Желько Максимович – Астро, Пустой Дом (страница 1)
Желько Максимович
Астро, Пустой Дом
Глава 1. Карта без денег
15 апреля 2019, 14:23, Москва. Солнце в 25° Овна, Луна в Деве. Меркурий директный в 9 градус Овна.
Лестница пахла кошками и старым деревом, ступени поскрипывали под ногами так же, как, наверное, поскрипывали и тридцать лет назад, когда в этой квартире жили совсем другие люди. Алексей поднимался на третий этаж, придерживая рукой перила — шершавые, давно не крашенные, — и думал о том, зачем, собственно, пришёл. Коллега Наташа дала адрес с такой убеждённостью, будто речь шла о враче, который наконец-то поставит правильный диагноз. Ты просто сходи, — говорила она, придвинувшись ближе. — Она всё скажет. Мне точно сказала — про мужа, про работу, всё совпало до дня. Алексей тогда кивнул, взял бумажку с адресом и сунул её в карман, уверенный, что выбросит. Но не выбросил. И вот стоял перед дверью с медной табличкой Вера Николаевна Кустова. Астрология. По записи.
Он позвонил. Ждал. Достал телефон и перечитал последнее сообщение от Марины. - Ты снова взял из общего? Деньги на курсы сына, которые Алексей заплатил в понедельник, взяв из той заначки, которую Марина годами откладывала на чёрный день. Он хотел написать что-то объяснительное, но так и не написал ничего. Дверь открылась.
Вера Николаевна оказалась женщиной лет пятидесяти пяти, невысокой, с короткими крашеными волосами цвета каштана, в длинной юбке и домашних туфлях на небольшом каблуке. Взгляд у неё был внимательный, профессиональный — такой бывает у хороших врачей, когда смотрят на пациента в первые секунды приёма, ещё до слов, уже составляя картину.
— Алексей? — спросила она.
— Да.
— Проходите.
Кабинет был небольшой, плотно обставленный. Вдоль стен — стеллажи с книгами, корешки разных цветов и толщин, астрологические атласы, психологические справочники, тонкие брошюры явно самиздатовского происхождения. На рабочем столе — монитор, рядом с ним несколько листов, распечатанных мелким шрифтом, карандаш. Окно выходило во двор; апрельское солнце падало через него широкой полосой, разрезая комнату по диагонали. В полосе плавала пыль — неторопливо, почти торжественно.
Алексей сел на предложенный стул. Стул был обычным, с деревянными подлокотниками, и он подумал, что в таком кабинете почему-то ожидаешь увидеть хрустальный шар, а не принтер и стакан с остывшим чаем.
— Вы данные мне прислали заранее, — сказала Вера Николаевна, не глядя на него, вводя что-то в компьютер. — Восьмое сентября семьдесят девятого, Ленинград, шесть пятнадцать утра. Верно?
— Верно.
— Хорошо. — Она нажала что-то, принтер тихо зашелестел и выдал лист. — Сейчас.
Пока она изучала распечатку, Алексей рассматривал корешки книг. Много было на русском, но попадались и английские, и немецкие. Один том был особенно толстым, обложка в пятнах Сефариал. Астрология для практиков. Рядом стояло что-то про архетипы Юнга. Странное соседство, подумал он. Хотя, может, и нет.
— Вот, — сказала Вера Николаевна и развернула к нему карту.
Это был круг. Большой, напечатанный чётко, разделённый на двенадцать секторов, каждый из которых был исчерчен линиями и наполнен значками — кружочки с символами, которых Алексей не знал, стрелки, числа. Всё вместе напоминало схему какого-то сложного механизма, чертёж устройства, принцип действия которого понятен только специалисту. Он смотрел на это и испытывал смесь скептицизма и любопытства — того любопытства, с которым смотришь на старинный прибор в музее, не зная, работал ли он когда-нибудь.
— Видите этот сектор? — Вера Николаевна постучала накрашенным ногтем по одному из двенадцати треугольников, расположенному между двумя другими. — Второй дом. Смотрите — там совершенно ничего нет. Ни одной планеты.
Алексей наклонился ближе. В других секторах действительно теснились кружки с символами — там их было три, там два, где-то пять сразу в одном секторе. А этот зиял пустотой.
— И что это значит?
Вера Николаевна откинулась немного на спинку кресла.
— Второй дом — это деньги. Материальные ресурсы, самооценка через обладание. То, что мы считаем ценным, чему приписываем цену. У вас там пусто. Это называется незанятый дом.
— Пусто — это плохо?
— Это нейтрально, — сказала она. — Это означает, что данная тема не является для вас ведущей. Там, где у человека стоит планета, — там есть напряжение, требование, урок, необходимость что-то проработать. Там, где пусто, — там нет фиксации. Понимаете разницу?
Алексей не был уверен, что понимает, но кивнул.
— Человек с Сатурном во втором доме, — продолжила она, — будет всю жизнь думать о деньгах. Либо их зарабатывать с огромным трудом и болью, либо копить с параноидальной тщательностью, либо бояться потерять — но так или иначе денежная тема будет занимать его сознание постоянно, создавать давление. Планета в доме — это как кость в горле, не смертельно, но не забываешь. А у вас в этом секторе — тишина.
