Зоряна Лемешенко – Пламя инквизиции (страница 13)

Я действительно не понимала. Мне всерьёз собирались поручить убийство или разврат? Альберто какое-то время молча меня изучал, а потом, вздохнув и потерев переносицу, сказал:

— Я принимаю клятву. Если что-то нужно будет, я тебя найду. Если у тебя будет что-то ко мне, то я либо на службе, либо в Рыбачьем переулке, дом с жабой.

Не прощаясь, мужчина развернулся и вышел. А у меня появилось нехорошее какое-то ощущение, что всё далеко не так просто, как я себе представляла.

После встречи со стражником я отправилась туда, куда давно следовало зайти — за женским бельём. На рынке его не оказалось, но меня отправили в лавку на торговой улице, где выстроились в ряд много маленьких магазинчиков. Я с опаской вошла в лавку, где все стены и поверхности были увешаны изделиями из нежных тканей, украшенные лентами, рюшами, вышивками и вообще всем, что только можно вообразить.

— Добрый день, чего изволите? — вдруг возникла передо мной продавец.

— Здравствуйте! Мне бы сорочку ночную, простую какую-нибудь, без излишеств… — я надеялась, что такие дешевле всего, потому что язык не поворачивался признаться в своих ограниченных ресурсах.

— Пройдите сюда, будьте добры. Думаю здесь как раз то, что Вам нужно.

Продавец была так мила, что я даже позабыла о недавней неприятной ситуации с Альберто, со странностями инквизитора, с непроглядной безнадёгой в моей жизни. Я удивилась, увидев вполне доступные для меня цены, поэтому позволила себе взглянуть на сорочку поинтереснее.

И тут дверь магазинчика открылась и на пороге появилась Ванесса в сопровождении всё той же спутницы, что в прошлую нашу встречу.

— Оооо, какая неожиданность, Алекса! — Ванесса приторно улыбнулась и потянулась целовать меня в щёки, от чего я немного пришла в замешательство. И тут её подруга покашляла, — простите, совсем я забыла о правилах приличия! Познакомьтесь, моя подруга Кристанна, а это невеста нашего Лео — Алекса.

Резануло слух слово «наш» и пренебрежительно произнесённое «невеста». Эх, как жаль, что по тем же заветам даже маленькая магическая пакость мне аукнется неприятностями. Тем временем Кристанна улыбнулась и протянула мне руку. Она была красива, утончённые черты лица словно вышли из-под кисти вдохновлённого мастера. Я ответила на её жест и приветливо улыбнулась, хотя это стоило мне некоторых усилий. Так вот ты какая, заноза в сердце нашего инквизитора! Тьфу ты, и я туда же про «нашего»!

— Что присмотрели, Алекса? Вот это? Не думаю, что Лео оценит… — вот теперь у меня появилась соратница, потому что Кристанна вспыхнула и возмущённо уставилась на подругу, но той всё было как с гуся вода, — а вот это…

Когда я увидела, на что указал холёный пальчик с массивным перстнем, мне стало аж дурно — совершенно бесстыдное нечто, только перевод ткани, потому что не прикрывало это совершенно ничего.

— Ванесса, тебе не кажется, что ты не вправе давать советы такого плана Алексе? — в голосе девушки звучало неподдельное негодование, а я прониклась к ней симпатией.

А её подружка лишь хмыкнула и пожала плечами, перейдя к витрине с какими-то странными ленточками с кружевами и рюшами.

— Дайте мне две эти подвязки, милочка! — пропела бессовестная девица, выбрав товар.

А я поспешила расплатиться и уйти, забрав с собой две завёрнутые в бумагу ночные сорочки. Я бы ещё кое-что там посмотрела, но в такой компании это делать было неуютно.

Леонардо сидел на огромном валуне под звёздами среди лесной поляны и неотрывно глядел на Луну. Это всегда помогало его концентрации и успокаивало в нём невесть откуда взявшуюся магию Солнца. Впервые она дала о себе знать, когда ему было лет десять. Это произошло при маме, и она тогда очень испугалась, завела его в самый угол сада и попросила никогда и никому об этом не говорить. А потом начала проводить с ним какие-то ритуалы, которых он тогда не понимал. А сейчас вполне. Мама запечатывала в нём силу. И с тех пор у них была тайна на двоих: они оба были носителями магии Солнечных богов.

Обычно, если не учиться специально, то можно никогда о своих талантах и не узнать. Но их резерв прорывался наружу, не желая беспробудно спать. И главной проблемой в этом было то, что они жили в одном доме с главным инквизитором, который об этом ничего не знал, и был непримиримым борцом с запрещённым культом.

Да, Лео и Адель не были его адептами, но они сами были воплощением магии этих богов. При чём младшему Ферраламо в неменьшей же степени досталась и Лунная магия. А вот мать считалась для всех пустой — просто человеком безо всяких способностей к волшебству. Спасением для них были периодические ритуалы по сковыванию силы, а для Лео еще и вот такие ночи под ночным небосводом, когда он будто пил из воздуха энергию ночного светила и чувствовал свободу и лёгкость.

