Журнал «Искатель» – Искатель, 2008 № 01 (страница 13)

— Майор, а ты прикинь. На ходу схватила водилу, и он врезался в дерево… Другого полоснула ножом по шее… Третьего давила шнурком от купальника… Эксперт утверждает, что нож был зело востер, шнурок синтетического купальника вроде сухожилья… И никого не убила. Почему?

— Силенок маловато.

— У молодой крепкой женщины? Боря, она не хотела убить — она хотела испугать.

Капитан Палладьев их не слушал, а следил за руками следователя, которые делали то, чего не делали во время кофепития. Достали не чашки, а стаканы. Какую-то траву, видимо мяту, и пластины лимона… Сыпанули заварки и уж совсем удивили, побросав туда кусочки сахара. Любопытствующему взгляду капитана Рябинин объяснил:

— Чай по-арабски должен быть сладким.

— А почему ты думаешь, что она ищет? — продолжил Леденцов разговор со следователем.

— Нападает на автомобили одной и той же модели, примерно одного цвета и с водителями, у которых бородки.

— Которые отлепляются, — прибавил капитан.

Недоверия к этой версии майор не скрывал. Казалось, оно, недоверие, запуталось в рыжине его усов. Все выглядело слишком бутафорским: наезд на дерево, рана на шее, шнурок от купальника, бородки… Впрочем, и бутафорские версии надо проверять. Леденцов вспомнил, как к нему на улице подошла девочка лет пяти и с добрейшей улыбкой сообщила, что ее бабушку только что съела собака. Шумное вышло расследование, поскольку ее бабушку питбуль съел-таки.

— Убить не хочет, но на водителей бросается, — продолжал удивляться майор.

— Боря, видимо, она ищет того, кому задумала отомстить.

— Не помнит своего врага?

— Товарищ майор, может, у нее потеря памяти. Амнезия.

— Капитан, нам бы найти то, из-за чего она эту память потеряла, — сказал Рябинин почти мечтательно и налил операм чаю.

Майор поморщился открыто. Палладьев для приличия звонко почмокал: мол, вкусно. Чай по-арабски им явно не нравился, эксперимент по вытеснению кофе не удался.

— Запутано, как в дамском детективе, — вздохнул майор и опять пошел на следователя: — А зачем плеснула кислотой в лицо?

— Не кислотой, а водой, — поправил Рябинин и добавил: — Это подтверждает, что она хочет пугнуть того, кого ищет.

Майор не отцепился бы от следователя, пока тот не увязал бы кислоту, воду и ошибку Зеленой Сущности, но у капитана взыграл мобильник. Палладьев глянул на начальника, испрашивая разрешения послушать. Майор кивнул. Капитан приложился к трубке на считанные секунды, после которых сообщил тоже секундно:

— Зеленая Сущность в кафе. Ну, я пошел?

15

Со Сдобой капитан чуть было не столкнулся на выходе из кафе. Она качнула головой, указывая ему направление. Видимо, Сущность была здесь, и Сдоба опасалась быть замеченной с ментом. Капитан вошел в «Секс-холл»…

Ни холла, ни секса — сплошное дерево. Дощатая стойка, такие же скамейки со столами и стены, обшитые фанерой, крашенной рыжей морилкой. Публика не ресторанная и не кофейная. Секс-холл, а влюбленных парочек не видно. Тут все по делу: выпил, закусил — и на трассу. Да и зачем парочкам сидеть, когда у водил есть кабины. И кустики вокруг.

Капитан спохватился — Сдоба ушла. Как же ему угадать Сущность? По зеленой одежде?

Он начал разглядывать женскую часть посетителей под цветовым, так сказать, ракурсом. В зеленой одежде никого не было. Но внимание привлекли три девицы, сидевшие как-то шумновато. Они пили шампанское.

