом приближался к старику. Первый раз магу не удалось поднять книгу на желаемую высоту, но он собрался с силами и обрушил на голову Сильвестро страшный удар. Старик захрипел и повалился навзничь. Отбросив книгу, Эрнесто помчался к двери, схватил меня за руку и побежал вниз, словно паря над ступеньками.