Искры больше не срывались с кистей рук, но домой он не торопился, потому что там покоя его смятенной душе не было. Он чувствовал как волнует его эта девушка, и что с этим делать, инквизитор решительно не знал. Да, он мог бы сделать её своей, но этим бы однозначно испортил девушке жизнь, а ещё, вероятно, и себе. Отпустить её? Сейчас он тоже к такому не готов. Пойти на отчаянный и серьёзный шаг значило объявить войну отцу и отречься от семьи, от статуса, от дела всей жизни.

Охотник лёг на спину, подложив под голову руки и подумал, что наверняка Алексе тоже понравилось бы так лежать, глядя на звёзды.

Глава 21

Инквизитора не было уже пять дней. Если честно, то, не смотря на то, что попала я в его дом не по своей воле, да и вообще он числился моим врагом, я уже начала переживать. Вдруг на него в лесу разбойники напали? Или волки? Он, конечно, был молод и вполне силён, судя по тому, как он легко меня снимал с лошади, но в драке я его не видела. А вдруг он лежит где-то на лесной дороге с ранами и никто мимо не проходит, чтоб ему помочь? В груди сердце словно сжали в тисках, а из горла вырвался какой-то тоскливый писк. Вот докатилась-то! Переживаю о мучителе, который мне и моим собратьям жизни не даёт!

Хотя какой же он мучитель, если так добр ко мне? Ни в чём не ущемляет, даже можно сказать балует. Только с мужчинами почему-то общаться запрещает. Хотя тут всё понятно в общем-то, ведь я для Ванессы играю его невесту, и, наверняка, она еще разнесла эту новость какому-то количеству людей.

Но опять же, он сжёг мою маленькую лесную хижину! Вот за это я точно не могу его простить! У хорошего человека не поднимется рука сжечь чужое жилище! Так что пусть лежит себе там на дороге, не буду переживать!

В следующую минуту я уже смотрела в окно зимнего сада на освещённую лунным светом и кое-где факелами улицу, выглядывая знакомый силуэт. Наверное это обычное любопытство, иначе зачем мне так важно знать куда запропастился Леонардо?

Устав думать уже сотый раз одни и те же мысли, я захотела кушать. Время было уже позднее для приёма пищи, но кто мог меня остановить? Я вышла из комнаты, которую я освободила от хлама, пустых горшков с засохшими растениями и даже принесла несколько живых, и направилась на первый этаж. Кухня теперь радовала своей чистотой, но мне хотелось многое обновить, а это я собиралась обсудить с Леонардо.

Набрав в тарелку пончиков и взяв кружку чая, я двинулась в обратный путь. Кухня и коридор были тускло освещены лампами с маслом, а по углам ютился мрак. Но мне почему-то всё равно было спокойно в этом доме. Погрузившись в свои мысли я медленно ступила на лестницу и тут услышала за спиной:

— Почему не спишь, красавица?

Чай выплеснулся из кружки, а сладости полетели вниз, когда я от неожиданности подпрыгнула и развернулась. Горячая жидкость неудачно вылилась на мою сорочку, и сразу стало больно, от чего я опять дёрнулась. Но в этот раз кружка была твёрдо зафиксирована в руке Леонардо вместе с моими пальцами.

— Что же ты такая пугливая? — тихо произнёс он, придерживая меня под спину.

Я стояла на нижней ступеньке и думала, что не замечала какой охотник высокий. Даже сейчас он был значительно выше меня, хотя стоял на полу. Он не торопился высвобождать мою руку, как и я не спешила его отталкивать. Леонардо смотрел на меня сверху вниз, но не так как позволяют себе снобы и гордецы, и от этого его взгляда мне стало нестерпимо жарко, хотя по коже расползлись стада мурашек. И это не укрылось от взгляда охотника, который понятливо улыбнулся, а я вдруг пришла в себя.

— Ооо, господин…

— Леонардо, мы же договаривались!

— Леонардо! Вы вернулись! Я не думала, что Вы так поздно можете приехать…

— Обращайся ко мне на «ты». И почему не могу? Это же мой дом, когда хочу, тогда и прихожу, — ответил мой наниматель, выпустив меня, наконец-то, из своего захвата, — вижу, что сегодня я очень вовремя вернулся.

Я смутилась, вспомнив, что на мне лишь одна тонкая сорочка и неловко попробовала прикрыться.

— Я о чае с пончиками, — заулыбался Леонардо, заметив мои метания, — здесь же не все? — он кивнул на пол.

— Нет, сейчас приберу, — я начала наклоняться, а потом резко распрямилась, сообразив, какой должно быть у меня сейчас вид, — Только оденусь.

Какое-то разочарование мелькнуло на лице инквизитора, но он кивнул и рукой указал на лестницу. Я поднималась по ступеням и буквально чувствовала как по мне блуждает взгляд Леонардо. Ну надо же было так столкнуться!