Жанузак Турсынбаев – ТИДА Книга вторая (страница 6)

Посмотрев на родителей, он понял, что некоторые важные слова, которые должны были быть сказаны, так и не прозвучали. И в этот момент он решил сказать их:

– Для меня каждый ребёнок – это чудо. Каждый – это пример того, как за внешними трудностями может скрываться глубокий внутренний мир. Иногда прогресс не виден сразу. Но это не значит, что его нет. Просто нужно научиться «слышать» ребёнка иначе. Через жесты, взгляд, молчание. Я стараюсь именно так подходить к своей работе.

Мухит чуть улыбнулся и добавил:

– Надеюсь, я не утомил вас своими словами. Просто иногда важно не только лечить, но и говорить. И быть услышанным. И ребёнку, и нам – взрослым.

– Вы так красиво всё сказали…

– Спасибо. Знаете, я вспоминаю одну девочку, которую лечил несколько лет назад. У неё была редкая форма аутизма. Она не говорила с младенчества, проявляла стереотипные движения, приступы агрессии и глубокую отстранённость. Даже для меня, с моим опытом, это был уникальный случай. Врачи тогда считали, что её мышление будет сильно отличаться от привычного. А ещё, у неё была апраксия речи, то есть она не могла управлять речевыми мышцами, хотя в голове, как позже выяснилось, формулировала мысли вполне чётко. Мне тогда пришло в голову попробовать научить её печатать на клавиатуре. И что важно, её родители меня поддержали. Было нелегко, но она была настойчива. И вот – первые фразы: «Мама, я хочу воды», «Мне больно от громких звуков». Эти простые предложения, были настоящим прорывом. И что оказалось? У неё яркое мышление, чувство юмора, эмоциональная глубина. Главное, она обрела возможность выражать себя. А это бесценно.

Он сделал короткую паузу, потом продолжил:

– Я понимаю, как сегодня тяжело родителям. Мы живём в мире, где дети буквально прилипают к экранам. Смартфон стал их "окном в мир". Но важно помнить: ничто не заменит живого общения. Ни для них, ни для нас – взрослых. Мы все нуждаемся в том, чтобы нас услышали.

Теперь он захотел посмотреть в глаза собеседникам:

– Вы хотели что-то сказать? Пожалуйста, не сдерживайтесь. Я всегда говорю родителям – лучше выговориться. Я здесь, чтобы слушать.

– Знаете, но ведь наша дочь не аутистка… Она же болеет ДЦП. Неужели и в нашем случае, нам надо действовать так же? – вырвалось удивленно у отца девочки, на что Мухит немного улыбнулся.

– Да, вы абсолютно правы, что обратили внимание на это. Я понимаю, откуда возник вопрос, и хочу пояснить: ваша дочь, конечно, не страдает аутизмом, у неё другой диагноз – детский церебральный паралич. Однако в лечении и, особенно в реабилитации, некоторые терапевтические подходы могут быть схожими у детей с разными диагнозами. Например, физическая терапия важна как при ДЦП, так и при аутизме. При ДЦП она помогает улучшать двигательную активность, при аутизме – развивает координацию и сенсорную чувствительность. Логопедическая работа – также общая область: у детей с ДЦП могут быть нарушения речи из-за поражений определённых участков мозга, а детям с аутизмом нужна поддержка в формировании коммуникативных навыков. Эрготерапия – ещё одно важное направление. Она помогает детям адаптироваться к повседневной жизни, учит навыкам самообслуживания, развивает моторику, что ценно для детей с любыми сложностями в развитии. Конечно, между этими диагнозами огромная разница, и подходы адаптируются индивидуально. Просто я привёл пример, чтобы показать: за диагнозами всегда стоят живые дети, и мы, врачи, стремимся не ограничиваться рамками, а искать лучшие пути помощи с учётом всех сторон: физических, эмоциональных, речевых. Не волнуйтесь, если вы почувствовали, что я отошёл от темы, я всегда готов объяснить более чётко. Если будет интересно, вы сможете ознакомиться и с другими методиками. Они доступны в открытых источниках. А главное сейчас – мы вместе, и я помогу вам пройти через всё это.

– Да, касательно этого, нам об этом говорили и прежние врачи, которые осматривали нашу дочь, – сдержанно кивнул отец.

– Ну вот, вы спросили, а я ответил, – спокойно произнёс Мухит. – Понимаю: больше всего нас пугает неизвестность. Но хочу сказать одно – доверьтесь специалистам. Мы глубже погружены в эти процессы, нам действительно виднее, как и что происходит внутри организма. Иногда просто нужно немного времени и терпения.

Мухит сделал лёгкий вдох, выпрямился и вдруг заметил в коридоре Мереке. Подняв руку, он дал ей знак, и она, остановившись, кивнула в ответ.

