Женя Дени – S-T-I-K-S. Легавая (страница 11)

– Боже, сестра моя, прости меня! – Запричитала Веда, кидаясь на шею и едва не кланяясь.

– Всё нормально. Меня выпустили, как видишь, – хмыкнула Лега, вытирая щёку от неожиданно слюнявого поцелуя.

– Что случилось-то? Как тебя вообще замели?

– А то ты не знаешь? – Прищурилась та. – Ты же у нас знахарь, мать-ведунья.

– Эй, не издевайся. Я ж не на такие мелочи распыляюсь, – фыркнула Веда, но глаза у неё стали виноватые.

– «Мелочи», – Легавая округлила глаза, ткнула её пальцем в бок. – Это ж, по-твоему, мелочь?

– Пошли домой. Устала небось, – уже мягко, по-сестрински обняла её Веда.

– Пошли… Устала – это слабо сказано. Ах да. Скоро мы с Рикошетом переезжаем. У нас будет свой дом. Больше не будем тебя теснить.

– Не поняла, – Веда остановилась и переглянулась с Рикошетом. – Какой дом?

– Лидия и Полкан заставили меня подписать отказную на Веронику. Взамен они отдают нам вторую половину твоего дуплекса. И ещё там… кое-что вкусное.

– Так, стоп, – Рикошет мгновенно занял боевую стойку. – Что значит "отказную на Веронику"?

– Они её заберут, – голос Легавой стал ровным.

– Нет! Ты что?!

Веда мягко положила руку ему на плечо:

– Рикошет, так будет лучше. В первую очередь для самой малышки. Мы не сможем дать Веронике то, что дадут они. Ни безопасности, ни иммунности. А девочке нужен дом, любящая семья. Как бы я не поносила Лидию, но она повернута на материнстве и знает о детях всё. – Надо будет кстати Веронику у Сакуры забрать, – добавила она буднично.

Рикошет всё прекрасно понимал. И всё равно не мог согласиться. Его губы дрогнули. Он сжал кулаки.

– А Берта? – Спросил он вдруг, будто хватался за последнюю соломинку.

– А о Берте речи не шло, – Легавая удивлённо моргнула. – Берта остаётся с нами. Это не обсуждается.

– Понятно… – выдавил он меланхолично.

– Ой, а ты чего это руку жмёшь? – Веда прищурилась, заметив, как Легавая прижимает правую руку к груди, будто прячет что-то очень ценное… или болезненное.

– Да так, история достойная быть экранизированной в каком-нибудь дешёвом ситкоме, – усмехнулась она, но улыбка вышла кривой.

– Тебя что ли стращали в камере?! – Взвыла Веда и вспыхнула, как спичка.

– Нет-нет, ты чего. Я сама кого хочешь застращаю.

– Ну это да… – осторожно согласилась знахарка, но добавила уже тише, – и всё же?

– Если коротко, – вздохнула она, – я врезала Эльбрусу с локтя в нос.

– ТЫ ЧТО-О-О-О?! – Крик Веды, высокий и звонкий, разнёсся по округе так, что стая голубей в панике сорвалась с веток и исчезла за крышами. Даже Бертa подпрыгнула от неожиданности.

Глава 4: что с даром?

Всю дорогу до дома Веда не умолкала. Она превратилась в мобильную версию следственного комитета: вопросы сыпались один за другим, то руками размахивала, то хваталась за голову, то за Легавую. Досталось и Рикошету пару раз по спине.

Когда добрались до дуплекса, Веда выдохлась. Полчаса пялилась в выключенный плазменный телевизор. Потом молча открыла холодильник, достала бутылку пива и, не раздумывая, опустошила её залпом. Да уж… Она с самого начала чувствовала, что между Легавой и Эльбрусом что-то должно произойти. Но чтоб такое…

Вернулась Лега около часа дня – от Полкана, без лишних приключений. Он её, к счастью, не задерживал.

– Настоящие, – кивнула Веда, внимательно осматривая красный жемчуг на ладони сестры.

– А что, бывает не настоящий? – Рикошет искренне удивился, чесанул затылок.

– Конечно. Время от времени пытаются гнать контрафакт8. Но не в нашем стабе, – фыркнула знахарка. – Здесь такие фокусы быстро заканчиваются… и плачевно.