— Значит, мне просто всё равно?
— Значит, у вас нет встроенного инстинкта накопления, — поправила она. — Деньги для вас — как воздух. Пока они есть, вы их не замечаете.
Алексей вспомнил позавчерашний вечер, они сидели у Романа, пили вино, разговор переходил с одного на другое, и в какой-то момент все начали обсуждать криптовалюту — биткоин, какой-то новый токен, чьи-то феноменальные прибыли. Он сидел и смотрел в телефон, листал ленту без цели, думал о статье, которую ему нужно было дописать. Рома спросил, Лёш, ты во что-нибудь вкладываешь? Он ответил, Нет. Почему? — удивился Рома. Алексей пожал плечами. Просто нет.
— Но это же плохо, — сказал он, имея в виду не только тишину в карте, но и то конкретное сообщение от Марины, которое всё ещё светилось в кармане.
— Почему? — спросила астролог с искренним интересом.
— Потому что деньги нужны. Потому что семья, дети, пенсия в конце концов. Жена мне уже...
Он замолчал. Это было лишним.
— Вы безответственный? — повторила она его несказанную мысль.
— Я не знаю.
Вера Николаевна посмотрела на него — именно тем взглядом, который он заметил с самого начала, изучающим и при этом без осуждения.
— Безответственность — это когда человек осознаёт необходимость действия и сознательно уклоняется от него. А вы, судя по карте, просто не слышите этого запроса. Это другое. Это не порок, это устройство. Понимаете?
— Нет, — честно сказал он.
Она улыбнулась. Встала, подошла к полке, достала тонкую книгу в мягкой обложке, полистала её.
— Хорошо. Давайте иначе. — Она вернулась, снова взяла карту. — Смотрите, второй дом пустой, но у каждого дома есть управитель — планета, которая им отвечает. За второй дом с Тельцом на куспиде отвечает Венера. Но у вас на куспиде — Телец, а значит, управитель — Меркурий.
— Почему Меркурий? Телец — это Венера.
— Вы уже знаете что-то? — слегка удивилась она.
— Читал что-то по дороге, — признался он. На самом деле он прочитал статью в телефоне прямо в метро, пока ехал сюда.
— Хорошо. Смотрите. — Вера Николаевна провела пальцем по карте. — Телец — знак на куспиде второго дома. Да, Телец управляется Венерой в классической системе. Но в вашей карте куспид второго дома на границе Тельца и Близнецов, и у вас Меркурий — хозяин третьего дома — стоит в десятом доме, доме карьеры, публичного статуса, профессии. И стоит он рядом с Солнцем.
Она постучала по точке в верхней части круга.
— Вот он. Меркурий в десятом доме, соединение с Солнцем. Это значит, ваша карьера построена на слове, на информации, на передаче смыслов. Меркурий — это журналистика, редакция, лекции, переговоры, тексты. Именно здесь ваша сила. Именно через это приходит доход. Управитель второго дома в десятом — это почти буквально, деньги через карьеру. Вы будете зарабатывать ровно столько, сколько нужно для жизни, когда занимаетесь тем, что вам интересно.
Алексей смотрел на Меркурий в десятом доме — маленький символ, похожий на знак планеты из учебника по физике. Что-то в этом было смешное и одновременно точное. Он вспомнил, как в юности мать спрашивала, Лёша, ты будешь зарабатывать своими текстами? — и он отвечал, Буду. Она вздыхала. А он зарабатывал. Немного. Но зарабатывал.
— А копить? — спросил он.
— Вот тут — нет, — сказала Вера Николаевна просто. — Это не ваша природа. Копить, инвестировать, считать, вести бюджет — это требует активного внимания к теме денег как самостоятельной ценности. А у вас её нет. Вы не копите не потому, что безответственны. Вы не копите, потому что в этом направлении у вас отсутствует внутренний мотив.
Молчание. Снаружи кто-то во дворе кричал ребёнку, Маша, домой! Пыль продолжала плыть в солнечной полосе.
— Но людям это не нравится, — сказал он наконец.
— Нет, — согласилась она. — Не нравится. Потому что мы живём в культуре, где второй дом — это добродетель. Хорошо откладывать, хорошо иметь запас, хорошо думать о завтрашнем дне. Человек без планет во втором доме производит впечатление легкомысленного. Хотя на самом деле он просто направлен в другую сторону.
— В какую?
Она снова взяла карту, на этот раз подождала немного, прежде чем ответить.
— Смотрите на ваш одиннадцатый дом. Видите, там Сатурн? Одиннадцатый — это общественные связи, цели, то, что мы делаем для других, для большего, чем мы сами. Ваш Сатурн здесь говорит, ответственность для вас — это ответственность перед идеями, перед людьми, перед тем, что вы считаете правдой. Не перед счётом в банке. Это другая ответственность. Не меньше. Просто другая.