Александр Лопухин – Жизнь за океаном (страница 20)
Новоиспеченные научные теории, которые у нас, как известно, с жадностью поглощаются пустыми в собственном содержании желудками, в Америке далеко не пользуются таким гостеприимством и сплошь и рядом преследуются сатирой. В одном из лучших нью-йоркских цирков-музеев (то и другое вместе) среди всевозможных занимательных редкостей я встретил интересную группу механических обезьян-музыкантов, которые по движению скрытого механизма великолепно исполняли разные музыкальные пьесы – на скрипках, трубах, барабанах и т. д. Над ними золотая надпись гласила: «Труппа дарвиновых людей». В самом распространенном юмористическом журнале (The Puck) в одном из последних номеров напечатана была уморительная поэма, воспевающая теорию самозарождения и постепенного развития. Поэма представляет целый хор ученых натуралистов. Один из них в восторженных стихах излагает эти теории, заключая каждый куплет словами: «Так, джентльмены, и вышло все само собой». Хор натуралистов подхватывает этот стих и с лихими притопыванием поет:
Хор ученых громко пой –
Стало все само собой.
Сатирическое отношение к новоиспеченным теориям проявляется не только в сатирических по профессии изданиях, но и в обыкновенной газетной печати. В одном из воскресных номеров лучшей американской газеты «N. Y. Times» напечатана была интересная в этом отношении статья под заглавием: «Религия будущего». Статья принадлежит к так называемым «издательским» или по нашему редакционным и след. выражает не частный взгляд, а взгляд всего издания. Некто Стефен в одном из месячных журналов напечатав статью, в которой доказывает, что христианство рано пли поздно отживет свое время, перестанет удовлетворять чувствительных людей; на смену его должна будет выступить новая религия, основывающаяся на великих истинах положительных наук. Разбор этого мнения и имеет своим предметом названная выше газетная статья. Вот что между прочим в ней говорилось:
«Хотя Стефен и уверен, что новая религия будет согласна с научными истинами и в них откроет источники для благочестивых размышлений, но он не определяет этой религии точно и подробно. Однако это совсем не трудно, и мы возьмем на себя задачу начертать символ веры и особенности этой положительной религии будущего. Эта религия, конечно, не будет признавать откровения, а следовательно, и связанных с ними истин о существовании личного Бога, бессмертия души. Если нет бессмертия, то, естественно, нет и награды или наказания по смерти; значит нет различия и между греховностью и праведностью, и правилом жизни может быть только выгода. Новый символ веры будет состоять из трех членов: 1) нет будущей жизни; 2) выгода есть единственное правило жизни и 3) быть может есть, а быть может и нет личного Бога. По своей простоте новый символ веры гораздо короче старого и не дает места для утомительных богословских умозрений.
«Новая религия, конечно, не будет нуждаться ни в церквах, ни в священниках, и весь культ будет состоять только в том, что поэты будут слагать оды, воспевающие Великую, быть может существующую, а быть может и нет, Первопричину. Но она, однако же будет содержать в себе истины, к размышлению о которых будут прибегать люди и в радости и горе. Истины эти, конечно, положительно научные, и ими-то будут люди утешаться в горе, укрепляться в слабости. Преступник, приближающийся к виселице, будет приготовлять себя к смерти размышлением о великой и славной истине биномовой теоремы. Священник, конечно, уже не будет напутствовать его, а придет какой-нибудь ученый филантроп и прочитает ему утешительные выдержки из алгебры и угладит ему путь в царство небытия искусным начертанием теоремы Пифагоровых штанов. Это так благотворно повлияет на преступника, что он взойдет на эшафот с истинно научным спокойствием. Когда человек будет подвергаться какому-нибудь опасному искушению и не в силах будет противостоять ему, то стоит ему только уединиться в кабинете и немного позаняться размышлением о квадратуре круга; это так укрепит его, что он безбоязненно может проходить чрез огненную пещь всяких искушений. Подобное размышление будет чрезвычайно полезно и в горести. Напр., у человека умирает нежно любимая жена. Он знает, что никогда больше не увидит ее и что она, вместо того чтобы ждать его в будущем мире, разложится на свои химические элементы. В таких обстоятельствах он, возвратившись с научных, разумеется, похорон, уединяется для того, чтобы найти утешение в своей религии. Он размышляет об элементах орбиты новой кометы, или сосредоточивает свои сердечные чувствования на истине, что сила притяжения обратно пропорциональна квадрату расстояния. Это скоро утешит и укрепит его, и он выйдет из своего заключения с миром в душе. – Новая нравственность также будет отлична от христианской. Отвержение теории, что существует какой-то грех, в христианском смысле этого слова, и принятие учения, что удача есть единственное правило жизни, поведут к результатам, при виде которых совсем уже не стоит жить в таком обществе, где еще существуют христианские предрассудки. Люди будущего несомненно будут толковать о нравственности так же красно, как говорили о ней стоические философы; но если они будут находить при случае выгодным отдать свою жену в наем ближнему, или удобным покончить с своею жизнью, то наука ничего не может возразить против этого, а тем более разубедить их.
