Александра Руда – Кнопка (СИ) (страница 49)

— Ташка, не трогай меня! У меня ничего не болит! Я просто репетирую предсмертную речь. Ведь любовь, чтобы вообще, бывает только раз в жизни, и обычно заканчивается трагически. А вдруг я так полюблю и мне придется умереть? Тогда я уже буду знать что говорить!

— Лучше бы уроки учил, — проворчала я…

… Я не знала, какие чувства заставили Эрнесто заслонить меня своим телом. Но я знала совершенно точно — он спас мне жизнь. Опять. И, судя по всему, прощальную речь он не репетировал, потому что он рявкнул на меня голосом, полным боли, совсем не романтические слова:

— Беги, дура!

Вот тебе и любовь так, чтобы вообще. Хорошо, что ногой не пнул.

Наверное, я должна была забрать с собой тело Николая. Но я решила, что не стоит искушать богов, давая Хуано еще одну возможность меня убить.

Поэтому изо всех сил, которые у меня еще оставались, я рванула в растительность, которая окружала тренировочный полигон по периметру, петляя на бегу. Рядом с сухим треском рассыпался в пепел куст, я заметила это краем глаза, ныряя в спасительную зелень и кидаясь плашмя на землю. Извиваясь, путаясь в длинной юбке и цепляясь шубкой за корни и ветки, я ползла к выходу, желая только одного — убраться с бойни сограждан побыстрее и бежать искать помощи у стражников, в колледже, в городской управе — везде, где могут остановить кошмар, творящийся в стенах Академии.

Я ползла, ползла, пока не уткнулась носом в руку Лео, сидящего в небольшой пещерке в переплетении корней большого дерева.

— Сюда! — приказал он, затягивая меня за рукав к себе в убежище.

— Что ты здесь делаешь? — прошептала я.

— Прячусь, — лаконично ответил он.

— Пойдем скорее отсюда! Нам нужно бежать…

— Таша, — Лео мягко закрыл мне рот. Ладонь у него была теплая и приятно пахла травами, — когда вы с Николаем бросились героически погибать, ты успела заметить, сколько там магов?

— Около десятка, — ответила я озадаченно, — а что?

— Вот! А ты знаешь, где остальные маги, если они не на месте Прорыва? И в каком они настроении? И я не знаю. И мы не знаем, где сейчас чудовища. И в каком они настроении. Тут мы хотя бы знаем ситуацию. Я считаю, что соваться в другое место слишком опасно.

Я упрямо покачала головой и собралась вылезти из пещерки.

Лео навалился на меня всем телом, удерживая на месте.

— Таша, — зашептал он мне в ухо, обдавая щеку жарким дыханием. — Я понимаю твои чувства. Если бы я успел за вами двумя, я бы тоже бросился спасать людей. Но я опоздал, и имел возможность остановиться и подумать. Я видел, как погиб Николай, и скорблю вместе с тобой. Но мы должны жить, чтобы его жертва не была напрасной. Звучит высокопарно, я знаю. Но это ведь правда!

Смирившись, я свернулась в клубочек, стараясь не прислушиваться к шуму, который доносился с поляны. Мне было страшно. Теперь я начала бояться за собственную жизнь. Это был обычный страх вызванный инстинктом самосохранения. Чувство, заставляющее кидаться на заведомо сильнейшего противника, чтобы защитить другого, прошло, и теперь я дрожала от ужаса. Как же мне хотелось жить! Причем хотелось жить в самой что ни на есть простейшей физической форме — есть, спать, двигаться.

— Тш-ш-ш, — успокаивал меня Лео, обнимая и прижимая мою голову к соей груди.

Ничего утешительного он сказать не мог.

Через какое-то время, показавшееся мне бесконечным, сокурсник сказал:

— Выбираемся отсюда.

— Что? — я сразу не поняла.

— Слышишь, шум изменился. Кажется, там сейчас будет такая заварушка, что нам лучше держаться подальше.

Я не слышала, как поменялся шум — его полностью заглушало биение моего сердца и толчки крови по артериям, но решила поверить Лео.

Мы осторожно выползли из своего укрытия и двинулись в сторону двери. Теперь и я слышала крики, раздававшиеся на поляне — там кто-то очень громко скандалил.

Убежать нам не дали — огненный шар, пролетевший над нашими головами, был такой мощи, что деревья вспыхнули как спички. От искры моя шубка тоже загорелась, огонь быстро побежал по меху.

Леопольд не дал мне времени на раздумья. Он прыгнул на меня, и мы покатились по земле. Остатки снега недовольно шипели, соприкасаясь с горящей одеждой. Почему-то именно этот звук заглушил для меня все остальное. Убедившись, что шуба больше не горит, Лео рывком поднял меня на ноги и потащил за собой. Я двигалась машинально, совершенно не соображая, что происходит и что нужно делать. Как-то так получилось, что из моей головы в какой-то момент вылетели все мысли, я как будто оглохла.

