Зоряна Лемешенко – Пламя инквизиции (страница 15)

Глава 23

Я вошла в свою спальню огорчённая до нельзя. Меня угнетало то, что я словно разрывалась на две части: одна половина меня помнила свою клятву и желала её исполнить, а вторая — забыла напрочь, кто такой господин Леонардо, и млеет от его касаний.

Когда он смотрел на меня своими серыми глазами, то мне так хотелось попросить его сказать, что он обманул меня, что ни на кого он не охотился, просто отдыхал в лесу, птичек слушал, что просто пошутил. Но это было из того же разряда, когда маленькие дети прячутся от реальности за выдумками. Я ведь уже взрослая ведьмочка, и смотрела несколько минут назад глаза в глаза своему врагу, который бы сразу меня арестовал, как только бы узнал обо мне правду. А за шпионские дела вообще прямиком отправил бы на костёр.

Я сняла платок и платье, и зашла в ванную комнату. Вода немного помогла расслабиться, но смыть ею свои проблемы, к сожалению, невозможно. Я поливала себя тёплой водой и сожалела… Будь я обычной горожанкой, вряд ли меня беспокоило бы то, что Леонардо инквизитор. Напротив, вероятно, я бы гордилась его высоким статусом. Даже будь я на самом деле обычной девушкой из лесной глуши, то всё было бы иначе. И, возможно, если бы Лео был простым парнем, он смог смириться с тем, что я поклоняюсь Солнечным богам, если бы полюбил меня. Но это может произойти где-нибудь с кем-нибудь, у меня же всё грустно и мрачно…

Душистое мыло пахло земляникой, и я механически взбивала его в пену, чтоб вымыть волосы. Задумавшись, я неловко поскользнулась в ванне и, видимо, пена с волос упала на пол. Об этом я буду размышлять после, а пока…

Ополоснувшись и приведя в порядок по крайней мере тело, я решила оставить тяжкие мысли на потом. Я ступила босой ногой на пол комнаты и потянулась за полотенцем, которое висело недалеко на вешалке. Вот тут-то, наверное, и сыграло роковую роль то самое земляничное мыло, точнее пена от него, когда я через секунду оказалась лежащей на полу, а сверху на меня грохнулась та самая вешалка с полотенцем. Упала я слишком быстро, даже не поняла как, а вот падение вешалки я проследила взглядом, и удар по голове был болезненным, потому я вскрикнула.

Но даже это было не самое катастрофическое событие за эту ночь. Буквально через несколько секунд я услышала, как дверь в мою спальню с грохотом открылась, и на пороге ванной тут же оказался испуганный инквизитор. Лучше бы вешалка сильнее огрела меня по голове, чтоб я не видела своего позора…

Судорожно пытаясь встать и прикрыться полотенцем, я к своему облегчению поняла, что оно как раз упало очень удачно, прикрыв всё самое сокровенное. Но пытаясь подняться, я потерпела неудачу, когда рука, на которую я опиралась, поехала в сторону, и я ощутила резкую боль в локте. В глазах стало быстро темнеть, а к горлу подступила тошнота.

— Алекса, Алекса! — как сквозь вату в ушах услышала я голос охотника.

— Я в порядке, не беспокойтесь. Только тошнит немножечко и в глазах потемнело, — пролепетала я, тут же почувствовав, как мужские руки оборачивают меня в полотенце и поднимают.

— Так себе порядок, — он куда-то меня нёс. Я надеялась, что уложит на кровать и пойдёт дальше спать, потому что я сгорала со стыда от того, что Леонардо увидел меня в такой ситуации.

— Уже проходит, — неуверенно сказала я, всё ещё пребывая в темноте.

К моему ужасу инквизитор не положил меня в постель. Он сел сам, а меня продолжал держать в руках, усадив к себе на ноги.

— Ты же всё ещё не видишь меня, — заключил он взволнованно, — чем ударилась, говори, так быстрее будет.

— Вешалка по голове стукнула, ниже спины ударилась и, кажется, локтем… — послушно ответила ему я.

— Голова в порядке. Наверное от боли в локте в глазах потемнело.

Понемногу тьма стала рассеиваться, и сквозь неё проступали очертания окружавших меня предметов и… инквизитора. Он низко склонился надо мной и глаза его странно сияли. Этим светящимся взглядом от медленно прошелся по моему телу, а потом моргнул и вернулся в своё обычное состояние.

— Да, так и есть, ушиб локтя сильный, будет беспокоить какое-то время, но я постараюсь вылечить. Ниже спины всё в порядке, пройдёт скоро, — будничным голосом произнёс он.

— Леонардо, что Вы… ты делаешь?

— Немножко поколдовал, чтоб понять, где травмы.

— Нет, вот сейчас рука что делает?

Мужчина повернул голову, будто сам не знал, что там творит его рука. А она тем временем поглаживала мою щиколотку, и от такого незамысловатого движения у меня в глазах опять стало темнеть.

— Лео… — начала я и задохнулась после того, как он вернул ко мне свой потяжелевший взгляд.

А в следующую секунду он меня поцеловал. И мне бы оттолкнуть, закричать или хотя бы отвернуться… Но я продолжала лежать в одном полотенце, уютно устроившись в кольце его рук, и сходить с ума от его нежных прикосновений, прижатая к его обнажённой груди.

Инквизитор сидел на кровати, целуя Алексу, лежащую у него на коленях. Раз сегодня высшие силы решили сделать всё, чтоб добить его самоконтроль, то пускай будет так.

Он ворвался в ванную, даже не заметив, как сломал замок на двери в спальню. А после увидел лежащую в странной позе Алексу. Испуг за девушку отошёл на задний план, когда он услышал её нелепое бормотание, что с ней всё в порядке. И вот тогда он увидел основное: на влажном теле не было ничего кроме полотенца. А ещё у неё были потрясающе красивые ноги с тонкими лодыжками и красивыми коленями. Но её здоровье всё же дало повод для беспокойства, потому что близкое к обмороку состояние длилось довольно долго. Проверив с помощью специального заклинания пострадавшие участки тела, Леонардо вновь вернул обычное зрение и посмотрел на свою горничную. Он сразу не понял, о чём она спрашивает, а когда осознал, что непреднамеренно гладит её ногу… то пути назад уже не было.

Нежные и сладкие, как земляника, которой она пахла — такими были на вкус губы Алексы. А ещё она не сопротивлялась его ласкам, а как колотится её сердце, он чувствовал через тонкую ткань полотенца, что разделяла их тела. Невесомыми касаниями инквизитор чувствовал на своих плечах её тонкие пальцы. И он впитывал в себя, запоминал это сумасшедшее биение двух сердец, самые лёгкие прикосновения её ладоней и неистовые движения его языка в её рту.

— Лео… — всё же вырвалась она, но долго ещё ничего другого не могла вымолвить из-за сбившегося напрочь дыхания, — так нельзя!

— Нельзя, Алекса… — он был с этим согласен, но прижался носом к её виску, жадно вдыхая аромат её мокрых волос.

— Это же грех! — воскликнула она, но своих ладоней с его плеч не убрала.

— Пока ещё нет, — не подумав ответил Леонардо, а потом почувствовал, как её сердце заколотилось ещё сильнее. Маленькая испуганная птичка!

— Господин, так нельзя, — заёрзала она по его коленям, только усугубляя положение.

— Я знаю, лучше тебя знаю кто я и что мне нельзя, Алекса, — сказал Леонардо грубее, чем планировал, — извини. Просто… Как ты себя чувствуешь?

Да, плавный переход от темы к теме у него получился. Но взгляд девушки уже не внушал опасений, хоть и был немного затуманен, но уже не болью.

— Уже нормально, только локоть болит.

— Видишь как я тебя вылечил быстро, — хмыкнул мужчина, а Алекса залилась краской, — может бросить инквизицию и пойти в целители?

— А так можно? — смешно округлила она глаза.

— Не попробуешь — не узнаешь. Я испугал тебя? — прямо спросил охотник, глядя глаза в глаза.

— Нет.

— Я противен тебе?

— …Нет, — ответила Алекса после некоторой заминки.

— Лучше бы ты сказала обратное… — опять, не совладав с собой, он прижал к себе девушку и губами поцеловал её в висок, — я пытался, Алекса, пытался тебя спасти от себя.

Девушка затихла, ничего не говоря, а Леонардо начал потихоньку колдовать, исцеляя её пострадавший локоть. Когда он услышал её размеренное дыхание, то положил на постель, укрыв одеялом. Остаться на ночь он всё же не решился, ведь им нужно всё хорошенько обсудить.

Глава 24

«Я не выйду сегодня из комнаты. Я вообще никогда больше не выйду из комнаты. Я сейчас спрячусь под одеяло и буду тут лежать, пока я не помру от стыда или Леонардо от ожидания!» — такие мысли водили хоровод в моей голове с момента моего пробуждения на рассвете. Выспалась я великолепно, даже не снилось ничего и, главное, никто, а вот реальность навалилась на меня всей тяжестью с первыми лучами солнца.

К своему сожалению, я помнила всё, что произошло прошлым вечером: и вечер под звёздами с чаем в руках, и слова инквизитора об охоте, и своё падение в обнажённом виде, и его губы, и его руки… А ещё слова, что он пытался меня от себя спасти. И как теперь мне с этим всем быть? Как посмотреть в глаза своему врагу, от касаний которого у меня кружится голова и сердце выпрыгивает из груди? А ещё всполохи солнечной магии, слетавшие с его рук… Как с ним всё сложно!

И в ответ на мои безрадостные терзания раздался громкий стук в дверь.

— Алекса, если ты не выйдешь через пять минут, я решу, что тебе нужна моя помощь и войду в спальню.

Мне показалось, что Леонардо был рассержен, ну или пытался до меня докричаться, полагая, что я сплю.

— Я скоро выйду! — крикнула я в ответ и сползла с кровати.

Пока лежала, то не ощущала последствий своего падения, а вот приняв вертикальное положение, почувствовала все места соприкосновения с твёрдым полом. Кряхтя и охая, я дошла до ванной и привела себя в порядок, а вот с одеванием оказалось сложнее. Как-то некачественно лечил меня инквизитор, потому что рука в локте так и не гнётся, а еще опухла.