Женя Онегина – Хранители драконов (страница 12)

– Игорь!!!

Он понял верно, дал по газам. Наша вольво взревела, из-под колёс взметнулось облако грязного снега, обдав лобовое стекло преследователей огромной волной. Завизжали тормоза. Впереди среди деревьев показался просвет, а за ним – жилые дома.

Мы вырвались. Впрочем, Игорь не стал искушать судьбу, нырнув в первый же съезд, показавшийся в защитном экране. Мы немного попетляли среди высоких заборов коттеджного поселка, и, оставив позади мрачные дворы пятиэтажек, выбрались к железнодорожному переезду. Шлагбаум был опущен, Игорь начал осторожно сбавлять скорость. Мчащийся нам наперерез знакомый внедорожник мы увидели одновременно. Где-то вдалеке послышался гудок электропоезда. Игорь чертыхнулся и рванул вперед. Когда машина снесла шлагбаум, я зажмурилась, ожидая неизбежного столкновения. Гул приближающегося поезда бил по ушам. Взревел, пробуксовывая на рельсах, мотор. Я завизжала. А потом машину тряхнуло от нового удара и занесло, развернув поперек дороги. Огромный товарняк с грохотом шел мимо, отделяя нас от преследователей.

– Нужно ехать, – прошептала я, пытаясь унять дрожь.

– Сейчас, да… – ответил Игорь и тыльной стороной ладони вытер кровь, сочившуюся из рассеченной брови. Выдохнул рвано и надавил на газ. Еще через десять минут за нами закрылись ворота загородной резиденции Демидова-старшего.

Выйдя из машины, я обнаружила, что старая советская дача из уютного места отдыха превратилась в готовый обороняться форпост. Повсюду сновали люди – хмурые молодые мужчины. Некоторых я хорошо знала, других видела впервые.

– Елисавета Александровна! – окликнул меня личный секретарь Демидова-старшего, невысокий и юркий мужчина с глубокими залысинами. – Идемте-ка скорее. Все заждались!

Сергей Константинович подхватил меня под локоть и практически потащил в дом.

– Там Игорь. Ему помощь нужна! – спохватилась я.

– Не переживайте, Елисавета Александровна. Разберемся.

– Лиза! – воскликнул Алексей Павлович, едва я переступила порог кабинета. – Цела! Хотя, о чем это я? Ты была нужна им живой, девочка! Потому они и осторожничали. С Гошкой вон никто церемониться не стал!

Демидов-старший поднялся из-за стола и, приблизившись, прижал меня к себе. От него пахло дорогим табаком и немного алкоголем. И в этих знакомых с детства объятиях события последнего часа накрыли меня с новой силой. Я разрыдалась в голос, некрасиво всхлипывая. Алексей Павлович мягко гладил меня по спине и волосам, терпеливо переживая истерику.

– Простите… – пробормотала я, неохотно отстраняясь. – Я….

– Ну будет, Лисавета! – ласково произнес мой опекун и протянул платок, самый обычный носовой платок, но почему-то это привело меня в чувство.

– Егор… он… – Голос не слушался.

– Жить будет. Повезло. Ему невероятно повезло, Лиза. Чудом не задето легкое. Не представляю, как им удалось уйти!

– Я могу его увидеть?

– Официально он в стационаре. В одной из подмосковных клиник. Это почти правда, там сейчас лежит его водитель, Виктор. А Гошка… – Демидов-старший замолчал, задумчиво глядя куда-то мимо меня. – Лисавета, вам надо уехать. Тебе и Егору. Сейчас же. Сегодня ночью. На север, Лиза. Это очень важно.

Я кивнула, ничего не понимая.

– Как ты себя чувствуешь последнее время? – спросил вдруг Алексей Павлович. – Ничего странного не происходит?

Чувствовала я себя не очень. Постоянная смена настроения, дурнота и головокружение – все это не давало мне мыслить ясно. Мне постоянно не хватало воздуха. Я в прямом смысле задыхалась, запертая среди бетона огромного города.

С той самой памятной ночи, когда мы с Егором гуляли по Красной площади, прошло почти два месяца. На следующее утро я проснулась непривычно поздно, и Егора рядом не было. Тогда я решила, что это к лучшему. Пару дней мы вполне успешно избегали друг друга, всячески делая вид, что ничего не изменилось.

Потом Егор уехал, а когда вернулся, все произошедшее той ночью уже казалось немного странным сном.

Дурнота, та самая, что впервые охватила меня при встрече с Бергером, последние пару месяцев стала моим постоянным спутником. Легче было только на открытом пространстве. А еще мне снились сны. Странные сны. Глубокие пещеры и скованные льдом озера, бескрайнее небо и жгучая боль одиночества. Я никак не могла найти источник этой боли. Кого-то, кто был заперт во льдах и мечтал выбраться на свободу.

– Это так заметно? – спросила я, выныривая из воспоминаний, и кисло улыбнулась. – Прошу прощения, Алексей Павлович, что заставила вас волноваться. Но со мной все в порядке.