За нашими спинами пылали растения, было жарко, словно летом. Лео вытащил меня на поляну, не давая упасть — мои ноги разъезжались по грязи, юбка цеплялась за ветки кустарников. Он ступал уверенно, опираясь на деревянный протез, который оставлял в земле глубокие следы.

На поле творилось что-то невообразимое. Летали огненные шары и ледяные молнии, воздух трещал от используемых заклинаний. Некоторые маги вступили в рукопашную, от души колотя друг друга.

Не останавливаясь, Лео тащил меня к противоположному краю учебного полигона, стараясь держаться в стороне от магического боя и не подходить слишком близко к горящим деревьям. На нас никто не обращал внимания, равно как и на кучку людей, которые, обезумев, метались по поляне — то ли разыскивая тела родных, то ли в поисках выхода.

Держа мою руку словно в тисках, сокурсник не давал мне возможности остановиться, собраться с мыслями, возможно, с силами для помощи горожанам. Я, наконец-то, поняла, куда он бежал — к остаткам каменного строения, которое когда-то было то ли учебным зданием для отработки боевых заклинаний, то ли местом отдыха после тренировки. Сейчас на полуразрушенных стенах висели сухие побеги вьющихся растений, из одного из пустых окон выглядывало молодое деревцо.

Мы забежали за стену, и тут Лео оставили силы.

Он упал на сохранившиеся плиты мозаичного пола, закусив губу так, что по подбородку потекла тоненькая струйка крови. Поджав к животу колено, он обеими руками схватился за культю. На лбу у него выступила испарина, в глазах полопались сосуды. Он очень пытался сдержать стоны, и изо рта у него доносилось едва слышное мычание.

Меня как будто толчком вернули в реальный мир, я не могла больше позволять себе удивляться или пугаться, когда рядом со мной был страдающий человек. В моей голове зашумело, я стала различать звуки драки и выкрики.

— Подожди немного, подожди, — шептала я, раздирая на груди остатки шубки. От жара кожа задубела, железные пуговицы не хотели выпутываться из петель, но я добралась до главного своего сокровища — аптекарской сумки, которая висела на шее.

После всех передряг содержимое перемешалось — порошки высыпались из разорвавшихся пакетиков. У меня в ладони оказалась кашица из всех снадобий. Я не раздумывала, просто ссыпала ее Лео в рот и заставила проглотить.

Зачерпнула из лужицы воду, дала напиться. Теперь оставалось только ждать действия смеси.

— О, как же больно! — наконец-то прошептал друг, расцепив зубы и слизнув кровь с губы. — А чем это ты меня накормила?

— Смеюсь различных лекарств, — призналась я. — Я это Тарасу готовила — обезболивающее, стимулирующее, жаропонижающее. Тебе точно должно было помочь.

— Кстати, а где твой жених номер один? — спросил Лео.

— Не знаю, — растерялась я. — Он нам открыл двери и больше я его не видела.

— Ну, этот нигде не пропадет, — успокоил меня Леопольд, с кряхтением вставая на колени и небрежным жестом стирая кровавую полосу с подбородка. — Давай посмотрим, что там.

Он осторожно выглянул в окно, отодвинув ветки дерева. Бой затихал — судя по увиденному, побеждали более молодые маги — их темные головы с развивающимися волосами встречались куда чаще, чем седые.

— Сейчас, — сказал Лео, — они разберутся между собой и мы с тобой тихонечко слиняем отсюда.

— А ты сможешь идти? — усомнилась я.

— Я жить хочу, — спокойно ответил сокурсник. — Если надо — поползу, если надо — покачусь. Тут уже не до гордости.

Молодые маги вязали старых; один из молодых привязывал уцелевших людей друг к другу, покрикивая на них, как на стадо баранов. Горожане вели себя покорно — то ли находились под воздействием магии, то ли им уже было все равно, что с ними сделают. Поляна постепенно пустела, оставалось всего несколько магов, которые сгрудились недалеко от дуба.

— Сейчас эти уберутся, и идем, — предупредил Лео.

— Ты можешь идти, куда хочешь, — проскрипел за нашими спинами голос. — А вот девке придется пройтись вместе со мной.

— Сильвестро, — прошептала я, повернувшись.

До этого момента я никогда не видела этого старого мага с горящими злобой черными глазами и седой волнистой реденькой бородкой, но сразу узнала его скрипучий голос.

— Господин маг Сильвестро, — желчно поправил старик. — Хорошо, что этот идиот Хуано не смог тебя убить. Идем, девка.

— Она никуда не пойдет, — Лео легко, словно у него ничего не болело, поднялся на ноги, приняв угрожающую позу.

Сильвестро с усилием хлопнул в ладоши, Лео упал и больше не шевелился, я закричала. Отчаяние охватило меня настолько полно, что, не соображая, я кинулась на старого мага, вцепившись ему ногтями в лицо.

— Дрянь! — воздушной волной меня откинуло к стене.

Мне показалось, что все мои внутренности сплющились, а ребра сломались на мелкие кусочки. Пока я пыталась вдохнуть, Сильвестро вытер кровь, сочившуюся из нескольких довольно глубоких царапин и подошел ко мне: