Злюся Романова – Бывшие. Цена пари (страница 5)

Его цепкие глаза смотрели на нее с выражением, которого она не могла прочитать. На губах застыла странная, нечитаемая усмешка.

— Что? — выдохнула Настя.

— Пока не знаю, — ответил он. — Но обязательно узнаю…

Лифт остановился на первом этаже. Двери открылись, и Герман вышел.

Настя осталась стоять в кабине, вцепившись в сумку.

В голове роились вопросы, на которые не было ответов.

Глава 3

Настя повернула ключ, толкнула дверь и вошла в квартиру.

— Мам, привет! — Миша выглянул из кухни, взлохмаченный, с телефоном в руке.

— Привет. Ты готов?

— Да!

— Отлично. Дай десять минут, и поедем.

Она скинула туфли в прихожей, прошла в ванную. Плита на кухне была ещё тёплая — Миша разогрел борщ и даже не забыл выключить конфорку.

Настя улыбнулась. Молодец он у неё, самостоятельный.

Она переоделась в спортивки, глянула на себя в зеркало.

Женщина в отражении совсем не походила на ту, что несколько часов назад сидела в зале совещаний, вцепившись в край стула. Простая, домашняя, выжатая как лимон.

— Всё, чемпион. По коням!

В машине Миша сразу уткнулся в телефон.

— Мам, в воскресенье у нас игра. Ты помнишь?

— Ты разве дашь забыть?

— Ты придешь? В прошлый раз опоздала.

— В тот раз колесо проткнула. Форс-мажор, — она встретилась с ним взглядом в зеркале заднего вида. — В этот раз не опоздаю.

— Обещаешь?

— Обещаю. — Она сделала паузу. — А ты обещай сходить в парикмахерскую, а то зарос.

— Да нормально всё. Сейчас так в тренде.

— Твой тренд почаще мой и расчесывай. А то на лешего похож.

— Да ладно тебе.

Он натянул кепку на глаза и отвернулся к окну. Настя улыбнулась. Мишка в своем репертуаре. То мягкий и нежный «мамин сын», а то становится колючим как еж.

***

Вечером они вернулись с тренировки. Миша был на взводе — команда выиграла, он забил первую шайбу в сезоне.

— Мам, ты видела, как я их защитника об борт?! А потом — бах! — в ближний верхний! Вратарь даже не понял!

— Видела, — Настя улыбнулась, хотя всю игру она проспала. День был настолько насыщен на эмоции, что она сама не заметила, как ее отключило. — Ты был лучшим.

— Тренер сказал, в основной состав возьмут! В основу, мам!

Он носился по коридору, на ходу стягивая толстовку, скидывая кроссовки. Настя смотрела на него и чувствовала, как внутри отпускает. Здесь, в этой квартире, Герман не имел власти.

Она заставила себя выбросить мысль о Германе. Хватит, он и так лишил ее сегодня покоя.

После ужина Миша начал клевать носом прямо за столом. Настя отправила его в душ, потом в кровать. Через пять минут из его комнаты уже доносилось ровное дыхание.

Она убрала со стола, вымыла посуду, выключила свет. В квартире стало тихо.

Настя прошла в свою комнату и рухнула на кровать, даже не раздеваясь. Тело было свинцовым. Глаза закрылись сами собой. Она думала, что уснёт мгновенно, но разум, словно назло, включился на полную.

В темноте, глядя в потолок, она снова увидела его лицо. Те же глаза. Та же усмешка. Те же пальцы, которыми он постукивал по столу.

Герман.

Он здесь, и он теперь её начальник.

Она не знала, что хуже: то, что он не помнит её, или то, что она не может забыть его.

Десять лет она растила сына, работала, выживала, старалась не думать о том, что было.

И вот он снова появился в ее жизни, как будто, так и надо, и вся её выстроенная защита рухнула за секунду.

Сегодня она снова почувствовала себя той двадцатидвухлетней девочкой. Робкой, неуверенной. Которая не могла поверить, что на неё обратил внимание такой парень, как Герман.

Как же это было…

Она училась на четвертом курсе педагогического. Он тоже на четвёртом, но на факультете управления и финансов.

Красивый, уверенный, наглый.

Все его знали.

Девчонки сохли, парни хотели быть на равных. Он был популярным, и он знал это. Ходил с таким видом, будто весь мир его личная сцена.

Настя видела его издалека. На переменах, в столовой, на улице.

Он был центром любой компании, и она даже представить не могла, что когда-нибудь окажется с ним рядом.

Тот день она помнила во всех подробностях.

В вузе проходил баскетбольный матч. Настя пошла не потому, что любила спорт, просто надо было отработать пропуск по физкультуре.

Педагог сказал: кто будет активно болеть, получит дополнительную оценку. Ей это подходило. Нормативы она сдавала на тройку, и эта тройка портила всю зачётку.

Она села в первом ряду. Взяла с собой бутылку воды.

Матч был напряжённым. Их команда выигрывала, потом проигрывала, потом снова вырывалась вперёд.

Герман играл лучше всех. Она смотрела на него, не отрываясь. Он был быстрым, резким, злым. Кричал на судью, спорил с соперниками. Весь зал следил за ним.

После матча, когда его команда победила, к нему подбежали люди с микрофоном. Местное телевидение, наверное.

Ведущая что-то спросила про игру, а потом задала вопрос, от которого зал затих:

— Герман, есть ли у вас девушка?

Он ухмыльнулся.

— На данный момент я свободен, — сказал он расслабленно. — Не встретил ещё ту самую.

Он говорил эти слова, а сам медленно обводил взглядом зал. Не спеша, будто выбирал. Настя смотрела на него и не могла отвести глаз.

А потом он заметил её.