Женевьева Навроцкая – Артефакт для наследницы (страница 37)

– Я вас не подведу, – торжественно заявил Гэл.

Сайлас ободряюще похлопал его по плечу на дорожку и устало выдохнул, когда они с Винси остались вдвоем.

– Выглядишь паршиво, – заключил тот, почесав подбородок. – Ты же не собираешься куда-то идти в таком виде? Поспи в моей комнате.

Комнатой Винси называл каморку с поеденным молью диваном, заставленную грязной посудой и окровавленными чашками. Он проводил черномагические ритуалы там же, где ел, и у Сайласа одно это вызывало ужас. Но ему было так плохо, что он уснул бы хоть на полу.

– Спасибо, – буркнул он и отправился в самую темную часть дома.

– Кстати, – крикнул ему Винси вдогонку. – Что за кошара скребется в дверь? Я его три раза прогонял, но он все время возвращается!

Сайлас чертыхнулся себе под нос:

– Не трогай его, я разберусь.

Разобраться Сайласу нужно было много с чем.

Если бы он только мог и выполнить поручение босса, и сохранить ей жизнь… Но усидеть на двух стульях не получится. Поэтому проблема была не в том, кого выбрать, а в последствиях уже совершенного выбора.

Сайласу было страшно жить в мире, где у магов нет свободы. Но еще страшнее оказалось собственноручно создать безнадежный и тусклый мир, в котором Софи больше никогда ему не улыбнется.

На том месте, где были темные разводы, теперь лежал узорчатый ковер. Ящик пришлось задвинуть в нишу для гаданий, но в обычные дни клиентов все равно было мало, поэтому никто этого даже не заметил. Софи в последний раз окинула взглядом лавку, прежде чем отпереть дверь.

С товаром все было в порядке, на заднем дворе Серафина и Клэр прибрались в ту самую ночь… могло показаться, что беспокоиться не о чем, но внутри скреблось что-то похожее на плохое предчувствие. Впрочем, это могло быть следствием пережитых событий, поэтому Софи старалась не волноваться. Она повернула замок и отошла к прилавку.

В доме было непривычно тихо и пусто, компанию Софи составлял только Люсьен. Серафина еще не пришла, а Клэр отправилась вместе с Алистером в Солис, как ее доверенное лицо и свидетель, чтобы передать Хейла Конгрегации.

За ним пришли рано утром, и Софи осталась одна, не считая Люсьена. Это было большой редкостью, но он решил не менять облик человека и скучающе стоял у прилавка, подперев голову рукой. Его настроение продолжало колебаться, но он по крайней мере не уходил, хоть периодически и бросал на Софи тоскливые взгляды.

Ушей было не видно под распущенными волосами, поэтому можно было не переживать, что кто-то из людей заметит. Хотя, как Софи успела убедиться, большинство людей вообще не замечало Люсьена, словно его не было рядом – как говорил он сам, люди невнимательны, а настоящую магию, сосуществующую с ними, могут и вовсе не замечать или быстро забыть. Но все было иначе, когда он выходил в зал – тут-то его природа начинала работать на продажи, потому что он не стеснялся пользоваться чарами обворожения, чтобы продать даже то, что человеку не нужно.

Софи задумчиво разглядывала все еще заклеенное пленкой окно у входа, на месте которого раньше был витраж. Становилось холоднее, и она все собиралась напомнить Люсьену о его обещании показать ей особую магию, способную чинить вещи, но каждый раз забывала.

С открытия не прошло и пяти минут, как дверь вдруг распахнулась, колокольчик громко звякнул, а по полу бодро застучали каблуки.

– Дорогуша, почему же вы нигде не сообщаете свой график? Я прощала это Агате, но вы современная барышня. Вы в курсе, что можете даже продавать в Интернете? Мне бы иногда не помешала доставка.

В лавку ворвалась одна из постоянных покупательниц – обычная женщина по имени Джанис. Она покупала только благовония и заговоренные чаи – чаще успокаивающие, но иногда просила что-то будоражащее, и зная, какие туда входят травы, Софи предпочитала не задумываться о том, как та собиралась провести вечер.

Заметив Люсьена, Джанис заправила волосы за ухо и недвусмысленно одернула малиновую блузку.

– Простите, мисс Блейк, из-за отключения электричества у нас возникли некоторые трудности, пришлось закрыться на пару дней, – ответила Софи, направляясь к полке с чаями. – Вам как обычно?

Джанис повернулась к ней, недовольно изогнув накрашенные фиолетовой помадой губы. Удушливый запах ее парфюма постепенно расползался по лавке, и Софи от него всегда хотелось почесать нос.

– Это нужно было вчера, а сегодня я хочу взять кое-что другое.

– Благовония?

– Нет, кое-что… из вашего секретного ассортимента.

Софи выжидающе смотрела на клиентку. Они не могли заговаривать с обычными людьми про магию – только если те сами сообщат, что являются посвященными. Джанис нервно закусила губу и, шагнув к ней ближе, перешла на полушепот:

– Я знаю, что вы колдуете. Догадывалась, когда ходила к Агате, но пришлось пойти на очень… изощренные меры, чтобы узнать правду.