Похоже, со зрением Палладьева что-то случилось: его глаза воспринимали только зеленое. У трех девушек не было одежды зеленого цвета, но имелись как бы намеки. У одной шею прикрывала зеленая косынка, у другой поля шляпы оторочены чем-то похожим на мох, у третьей оправа очков казалась изумрудной. Не считая цвета бутылки с шампанским.

Капитан начал прикидывать, как бы к ним подсесть. Он знал десятки способов знакомств, плюс тот неожиданный, который придумывается в последнюю минуту.

Палладьев сел за столик рядом, чтобы присмотреться и прислушаться. О чем могли говорить проститутки, разгоряченные шампанским? Видимо, о своем, профессиональном.

— Рожать? А я не крольчиха…

Капитан отхлебнул пиво, которое имело деревянный привкус. Надо было чем-то заесть. Например, раками.

— Сейчас в моде черное нижнее белье…

Слышно и видно девиц хорошо, но и он на виду. Еще нашелся зеленый цвет: по залу стал прогуливаться парень в пиджаке огуречного оттенка.

— Лариску изнасиловал маньяк? Пусть скажет спасибо, что не убил…

Капитан поймал себя на том, что девиц он не слушает, но напряжен. Не слушает, а прислушивается. К чему? К тому, что внутри него; но там, внутри, кроме пива в голодном желудке ничего быть не должно. Прислушивался к мыслям? Их, серьезных и значимых, вроде бы не приходило. Состояние почти мистическое, когда человека тянет к действиям, но он не понимает к каким. Словно его вот-вот позовут…

Капитан обернулся резко. Зеленый блеск точно резанул по его глазам. За столиком позади него сидела девушка, которую он не стал разглядывать, потому что не мог отвести глаз от ее бус. Крупных, тяжелых, густо-зеленых и каких-то сочных, будто они были живыми.

— Нравятся? — спросила она низким голосом.

— Очень.

— А мои глаза?

— Тоже.

— Тогда пойдем.

Капитан встал и пошел за ней, как бычок на веревочке. На входе уже включили фонари, которые на землю легли полукругом желтого света. Ее зеленые глаза в отличие от бус потеплели.

— Ходишь сюда пить кофе? — просил капитан.

— Разве сюда за этим ходят?

— Не за этим, — согласился капитан, — но заодно пьют и кофе.

— А ты пришел пить кофе или «заодно»?

— Можно найти место получше. Не понимаю ребят…

— Тут дешево, тут умелые телки. И тут секс-драйв.

— Это что?

— В машине, на скорости, где-нибудь в лесу на пне…

— Что же здесь привлекательного?

— Молодым состоятельным дельцам надоели сауны, презентации, отели…

Капитана опять задела тревога, которая была в кафе. Там она шла от взгляда Зеленой Сущности, смотревшей в затылок. Здесь же ее взгляд как бы рассеивался и не стоял на месте. Нет, не глаза… Вспомнилось: квартира Веры Аскольдовны, когда у опера затрепетали ноздри. Утомленный запах духов «Истома» и порожний флакон, а полный унес полтергейст. У капитана опять ноздри затрепетали. Но и она дрожала.

— Замерзла? — спросил капитан.

— Холодно. — И, в доказательство, она пальцами коснулась его руки. Пальцами ли? Мягкие, но ледяные. Капитан вздрогнул от озноба, который словно натек с ее хо-лоднющих пальцев.

— Почему так мерзнешь? — спросил капитан.

— От неприятности.

— Какой?

— В лесу потеряла серебряный крестик.

Ему хотелось спросить о другом: кого она ждала в этом вертепе, зачем вывела из кафе и, в конце концов, как ее зовут?..

Мясисто-широкоплечий парень встал перед ним, как живой шкаф. Указав на капитанский «жигуленок», нахально спросил:

— Твой чайник?

— Допустим.

— Тогда от этой телки отвали.

— Это почему же?

— Потому что у меня «мерс», а у тебя «жигуленок». На трассе кто кому дорогу уступает?

— Мы сейчас не на трассе.