– Ты права в одном, девочка. С тобой действительно все в порядке. – Он потрепал меня по щеке, как в детстве. – Лизонька, послушай старика. Вам с Егором нужно уехать. Подальше от Москвы. И тайно. Для всех Егор так и останется в реанимации. Это отвлечет тех, кто в него стрелял. Заставит попытаться довести дело до конца. А тебе, Лисавета, нужно бежать. Твоя задача добраться до Торжка, там вас встретят. Твоя задача, Лиза, понимаешь? Ты поедешь с Егором одна! Остальные останутся в Москве изображать смятение и скорбь.

Я накрыла его ладонь своей, еще теснее прижимая к щеке. Снова набежали слезы. Сейчас Демидов-старший казался мне слегка потерянным. От некогда решительного дельца не осталось и следа. Он осунулся, под глазами залегли глубокие темные тени. А ведь это не вчера случилось! Только сейчас я осознала, что последние полгода Алексей Павлович был несколько рассеян и излишне тревожен. Он все чаще заговаривал о нашей с Егором свадьбе, нетерпеливо отмахивался от моих попыток вести дела самостоятельно и бросал на меня странные взгляды, когда думал, что я не замечаю.

– Алексей Павлович, что происходит? – Возможно, прозвучало немного резко, но я была даже рада этому. Потому что, пусть и всего на мгновение, снова почувствовала себя зверем, которого загоняют. Терпеливо гонят туда, где в засаде притаились охотники.

– Крестовский, – немного подумав, ответил Демидов-старший. – И ему нужна ты, Лиза. Давно нужна.

– Это из-за отца?

– Лиза, ты все узнаешь, обещаю. Сейчас тебе нужно помнить только одно. Вы должны уйти! Второй раз они не промахнутся. Жизнь Егора в твоих руках.

В том, что за дачей наблюдают, Демидов-старший был уверен. Поэтому из дома я выходила в черном пуховичке и яркой шапке с помпоном, принадлежащей одной из девушек, помогающих по хозяйству. Меня сопровождал охранник и три джек-рассела, тянущие шлейку в разные стороны. Едва мы вышли за калитку, как собаки, подначенные моим спутником, подняли лай. Я попыталась призвать их к порядку, но сделала только хуже: собаки сорвались с места, дернув меня за собой. В тот же момент ворота открылись, выпуская мою вольво. Плавно развернувшись на пятачке перед домом, машина поехала в сторону шоссе. Стоило фарам потеряться в темноте, как из соседнего проулка показался тонированный черный седан.

– Клюнули, – удовлетворенно проговорил начальник охраны и скомандовал, когда я замерла, машинально потянувшись к гарнитуре: – Елисавета Александровна, бегом к машине!

Видавшая виды лада седьмой модели вишневого цвета, грязная настолько, что не было видно лобового стекла, ждала меня через две улицы. За рулем сидел Игорь. Немного бледный, но настроенный решительно. Рассеченная бровь припухла и покраснела, а я отстраненно подумала: Игорь, Егор, водитель Егора, мои родители – сколько еще людей должно пострадать, прежде чем мне объяснят, что происходит?

– Лиза… – зашипел в гарнитуре начальник охраны, плюнув на приличия. – В машину! Быстро!

Салон был на удивление комфортным. Я с интересом огляделась. Чистые, удобные сиденья, тонированные окна, современная панель управления, навигатор. Портативный холодильник, спальники.

– Елисавета Александровна, как будете готовы меня выслушать, я введу вас в курс дела, – проговорил Игорь, едва машина тронулась с места. – С машиной справитесь?

– Должна. Меня учили.

– Да, знаю. Но решил уточнить. – Игорь улыбнулся. – У вас есть пара часов, или чуть меньше, чтобы вздремнуть.

– Наверное, стоит. Но я сейчас не усну, – ответила я, виновато разведя руками.

– Ничего удивительного, – хмыкнул Игорь. – Сейчас наша задача добраться до Георгия Алексеевича. После этого я объясню маршрут, навигатором можно пользоваться только в крайнем случае, и вы пересядете за руль. Ехать вам часов пять, не меньше. В багажнике теплые вещи. И еще вода.

Я рассеянно кивнула. Снова подступила дурнота, в салоне было душно. Я стянула шапку, распустила волосы, устраиваясь удобнее. Закрыла глаза, попытавшись отбросить лишние мысли. И провалилась в сон. Повсюду снова был камень. Темный, холодный. И кто-то звал меня. Настойчиво, но очень тихо. Я пыталась уловить, откуда идет этот зов. Но никак не могла.

– Лиза… Лиза! Пора!

Я открыла глаза. Егор был совсем рядом. Еще не до конца проснувшись, я потянулась к его губам.

– Лиза… – шептал он, поймав мои ладони в свои. Но я вырвала руку, чтобы коснуться его щеки. Немедленно.

Он был бледным, очень бледным. Но главное, что он был живым. Он снова был рядом.

– Не плачь, не нужно!

– Я так испугалась, – призналась я.

– И это тоже не нужно. Ты же сильная! Ты у меня такая сильная, Лиза!

– Георгий Алексеевич, вам нужно ехать! – напомнил мой верный водитель.

– Лиза, Игорь прав!

На лбу Егора проступила испарина, а глаза лихорадочно блестели. Повинуясь жесту Игоря, я вышла из машины.