«После всего этого ясно, что новая религия куда как будет лучше христианства, и мы должны всячески стараться о скорейшем ее введении и распространении. Невежественные люди и слабые женщины, наверно, долго еще будут держаться христианства, но превосходство новой религии, с ее научным утешением и великим обетованием вечной смерти, так очевидно для всех мыслящих людей, что они несомненно с радостью примут новую веру».
Вот один из многих образчиков отношения свободной американской печати к мечтательным теориям о разных научных религиях. Этот спокойный, но убийственный сарказм грознее для подобных теорий, чем пространные опровержения их: он смертным приговором ложится на них, и они бесследно исчезают во мраке забвения.
VII. Библия в Америке
Общественное значение Библии у американского народа. – Библия в языке, литературе, искусстве и политике. – Ново исправленный перевод Нового Завета и общественный интерес по поводу этого события. – Характер перевода. – Газета в полбиблии величиной.
«Библия содержит в себе 3.586.489 букв, 773.692 слова, 31.173 стиха, 1.189 глав и 66 книг. Слово Господь встречается 1.855 раз, слово
Такую математическую выкладку касательно содержимого Библии мне недавно пришлось прочитать в одной нью-йоркской газете, и она представляет собою не только любопытный курьез, но и интересную характеристическую черту. Скрупулезная внимательность к содержимому Библии со стороны досужего счетчика в ней букв и слов есть только одно из многих проявлений общего отношения американцев к священной книге. Наверное, нигде Библия не имеет более важного общественного значения, чем как в Америке. Здесь она не только настольная книга в обыкновенном смысле слова, но вошла в плоть и кровь американского общества. Если бы можно было отнять у американского народа Библию, то это значило бы лишить его половины его существа. С Библией у американца связаны сладостнейшие воспоминания раннего детства. Лишь только у ребенка пробуждается сознание, как он начинает видеть непременную в каждом доме толстую золотообрезную книгу, которую седовласый дед или морщинистая бабушка в серебряных очках неопустительно читает каждое утро и вечер при пылающем камине. Монотонный и своеобразный речитатив этого чтения навсегда ассоциируется в представлении ребенка с блаженным периодом счастливого детства. Когда приходит время обучения, то на праздники Рождества отец вместе с другими подарками сыну или дочери дарит также и крохотную хорошенькую Библию. Затем начинается школа, и там опять сладостные воспоминания семейной жизни ребенка оживляются и поддерживаются ежедневным чтением Библии. В американских школах обучение ежедневно начинается чтением главы из Библии, хотя и без всякого объяснения. Зато воскресная школа, которая в Америке стоит на высокой степени развития, имеет своею специальною целью объяснительное изучение Библии. Успех в этом отношении достигается замечательный. Дети в Америке вообще развиваются очень рано, но ясные, отчётливые библейские познания приобретаются ими в такие лета, когда европейские и особенно русские дети не имеют еще никакого понятия о самой книге. На пасху в одной из нью-йоркских церквей мне пришлось присутствовать на праздновании годовщины воскресной школы. Собралось до семисот детей. После нескольких гимнов начался так называемый в программе годичный обзор труда. Законоучитель перечислял по порядку воскресные дни, в которые была воскресная школа, и обращался к детям с вопросами, какой текст объяснялся в такой-то день, и тотчас же вся масса детей с удивительной отчетливостью и бодростью наизусть прочитывала текст. Так как объяснение текстов в школе ведется по той системе, по которой Библия читается в церкви, то это дало возможность и печати следить за обучением в воскресной школе, и в воскресных номерах светских ежедневных газет можно всегда найти более или менее обстоятельное объяснение того текста, который стоит на очереди в воскресных школах так что дети имеют возможность три раза встретиться с одним и тем же текстом – в его различными формах , – в церкви, в школе и газете.