Зиновья Душкова – Я всегда с вами… Книга III (страница 10)
Но с другой стороны, приятно осознавать, что сохраняется память о наших героях, что есть почитание своих и наших культурных деятелей, носителей чего-то необычного.
После Берлина я поехала в Кольмар, про который вам уже рассказала. Поехала через Страсбург; у меня не было времени там останавливаться, я только пересадку делала на поезд, идущий в Кольмар. В Страсбурге мне надо было остановиться не меньше чем на полчаса – с энергетикой немножко познакомиться… Когда совершаешь этот труд, то возникает – как бы пред взором – энергетическая карта местности. И уже соответственно работаешь с этой “картой”… то, что видишь, с тем тебе и приходится работать…
Мы должны были съездить в замок – встретиться с двумя епископами Либеральной Католической церкви – отцом Франсуа и отцом Домиником…
Эта церковь была создана на стыке эпох, в те времена, когда Блаватская давала миру свои труды. И на Западе основали Либеральную церковь, представители которой почитали различные труды, которые есть в мире. Трудно сказать, как она развивалась временами. Но 3 года назад я встретилась с представителями этой церкви просто потому, что они пригласили на праздник Архангела Михаила издателей, а те предложили мне пойти туда. Как раз была издана “Огненная Библия”…
Когда я зашла в церковь, посмотрела… куда я попала?! Мальтийский крест, Теософская символика, три круга Агни-Йоги и тут же свечи, светильники. Везде я увидела символику числа, цвета и т.д. И увидела, первый раз в церкви, что там женщины тоже служат, принимают участие во всём обряде служения.
Я сидела, слушала. Тогда я мало понимала по-французски, но выделила этих священников: отца Франсуа и отца Доминика. Я ещё не знала, как их звать… Отец Франсуа постарше; когда была война, его в гитлерюгенд призвали; в первом же бою его ранили; к счастью, он ни в кого не успел выстрелить. Отец Доминик – среднего возраста. И было так приятно, когда причащал отец Франсуа. Я тоже приняла причастие…
Я не делю: католики там, православные, протестанты… Христос Един! Он не был ни католиком, ни православным, ни протестантом, – это уже дело людей…
После того как служба закончилась, они пригласили нас в трапезную. Там мы сказали, что издали книгу. Они захотели её посмотреть, и мы подарили им “Огненную Библию” для ознакомления. Отец Франсуа читал её первым, был в совершенном восторге. Отец Доминик потом говорил:
– Что Вы с ним сделали?! Он говорит стихами, по электронной почте отвечает стихами на все наши служебные вопросы. Я жду не дождусь, когда он дочитает и даст “Библию” мне, чтобы и я заговорил стихами.
И он тоже заговорил стихами! Вот такие священники. Потом мы с ними ещё отдельно встретились, когда они прочитали. И на встречи отец Франсуа приходил. Сказал, что свои впечатления о “Библии” выразит письменно; купил себе экземпляр и с книгой уже не расставался.
Мне было удивительно, почему отец Франсуа так реагирует? И вот что прояснилось… Когда Жанну Д’Арк сожгли, был епископ, который сказал:
– Мы сегодня совершили самый страшный грех – мы сожгли Святую!..
Это тот же епископ… (А отец Доминик был братом Жанны.)
И вот я снова должна приехать. Мне передают: “Отец Франсуа очень хочет с тобой увидеться, у него такое нежное к тебе отношение”. Перед тем как прилететь, узнаю: отец Франсуа в церкви поправлял свечи, там никого не было, зажглась его одежда… У него лицо, руки – всё обожжено, и он лежит в больнице. Я говорю:
– Надо же, как карма срабатывает! Всё равно Огонь должен был его коснуться, несмотря на то, что он всё понял, осознал, раскаялся…
Он участвовал в осуждении… Есть глава в “Беседах с Сердцем Франции”, там как раз упоминаются этот священник и Орлеанская Дева… Священник всю ночь ходит, понимая, что от него зависит решение… он как бы от имени церкви выступает; значит, он не должен поступать неправильно, потому что карма ляжет на плечи церкви как института… Он не понимал, как можно слышать Голоса. И Беседы заканчиваются тем, что этот священник прислушивается к голосам, всем своим сердцем пытаясь их услышать, чтобы идти по жизни, следуя этим голосам… И тут же рассуждения Девы… Их мысли, их внутренние миры как бы раскрываются. Но это вы потом прочитаете.
И мы договорились, что встретимся в замке, в загородной резиденции. Отец Франсуа так обрадовался, что мы заедем за ним на машине, и ничего страшного, что руки обожжённые. Но он не поехал, объяснил, что не получается – к нему строители должны прийти. Я говорю:
– Да это его жена не пустила.
Вообще, жена, она… против “Огненной Библии”; как-то так она читала, что её одно место “зацепило”: что люди совершили страшное преступление – распяли Бога, Того, Кто принёс Любовь. Ей это не понравилось: Он же пришёл взять грехи – и всё! Обязан!..
