Женя Громова – Ляля ищет маму (страница 6)

Удобно... ага!

Да с этим мужчиной даже молчание ощущалось как прикосновение! Опасное. Горячее. Нежелательное — и всё же пугающе желанное.

— Может, тогда перестанете на меня так смотреть? — спросила я тихо, не поворачивая головы.

— Как будто мысленно уже раздеваю тебя? — его голос стал ниже, обволакивающим.

Я резко повернула голову — хотела показать, что не смущаюсь.

Но не вышло.

Он откинулся в кресле, раскинув руки на подлокотниках, как будто сидел на троне.

Взгляд хищный, ленивый.

Щетина подчёркивала резкие скулы, губы — чуть приоткрытые, как у мужчины, который только что кого-то целовал… или только собирается это сделать.

Под рубашкой, чуть расстёгнутой на вороте, угадывались рельефные мышцы

Уголок его губ дёрнулся — не улыбка, нет. Только намёк на неё.

Бёдра расслаблены, ноги расставлены.

Мой взгляд скользнул ниже — и я замерла.

Под плотной тканью брюк — внушительный бугор.

Он даже не прикрывал его — демонстрировал.

Но следующие слова вообще заставили меня замереть.

— Медленно стягиваю с тебя пиджак, расстёгиваю молнию на твоём платье, смотрю как оно падает к твоим ногам, вдыхаю твой аромат, притягиваю к себе и...

— Хватит!..

Я вспыхнула как спичка. Чёрт! Да ему нравится мучить меня!

Щёки горели, низ живота сводило от возбуждения, бельё намокло.

— Оставим темы восемнадцать плюс, — я взяла себя в руки, прямо посмотрела на Горыныча и даже улыбнулась. — Мы же на работе.

Но он так смотрел, что мне пришлось свести колени, чтобы утихомирить пожар, который полыхал внутри.

Зря я это сделала.

От этого движения стало только хуже. И ещё, это движение не укрылось от Горыныча. Мужчина бросил взгляд на мои бёдра и усмехнулся.

Господи, Саша, держись.

Да, он красивый. Да, запах у него — просто гормональная бомба!

Но у него явно очередь из женщин, готовых за секунду броситься к нему на колени.

А я? Я даже ресницы не накрасила сегодня.

— Я думал, твоя работа как раз и состоит в том, чтобы озвучивать такие вот сцены.

— У вас хорошо выходит, не пробовали себя в озвучке? — спросила я излишне весело, будто меня нисколько не волновало всё, что он говорил.

— Нет, я предпочитаю действовать, а не притворяться, — лениво протянул он, и это “действовать” будто слизнуло весь воздух из салона.

Он прищурился и хищно повернул голову.

— Ммм… — этим его низким хриплым голосом.

— Что? — спросила я, сглотнув.

— Представляю, как ты сидишь на мне, — проговорил он лениво, будто рассуждая вслух, — платье задрано, дыхание сбилось, пальцы вцепились в моё плечо...

Глаза стали темнее. Глубже. Опаснее.

Его голос обволакивал лучше любого прикосновения. Как будто жар его слов ложился прямо под кожу, между рёбер, заставляя сердце колотиться сильнее.

— Вы… — я нервно хмыкнула и отвернулась к окну. — Вы специально это делаете. Провоцируете.

— Конечно, — спокойно согласился он. — Ты же реагируешь. А твои реакции… Это захватывает.

Фухх, Саша, успокойся, это же просто слова. Он же просто говорит. Да, голос у него супер, и выглядит он очень... возбуждающе. Сильные руки, мощная шея, уверенная поза… А у тебя мужика давно не было… Это не повод!

Надо успокоится. Надо успокоится!

У таких мужчин обычно девушки — длинноногие модели. А я… просто я. Простая Саша. Не глянцевая. Не фифа. Не его тип.

Наверное.

И вообще — мы на работе! Сейчас посмотрю с ним пару студий, определит меня куда-нибудь дальше книги да сериалы озвучивать, и на этом всё.

Машина остановилась.

Я облегчённо выдохнула — обрадовалась окончанию пытки. Оказалось — зря.

Он вышел первым, подал мне руку.

Я сделала вид, что не заметила, и он ухмыльнулся — как хищник, которому нравится, что добыча сопротивляется.

Всё, Саша, сосредоточиться на задании!

Эта студия была намного солиднее той, в которой работала я.

Здесь было новое здание, чистое и светлое помещение, в фойе пахло кофе. За стойкой девушка в белом топе и кожаных штанах — приветливо улыбнулась.

— З-з-здравствуйте, — растерялась она, когда увидела моего спутника.

— Проверка, — бросил Горыныч. — Где начальник смены?

— Сейчас подойдёт, — пискнула девушка, поглядывая на меня с интересом.

Он прошёл внутрь, как ураган, а я — следом, стараясь не впускать в лёгкие шлейф его парфюма.

— Ну? — обернулся он в узком коридоре. — Здесь тоже что-нибудь не так, актриса?

— Пока всё хорошо... — пробормотала я. — Свет везде. Чисто. Провода не валяются, тепло. Двери не скрипят, везде доводчики. Предлагаю посмотреть студии.

Он кивнул, но в глаза мне не смотрел. Взгляд его скользнул ниже — по телу. И я это почувствовала. Словно обжёг.

Мы прошли по студиям. Я честно старалась сосредоточиться на проверке. Чисто. Просторно. Аппаратура в порядке. Но этот мужчина… в какой-то момент я заметила — он идёт вплотную. Словно специально. Он не прикасался, но я чувствовала его рядом — кожей чувствовала.

— Здесь тоже всё идеально, — пробормотала я в последней студии. — Осталось только...

— Только признаться, что ты меня хочешь, — перебил он и дверь за нами закрылась.

Я замерла. Он стоял сзади, слишком близко ко мне. Я низом спины чувствовала его…

— Не притворяйся, Саша, — он потёрся мне о спину и о…оооо! — Ты вся говоришь об этом. Как смотришь. Как дышишь. Как сжимаешь колени, когда мы одни.

Я хотела отшагнуть, но мне на живот опустилась горячая пятерня Горыныча.

— Думаешь, я не заметил, как ты вспыхнула, когда я говорил, как тебя раздеваю? — он произнёс это та-а-ак медленно, своим хриплым этим голосом, да ещё и мне прямо на ушко. — А теперь представь, что это не слова.