Женя Каптур – На ступнях и копытах (страница 10)
– Виви, я даже думать о таком не хочу, брр, – поморщилась Леоля.
– Уже думала, да?
– Да…
– Осмелюсь предположить, что как и у обычных лошадей.
– Неужели так же быстро? – изумилась Виви.
– Хочешь, я позвоню господину Акташу и попрошу засечь время? – сладко спросила Имир.
– Э, нет. Спасибо. Пускай, спит спокойно. Ему и без того хватило.
– А всё же…
Тихо тикали часы. Суэ пускал пузыри. Три ветеринара сидели молча с полным сосредоточением на лицах. Каждая была погружена в сугубо научные мысли. Тишину нарушила поднявшаяся по лестнице госпожа Сытклю.
– ещё не спите? О чем задумались, коллеги?
Виви с Леолей резко подскочили со стульев и быстро разбежались по своим делам, стараясь не смотреть в глаза руководителю.
– Совершенно ни о чём!
Женщина недоумённо приподняла брови.
– Они в порядке?
Имир невозмутимо водила кончиком пальца по прохладной стенке аквариума. Аксолотль тщетно пытался поймать его ртом.
– Да. Они просто вспоминали акушерство.
– О-о-о, – понимающе протянула госпожа Сытклю, – успешно?
– До диссертации не хватает практического опыта.
– Это дело поправимое! – успокоила госпожа Сытклю и, пожелав коллеге спокойной ночи, ушла к себе в комнату.
Девушка с облегченным вздохом откинулась на подушку. Уши позорно горели. Имир старательно делала вид, что ничего не замечает. В заведомо безнадежном бою здравого смысла против безусловных рефлексов она быстро уснула.
Глава 5
«Спишь на новом месте – приснись жених невесте» – старая поговорка. Подсознание Имир с большой долей скепсиса относилась к народным мудростям. На новых местах девушке всегда снилась ерунда. По крайней мере, ей очень хотелось верить. Считать за судьбу некоторые особо отличившиеся витками бреда сновидения было чревато и страшно.
Аспирантка раскрыла глаза. Дом был погружен во тьму. Подруги и госпожа Сытклю мирно спали. Царила тишина. Ну, почти. За соседней с заброшенной частью дома стеной слышались шорохи и скрипы. Сердце Имир заметно усилило темп. Девушка зло про себя выругнулась. Блестяще! Сперва ночные кошмары, теперь шуршания, а главное – она, как последняя идиотка, от всего шарахается. Ну разумеется, в запустелой половине давно прописались мыши или крысы. Свято место пусто не бывает. Нужно попросить Виви провести дератизацию11. её прямая работа.
Ни первых, ни вторых Имир не боялась. Редкие представители животного царства могли испугать ветеринара. Скорее, боялись его – и по вполне понятным причинам. Девушку куда больше страшила неизвестность – чувство, свойственное многим людям. И скребущиеся звуки, безжалостно играющие на её расшатанных нервах. А в ночное время психика, как известно, обостряется. И чего им не спится? Неужели днём нельзя прошуршать? Днём не страшно. А почему ночью всегда страшно? Закон жанра, что поделать.
Теперь Имир изнывала от собственных неуёмных размышлений. Аспирантка раздражённо мыча перекатывалась с бока на бок, когда её прервали. Прямо над головой раздался негромкий цокот. Девушка мгновенно замерла. По спине забежали слабонервные мурашки. Неопознанный зверь надумал прогуляться по крыше. Свежим воздухом подышать, звёздами полюбоваться. Станет одиноко – постучит когтём Имир в окошко: «Тук-тук, не спишь? Я тоже».
Аспирантка непроизвольно нырнула под одеяло, ощутив себя круглой идиоткой. Отчего-то вспомнилась детская непрошибаемая логика про «если я никого не вижу, то и меня никто не видит». И не тронет. И не съест. Нет, так дело не пойдёт! Чертов она ветеринар, в конце концов, или тварь, под одеялом дрожащая?! Неужели она испугается какой-то страдающей бессонницей зверюшки, случайно забредшей к ним погулять? Или неслучайно. Не исключено, что неизвестный сосед жил в доме задолго до их наглого подселения. Что бы там ни было, лучше узнать, с чем, а вернее – с кем придётся иметь дело. И принять соответствующие меры: бежать самим или прогонять зверя.
Имир решительным жестом скинула с себя одеяло, вскочила на колени и быстро, пока запал не кончился, распахнула окно. Внезапная прохлада ударила разгорячённое лицо девушки. Внизу простирался пустующий внутренний двор. Но не он был предметом интереса Имир. Аспирантка повернула голову и начала внимательно изучать череду растрескавшейся черепицы. Она не питала напрасной надежды. С каким грохотом ветеринар открыла окно! – странно, как Леоля с Виви из соседней комнаты не прибежали выяснить, кого убивают, что уж говорить о нормальном звере. Да он давно дал дёру!