Софи обошла ее и вернулась к прилавку, потеснив Люсьена, чтобы достать блокнот, в который вносила заказы.

– Можете оставить заказ и прийти за ним через два дня.

– Так долго?! – возмущенно воскликнула Джанис, метнувшись к прилавку следом за ней. – Но мне нужно сегодня!

– У нас есть кое-какие запасы. – Софи задумчиво почесала висок кончиком карандаша. – Что именно вы хотите купить?

– Приворотное зелье.

Люсьен тихо фыркнул, и Джанис перевела на него растерянный взгляд.

– Можете купить амулет для привлечения любви, – предложил он и, повернув голову, пробормотал так, чтобы услышала только Софи: – Хотя в ее случае вряд ли поможет.

Софи взглянула на нее, после слов Люсьена ощутив легкий укол жалости к этой взбалмошной женщине.

– Простите, мисс Блейк, это запрещенное зелье, – сказала она, сочувственно покачав головой. – Я уверена, вы справитесь и без него.

Дверь в лавку снова открылась. Джанис нервно обернулась, но сразу узнала Серафину, откинувшую с головы капюшон. Повернувшись обратно к Софи, она упрямо поджала губы:

– Я заплачу вдвойне.

– Вот привязалась, – процедил Люсьен. – Мы такое не продаем.

– А о чем речь? – поинтересовалась Серафина.

– Я хочу купить приворотное зелье, – пожаловалась Джанис. – Неужели вы не можете сделать исключение для постоянного клиента?

– Очень даже могу, – улыбнулась Серафина. – Оставьте мне свой номер и предоплату, завтра все будет готово. Насчет встречи договоримся.

Джанис стрельнула глазами в сторону прилавка и отошла к Серафине. Через пару минут дверь за ней захлопнулась, и Серафина с довольным видом убрала деньги в карман. Поймав на себе один раздраженный и один непонимающий взгляд, она развела руками.

– Что? Мне же нужно на что-то жить, а от приворотного зелья никто не умрет. Если бы вы не упирались в свои правила, могли бы зарабатывать гораздо больше.

– И лишиться лицензии, – фыркнул Люсьен. – Отличный план.

Серафина закатила глаза.

– Мне кажется, тебе нужно выбрать облик, соответствующий внутреннему состоянию. Выглядишь как горячая топ-модель, а ведешь себя не лучше моего вечно брюзжащего дедули Эрни.

– Концепция возраста для фейри бессмысленна, время в нашем измерении течет иначе, – парировал Люсьен.

– Вот только ты уже давно не в своем измерении, так что прожитые годы еще как влияют на твою личность. – Серафина наставительно подняла вверх указательный палец. – И эти годы тебя не щадят.

Люсьен промолчал, и Софи вдруг почувствовала дискомфорт. Она понимала, что не виновата в поступке одного из своих предков, но на ней все равно лежит ответственность. Серафина быстро ретировалась в квартиру, словно поняла, что сказанное не совсем уместно.

– Ты все еще не хочешь сказать, где расшифровки? – осторожно спросила она, начав перекладывать свечи на полке у прилавка. – Я могу хотя бы попробовать…

– Дело не в этом, – прервал ее Люсьен. – Просто эти заклинания требуют очень высокого мастерства. Ты навредишь себе, если попробуешь. А я не хочу, чтобы ты себе вредила.

Софи еще раз убедилась: если Люсьен не хочет о чем-то говорить, пытаться вытянуть это из него бесполезно. Она будничным движением поправила ему растрепавшуюся белоснежную прядь, из-под которой выглянул кончик острого уха, и бездумно провела по нему указательным пальцем.

Люсьен, вздрогнув, повернулся к ней, широко распахнув глаза, и Софи одернула руку.

– Прости.

Весь день он словно находился где-то очень далеко, но сейчас на секунду вернулся к ней. Софи сама не осознавала, что скучала по тому, как было раньше, когда между ними не возникало этой неловкости и натянутости. Ей казалось, что с каждым днем Люсьен отдаляется все сильнее и вместе с этим отдаляется перспектива их дружбы.

– Не смущайся так. – Он взял ее руку и опустил голову, почти прижавшись щекой к ладони. – Это всего лишь уши, ты же не в штаны мне залезла.

Софи с притворным недовольством покачала головой, но руку не убрала. Он наклонил голову еще ниже, чтобы ее пальцы прошлись по всей длине его уха.

– Не бойся, не сломаешь. Можешь потрогать еще что-нибудь, хотя в остальных местах я мало отличаюсь от человека.

Она догадывалась, что позволение «потрогать» было как раз-таки жестом близости, но ей все еще было боязно сделать что-то не так или задать слишком некомфортный вопрос, хотя их у нее в голове крутилось немало. Проведя ладонью по белоснежным волосам, Софи скользнула на выпирающие под рубашкой лопатки.

– Обычно фей изображают с крыльями, – проговорила она, погладив его спину. – У тебя есть?