– Мда-а-а-а у-ж-ж… – протянул Рикошет, глядя на три сияющих бусины, – как будем делить?

– Одну мне, вторую тебе, третью Веде, – пожала плечами Легавая. Ей было, по сути, всё равно.

– Нет, – резко отрезала Веда. – Все три подходят только Легавой.

– Почему? – Опешил Рикошет, явно не готовый к такому раскладу.

– У неё шанс обратиться и пережить последствия меньше, чем у нас, – серьёзно сказала Веда. – И больше шансов прокачать и раскрыть свои дары. Это важно. Это безопаснее.

– Эх, понятно… – Тот сглотнул. Немного обидно ему.

– Не печалься, ты этих жемчужин потом штук сто ещё насобираешь, – подмигнула ему Веда.

– А ты откуда знаешь?

– Я же знахарь, – довольно усмехнулась она, деловито поправив очки-пустышки на переносице. – Когда там эта коза драная, ээ… то есть Лидия, придёт за малыхой?

– Через час… – вздохнула Легавая с грустью в голосе.

Она подняла малышку на руки и прижала к себе. Та блаженно заулыбалась и пустила пузыри слюней. Легавая чувствовала, как сердце сжимается. Как же ей не хотелось расставаться с этой упрямой, капризной, своенравной, часто какающей, маленькой женщиной… Но что сделано – то сделано… Она поцеловала её в макушку, приятный телесный запах молочка обдал нос, типичный аромат всех младенцев.

– Кстати, о Лидии… – вдруг вспомнила Легавая. – Она как-то сказала, что уже дважды бабушка. А выглядит бодро, моложаво. Я вообще здесь ни одного старика не видела, —задумчиво протянула она.

– Ты шо, брошюру не читала? – Важно подняла бровь Веда, облокотившись на барный островок.

– Да не успела ещё, тут же суета, беготня…

– Легавая! – Веда демонстративно поправила очки на переносице, – будь поответственнее. Это нереспектабельно!

– Здесь вообще никто не стареет, – вставил Рикошет, также налегая локтями на столешницу. – Пока мы в бункере куковали, я ту брошюру раз десять перечитал. Возраст откатывается. Никто здесь старше сорока не выглядит. Болячки заживляются, органы восстанавливаются, конечности отрастают обратно. Очки, слуховые аппараты – всё не нужно.

Он покосился на Веду:

– А тебе кстати зачем очки?

– Для респектабельности! – Отчеканила та и с достоинством поправила вновь сползающую оправу.

– Насчёт быстрой регенерации я слышала, – кивнула Легавая, укачивая малышку, – а про возраст… да, конечно, здорово.

– Так, уважаемый пациент Рикошет, пройдите, пожалуйста, в кабинет знахаря на диагностику. Будем щупать ваш дар, – Веда сделала приглашающий жест в сторону гостиной.

– Э-э-э… – Тот выпрямился и поплёлся к дивану, явно не уверенный, что готов, чтобы его «щупали».

– Нет-нет-нет, на софу укладывайся, – деловито поправила его Веда.

Раздался ожидаемый звонок в дверь. Легу потряхивало, она нервничала. Кажется, воздух кто-то украл из атмосферы. Сложно было дышать, в горле ком дурацкий…

– Вот, – буркнула она. Передала малышку Лидии – руки дрожат, губы поджаты.

Лидия тут же прижала Вероничку к себе, а та давай улыбаться и весело размахивать ручками и ножками.

– Ай, ты девочка моя сладкая! Моя крошка! – Лидия, кажется, сейчас расплачется.

Легавая тоже с трудом держалась.

– Спасибо, Легавая. Я благодарна тебе за этот чудесный и прекрасный дар. Это самое ценное, что теперь у меня есть, – прошептала Лидия, поцеловав малышку в лоб.

– Пжалста! – Та резко шагнула назад и закрыла дверь, так ничего не ответив Лидии.

«Дура… разве какой-то там жемчуг стоит такой чудесной крошки?». Помотала головой, чтобы стряхнуть с себя тоску и привязанность.

– Как всё прошло? – Тут же подскочил Рикошет. Надо ж ему, любопытному, знать.