Журнал «Искатель» – Искатель, 2008 № 01 (страница 15)

— Знаете, пистолет.

— Ведьму пуля не возьмет.

— А граната, товарищ капитан?

У Палладьева в кармане распищался мобильник. Леденцов спросил раздраженно:

— Палладьев, ты где?

— В деревне Низы, товарищ майор.

— Игорь, тебя Зеленая Сущность там не изнасиловала?

— Товарищ майор, я предпочитаю блондинок.

— Тогда жми в прокуратуру. Здесь один седеющий блондин в очках желает задать тебе остроумный вопрос.

17

Угадать вопрос Рябинина было невозможно. Палладьев вошел в кабинет следователя, как в глубокую непромеренную воду. Следователь никогда не ругался, но его тихие слова могли ожечь. Правда, здесь сидел майор, который своего подчиненного в обиду не даст, но может от себя обматерить.

О посещении деревни Палладьев доложил подробно, с описанием пустых глазниц. Подобной чепухи от своего сотрудника майор не ожидал.

— Игорь, а перед этим ты не взял ли на грудь ноль пять литра?

— Товарищ майор, если бы взял ноль пять, то я бы ее привел сюда.

— Разве она ходячая?

— Не, принес бы.

— Какой же труп, если Игорь не смог ее догнать, — упрекнул следователь майора.

Капитан помялся. Здравых версий у него не было, а озвучивать нездравую не хотелось. Но пришлось:

— Она ведьма.

— Раньше, при тоталитарном режиме, они попрятались, а при демократии распустились, — сказал Рябинин, согласившись, похоже, с версией Палладьева.

Но капитан видел, что очки следователя заметно повеселели. У всякой высказанной мысли есть одно странное качество — она самоцементируется. Палладьеву уже не так важна стала справедливость его слов, как отношение к ним его коллег. И он ждал обещанного вопроса, ради которого его вызвали в прокуратуру.

Иронию очков Рябинин озвучил:

— Игорь, ты хочешь сказать, что убегавшая Зеленая Сущность превратилась в ведьму?

— В безглазый труп, — поправил капитан.

— Есть доказательства?

— Я сам видел.

— А объективные?

— Рассказ девицы из кафе, непонятные покушения на людей, свободное проникновение в чужие квартиры…

Из-за смешливого блеска очков следователя и каменного молчания Леденцова тон оперативника начал сникать. Кроме фактов, у капитана было ощущение, которое он попробовал приложить к делу:

— Если бы видели эту деревню… Местожительство ба-бы-яги, да не одной.

— Местожительство баб-яг, — подсказал майор.

— Именно. А рядом деревенский погост.

— Думаешь, Зеленая Сущность пришла с него? — продолжил логику подчиненного Леденцов.

— С кого? — не понял капитан.

— Пришла с погоста.

— Товарищ майор, оборотни существуют.

— Ну, капитан, версию о приходе ведьмы с кладбища доложишь начальнику РУВД лично.

Рябинин не сразу понял связь демократии и мистики. Отказавшись от материализма, страна вошла в оккультизм. Реклама, пресса, телевидение, искусство кишели чертовщиной. Материализм требует разума, а мистика веры. Верить проще, чем думать. Палладьев — умный и толковый опер, а бормочет о мертвой старушке без глаз. Или он выдумал эту версию, чтобы объяснить начальству свое отсутствие?

— Игорь, признайся, что ее упустил, — посоветовал Леденцов.

— Товарищ майор, почему вы мне не верите?

— Потому, что покойники не ходят.

— Не ходят, но передвигаются.

Оперативники смотрели друг на друга, решая, кто из них мог это сморозить. Не Рябинин же? Но следователь кивнул, подтверждая их догадку:

— Один ученый пришел к выводу, что привидение — это сгусток лептонов умершего человека. Поэтому и двигается.

— Зеленая Сущность — это сгусток лептонов?

— Да, только зеленых, — подтвердил Рябинин.

Разговор из делового и мистического перешел в юмористический. В этом переходе капитан уловил скрытую насмешку. Спросил он ершисто:

— Сергей Георгиевич, меня вызвали ради лептонов?

— Ты был в больнице… К потерпевшему приходили?

— Врач сказал, что была жена.

— А кто она?

— Не в курсе, поскольку это не важно.

— Да, неважно, если не считать, что жена потерпевшего — Жанна Викторовна Лапицкая. Та самая, в которую Зеленая Сущность плеснула из банки якобы кислотой…

18

Не зная броду, не суйся в воду. Рябинин сунулся. Ведь предвидел, что информационные белые пятна при расследовании непременно станут черными. Он не изучил личности женщин-жалобщиц и мужчин-потерпевших, их семейное положение, не допросил соседей и знакомых, не разобрался в ситуации с придорожным кафе, не глянул на руины деревни Низы… Из-за лени? Нет. Потому что не давила статистика, не любившая роста убийств. А нет трупов, нет и убийств.

Жанну Викторовну Рябинин вызвал по телефону. Недовольства женщина не скрывала, к чему следователь привык: в росте преступности люди чаще всего обвиняли правоохранительные органы.

— Жанна Викторовна, вы посетили мужа в больнице… Что он рассказал о нападении?

— У него болит горло, и говорить он не мог.

— С родителями мужа знакомы?

— Нет, он приезжий.

— Почему же не познакомились?

— Мы женаты всего год, еще успею.

Цели его вопросов она не понимала. Видимо, поэтому ее лицо заметно розовело, приближаясь к цвету губ. Светлый ажурный джемпер и кремовые брюки с ремнем, смахивающим на черную змею. Ухоженная женщина. Или упакованная?

— Жанна Викторовна, покупку и ремонт вашей шестикомнатной квартиры вы делали вместе?

— Нет, мы расписались и въехали в новую готовую квартиру.