Отец Доминик ждал нас в замке, – он службу должен был в полдесятого начинать. Всё ждал, когда мы – Жан-Люк, Виолетта и я – приедем. Службу провёл для нас троих. Был в изумрудных одеждах… часовня в замке прекрасная… очень красиво всё это звучало… И потом, когда зашли в комнату с огромным камином, – а кругом лес, парк (даже мобильный не “берёт”!), – подумала: “Филиал рая существует на Земле…”
Звонит телефон. (И пока шла служба, дважды звонил телефон.) Думаю: “Это точно отец Франсуа, всей душой он здесь!” Доминик говорит:
– Это отец Франсуа. Его жена не пустила. Он переживает очень.
Мы сидели у огня, разговаривали… Доминик что-то приготовил, потом говорит:
– Зиновья, пойдём – я кое-что покажу тебе.
Пришли в его апартаменты.
– Я здесь живу, у меня комнатка – здесь моя келья.
Показывает мне книгу:
– А ты вот это знаешь?
Агни Йогу показывает, “Иерархия” написано.
– Конечно.
– А это – мои любимые “Письма Махатм”… Я собирался поехать в Шигадзе.
– А я вот в августе вернулась из Шигадзе.
– Зиновья!..
– Но Их уже нет в Шигадзе, Они ушли в горы. Сейчас это уже не то Шигадзе…
В общем, они читают свои религиозные, богослужебные книги и Агни Йогу. Когда я первый раз была во Франции, отец Франсуа и отец Доминик встречались со мной неоднократно. Между собой они дружат, оба читают Агни Йогу, “Тайную Доктрину” Блаватской, “Письма Махатм”. И своим Учителем они считают Кут Хуми.
Доминик говорит:
– Вот я думаю, зачем я стал священником? Я со многим не согласен… Я вижу – в этой обрядности есть своя мистерия, очень сильная, но этого у нас не понимают… Есть догматизм, и нужны преобразования, реформы… Но как быть с доживающим контингентом? А как быть с молодёжью? Она не идёт в церковь… Но я же вижу, что Истина есть. А кто будет нести Истину?
Он меня спрашивает!.. Мне так смешно стало. Я не священник, а он меня спрашивает о церковных преобразованиях, реформах.
Потом он говорит:
– Зиновья, ты моя старшая сестра. У меня такое ощущение, что я тебя всегда знал и знаю.
И у меня такое же ощущение, как будто я с ним позавчера рассталась. Такой близкий по духу, что мы не договаривая… Я ещё вышла и думаю: “Господи, вот где рай, вот где писать-то хорошо!” Тут же он выходит, говорит:
– Зиновья, я тебя приглашаю – живи здесь, в замке, пиши свои книги! Я буду тебе готовить всё, тебе не надо будет ничего делать.
Ещё он говорил, что ему предложили более высокий сан епископа, и он отказался. Я говорю:
– Неправильно, Доминик. Вот в этом – элемент гордыни.
– Как?!
– А вот так! Ты же видишь, что среди духовенства не то делается.
– Я не хочу быть таким, как они. Мне не нужна карьера.
– А это надо воспринимать так, что жизнь даёт тебе шанс – иметь бóльшую власть, по сути бóльшую Жертву, и провести этот Свет дальше. Или священник говорит, или епископ говорит и пишет ещё выше – чьим словам будут верить?! Или, допустим, кому больше веры – епископу или Папе Римскому?! Чтоб был мне – Папой Римским!..
– Да, понял…
– Очень маскируется всё это. Конечно, все мы скромные, нам ничего не надо. И получается, что и мы сами страдаем, и люди страдают, что у власти те, которые не должны там быть, но которые не имеют скромности ложной.
– Да, действительно…
– А ты себя противопоставил… Вот Франсуа – он же епископ! Но ты видишь: разве он как те, другие?
– Нет!
– Так надо же пополнять ряды!
Это коротко, хотя можно говорить долго.
Потом мы поехали в Руан…
В Руане три дня, с 1 по 3 декабря 2006 г., проходил 24-й Фестиваль детской и юношеской книги. Весь город был очень красиво оформлен огромными рекламными щитами. Наши “Сказки” тоже были представлены. Человек входит, берёт план Салона – там указано, где какие авторы, издательства, – и уже следует нужным курсом.
Мы задолго до открытия всё разложили и сходили в Музей Жанны Д’Арк. На той же площади, где её сожгли, напротив – Музей. Там есть документы того времени – допросы частично, подписи тех, кто принимал участие в осуждении, в казни…
Сейчас целое движение… что Жанны Д’Арк, вообще, не было, и это просто придуманный образ, что её надо выкинуть из истории, – этого, вообще, никогда не было! Сделать вид, что никогда ничего не видели…