Девушка застыла. Зрачки Имир расширились до размеров вселенной, и темнота тому отнюдь не была причиной.
Гриф и хомяк уставились на ветеринара. Ветеринар – на них. Идиотская ситуация, нечего сказать.
– Спасибо и на том, что хомяк, а не белочка, – потирая глаза, проворчала аспирантка, закрыла окно и упала лицом в подушку. Заснула она мгновенно.
Следующий день, как и обещала госпожа Сытклю, был полностью посвящён работе. Не успела Имир окончательно проснуться и прийти в себя после оригинального ночного кошмара (потому, что такое может разве что присниться), вокруг началась шумная свистопляска, участником которой девушка была вынуждена стать. Аспирантка не могла припомнить ни завтрак, ни гигиенические процедуры, ни то, переодела она пижаму или нет. Казалось, секунду назад она лежала бездумно, хлопая ресницами на диване в тщетной попытке понять, кто она и где, а в следующее мгновенье Имир уже сидела в кузове грузовика.
Господин Акташ, скрепя сердцем, выполнил своё обещание и тем же вечером слегка похрамывающий механик (на вид человек, а после «допроса» – перевёртыш) залатал и подкачал колесо. Потом мужчина долго стоял над открытым капотом, тяжело вздыхая. От его протяжных вздохов начали постепенно сдавать нервы у всех троих девушек по очереди. И когда Имир невзначай стала интересоваться: «А если гипотетически толкнуть бочку с кактусом, она сразу насмерть прибьёт великомученика или им придётся оказывать ему врачебную помощь?» перевёртыш живо извлёк из-под капота пустое птичье гнездо, захлопнул крышку и с чистой совестью сообщил: «Готово». Чудесная починка не оставила равнодушной Виви, которая вознамерилась проверить гипотезу Имир на практике сию секунду. Но механик оказался опытным специалистом. Он слинял прежде, чем аспирантки приступили к рукоприкладству. Хромой не хромой, а бегает быстро.
Машина, под общий вздох облегчения, завелась. Понятное дело, не с первого раза, а эдак с третьего и с полпинка, но главное – завелась. Виви тронулась – и Имир чуть не вылетела из кузова. В кабине предусматривалось только два места: одно для водителя и одно пассажирское. Водителем сегодня вызвалась побыть Виви, к возмущённому пыхтению Леоли, госпожа Сытклю, разумеется, заняла место возле нее. Оставшимся пассажирам пришлось наслаждаться свежим воздухом и особо ощутимой тряской.
Имир искренне радовалась, что, несмотря на затуманенные сном мозги и девичью память, она догадалась переодеть очки. Модные очки с чёрной роговой оправой остались дома, на их место заступили «рабочие», сделанные специально на заказ по эскизу самой аспирантки. С началом лабораторных занятий с животными девушка осознала, насколько невыгодно положение ветеринара-очкарика. На клинической практике последние сомнения разбились на пару с очками, слетевшими с носа в пылу чересчур бурной фиксации пациента. Животные, безусловно, умные создания. Иногда поумнее многих людей. Но попросить четвероногого пациента не шарахаться от тебя, как от чумы, когда ты, возможно, от этой самый чумы его лечишь, удаётся, увы, не всегда. На каждый случай очков не напасёшься. И стоят они нынче недешево. А работать на одних окулистов не прельщало.
Гениальные мысли приходят внезапно. Тот раз не стал исключением. Госпожа Блесс вернулась из бассейна и дочь помогала разобрать её сумку. Среди влажного полотенца, купальника, шапочки лежали и очки для плавания. Раньше Имир не обращала на них особого внимания, но после недавней потери очередной пары девушка была серьёзно озадачена. Работать без второй пары глаз девушка не могла, но что можно придумать, чтобы очки не слетали с лица даже при резких движениях и всегда оставались на месте? Достав из сумки плавательные очки и задумчиво потянув их за резинку, Имир неожиданно осенило. Схватив за руку озадаченную мать, девушка понеслась в салон оптики. Спустя месяц она стала гордой обладательницей эксклюзивной и единственной в своем роде пары очков для незадачливого ветеринара с плохим зрением. Дизайн оптики для плавания послужил неплохой основой для создания «рабочей» пары. От очков в роговой оправе «рабочие» отличались большим диаметром особо прочных стёкол и сверкающей стальной оправой. С внешней стороны оправа была намертво пришита декоративной крупной строчкой к мягкой подкладке внутри. Но главная особенность – регулирующийся ремень, с помощью которого очки плотно прилегали к лицу. На голове стой – не слетят. Вдобавок – они отлично защищали глаза от ветра и грязи.