– Спасибо вам большое, доктор… Всё, что вы сказали, было таким важным и понятным. До этой встречи мы чувствовали сильное напряжение, тревогу… А сейчас, как будто стало легче. Вы развеяли наши сомнения, – произнесла мать девочки, пытаясь справиться с эмоциями. – Мы бы очень хотели, чтобы именно вы стали лечащим врачом нашей Эльзы. Может, это просто родительское чувство, хотеть лучшего и сразу… Но мне кажется, что с вами её выздоровление пойдёт пусть не сразу в гору, но всё же, спокойнее и увереннее. Хочется в это верить…

Она достала из кармана платочек и вытерла слёзы, набежавшие от облегчения.

– Вы, наверное, спешите… Спасибо вам за вашу доброту и терпение.

– Хорошо. Спасибо и вам. За то, что выслушали. Сейчас это редкость. Я завтра дежурю. Обязательно внимательно посмотрю её документы. Честно говоря, мне и самому уже интересно вникнуть и сделать кое-какие пометки. Контакты мои у вас есть, верно? И ещё, постарайтесь не расстраиваться. Вы же сейчас идёте к ней. А значит, надо держаться. Правда ведь?

Шутливо улыбнувшись, он пожал им руки и, попрощавшись, направился к Мереке, которая терпеливо ждала его в коридоре.

Позже, за ужином, он захотел рассказать о том, как прошёл день, но Мереке и Карлыгаш, посмеиваясь, обсуждали что-то своё тихо, по-домашнему. «Как хорошо, что рядом есть такие люди», – мелькнула у него мысль. И в этой простоте, в этих тихих будничных чудесах, он вдруг понял одну простую истину: счастье, пусть негромкое и незаметное, оно у него есть.

Глава 2. Маяки

       Каждый его рабочий день был по-своему особенным. Не из-за событий, что, словно вихрь, подхватывали его, и не из-за каких-то перемен. Просто потому, что он сам этого хотел. В каждом дне он заново находил оттенки звуков, в голосах коллег знакомые мотивы песен, а в рутине – ритм, в такт которому билось его сердце.

Он приходил на работу рано не из долга, а потому что любил эти тихие минуты: когда дети, ещё сонные, потягивались в постелях, мягкий свет пробивался в окна, а кофе пах особенным утренним теплом. Иногда он всё же опаздывал. Тогда он извинялся перед коллегами, но те, улыбаясь, молча хлопали его по плечу. Некоторые из близких коллег позволяли себе язвительные шутки, но он старался не обращать на это внимания.

И сегодня, направляясь в ординаторскую, он вспомнил про оставленный на верхней полке глобус. Магический шар, на который достаточно взглянуть, и вот ты уже пересекаешь материки и океаны, представляешь себя счастливым… Словно снова ребёнок: с пыльными коленками приходишь домой и, сияя, показываешь родителям своё сокровище – камешки в форме рыцарей или палку, похожую на меч.

Иногда он закрывал глаза в обеденный перерыв и видел, как бежит босиком по горячему, обжигающему пятки песку. В кармане засахаренная конфета, а неподалёку, в высокой траве, затаившись в тени, поёт свою грустную песню жаворонок.

Это мгновение счастья не было чем-то грандиозным. Оно было простым. Настоящим. Тем самым, когда ты слышишь, как хрустит под ногами лёд, и машинально озираешься вокруг в поисках людей. Пусть незнакомых, но добрых. Тех, кто готов протянуть руку, если станет тяжело. Тогда он улыбался. Не всерьёз, а по-детски, искоса, будто украдкой, разглядывая каждого с теплом.

Да, сегодня он спешил за глобусом. Подарком, который собирался вручить одному особому ребёнку. Тому самому мальчику, который, доверившись ему, однажды открыл своё сердце.

Мысленно он уже готовил ответ на возможный вопрос: зачем доктору глобус? И в этот момент он не сразу заметил, как рядом остановилась медсестра.

– Вас внизу ждёт мальчик и его мама. Они сказали, что вы должны их сегодня принять, – тихо сообщила она.

– Спасибо тебе большое. Да, я их жду… Проведи их, пожалуйста, в мой кабинет, – ответил он немного взволнованным голосом и, бросив короткий взгляд на глобус, подождал, пока медсестра выйдет из ординаторской.

Поднявшись с места, он направился в свой рабочий кабинет. Через несколько минут в кабинет вошёл Канат с мамой.

– Здравствуйте. Как вы? Как ваше здоровье? – мягко обратился он к женщине, краем глаза наблюдая за мальчиком. – Привет, Канат. Мне кажется, ты подрос. Как у тебя дела?

Он сделал паузу, затем протянул мальчику аккуратно завернутый глобус.

– Вот, это тебе. Помнишь, мы как-то говорили о мире. Большом, загадочном, без границ? Так вот, это он…

Мухит немного улыбнулся.

– Это глобус. По нему нас в школе учили географии. Так называется школьный предмет о странах, морях и континентах. Теперь он твой.

Канат взял глобус обеими руками, подержал не много, а затем, не зная, что с ним делать, передал маме.

– У меня день рождения, мама? – спросил он удивлённо.

Мама ничего не сказала. Только погладила его по голове.

– Нет, просто мне захотелось тебе это подарить, – сказал доктор. – Иногда бывает так: ты что-то видишь и сразу понимаешь – это нужно не тебе, а кому-то другому.