заза цквитария – Сталин. Становление государства (страница 17)
Никто не обвинял Пилсудского или других правителей в искусственном создании голода на территории Украины и никто не удосужился перевести голод в категорию геноцида. Для Сталина сделали исключение и создали такую картину геноцида посредством голода, которая оказалась очень даже живучей. Она приносила ядовитые политические плоды десятилетиями, вплоть до сегодняшнего дня оставаясь оружием пропаганды против России.
Пропагандистский характер данного обвинения слишком явен, что бы его трудно было заметить. Но еще более уличает искуссный характер обвинения неизменность аргументации обвинителей, несмотря на то, что после изучения архивных данных, они должны были как-то измениться.
Поэтому легче будет осознать сущность обвинений если найдем зерно той лжи на которой и выросло ядовитое политическое дерево.
Слезы Геббельса
Интерес в раздувании темы голодомора был велик, особенно в то время, когда весь коллективный Запад с замиранием сердца следил за ситуацией внутри СССР. Каким бы неприятным соседом ни была Польша, в начале 30-х годов у Советского Союза появился враг гораздо более опасный, чем Пилсудский.
Великая депрессия, охватившая весь разрушила псевдогосударственное образование под названием Веймарская республика и привела к власти фашистов. Лидер последних, в отличие от американских марионеток берлинского правительства, был намного энергичнее. Что более важно, он был абсолютно свободен от американской доктрины.
Адольф Гитлер был политиком прямолинейным, а поэтому не скрывал, что главное будущее направление его деятельности связано с колонизацией дикого востока. По его утверждениям, тут полумонгольские племена русов захватили столько ресурсов, которых хватило бы для обеспечения высокого уровня жизни не только Германии, но и всей цивилизованной Европы. Вместе с тем Старый мир, который уже не вмещался в рамки своих бывших колоний, мог обрести и жизненное пространство.
Гитлер стремился продолжить дело не только своих германских предков — ливонцев и тевтонов, но и шведов, французов, англичан. Фюрер фактически объявлял новый крестовый поход против России, для чего требовалось моральное оправдание.
Своей расовой политикой Гитлер не вносил ничего нового в европейскую действительность. Он лишь детализировал ту политику европейских стран, которая на протяжении тысячелетия признавала право белого человека на мировую гегемонию.
Но для того, чтобы борьба против русских казалась вековой борьбой добра против зла, мало было признать арийскую расу высшей. Нужно было доказать и то, что противник, в лице общества неполноценных людей представляет собой сборище диких племен, не имеющих морального права на существование.
Россия давно стала поперек горла Западу своим нежеланием стать цивилизованной марионеткой, а её моральное бичевание не было делом новым. И староевропейцы и американцы не жалели ни сил ни возможностей подчеркнуть аморальность большевистской власти. Новые немецкие власти все же сумели всех их переплюнуть по части дешевой, но очень действенной пропаганды.
Благо фашистская партия обладала такими незаурядными ораторами, какими были сам фюрер и его главный идеолог, Иозеф Геббельс.
Оставить без внимания такой спекулятивный вопрос каким был голод в России, для Гитлера было бы политическим преступлением. Именно его главный глашатай стал тем источником, который превратил трагедию в политический фарс.
В тот момент данный вопрос был настолько несвоевременным для других капиталистических стран, а сам фюрер вызывал не меньше опасений, чем Сталин, что раздуть тему до нужных масштабов до поры до времени не удалось. Хотя зерно было брошено в благодатную почву и плоды оно начало приносить англо-саксам уже после падения фашистов.
Несмотря на то, что существующая на тот момент информация о голоде в СССР не давала никакой возможности утверждать, что вызван голод был искусственно, Геббельс сделал все возможное, что бы получить желаемый результат. Смешав вместе большевиков, евреев, идеологию и дикость русского народа главный немецкий пропагандист достиг, все же, многого.
Чтобы понять смысл этой истории лучше, конечно же, цитировать самого министра, который 13 сентября 1935-го года на съезде Национал-Социалистической партии утверждал следующее:
Слезы Геббельса, пролитые по русскому крестьянину, конечно же, не могут не вызывать удивления. Но более того они вызывают отчуждение, показывая явную наигранность его речи, превращая театрализованные стоны в дешевую пропаганду. Поэтому вступать с ним в полемику и доказывать, что в 1935-м году голод в Советском Союзе был преодолен и никаких миллионов жертв после 33-го не было, что курс на мировую революции давно был анахронизмом и т.д., не имеет смысла.
Но тема голодомора раскачивалась еще до 1935-го года и не в фашистской Германи, а в США. С первого взгляда может показаться, что нацистский пропагандист шел по тропинке уже проторенной демократическими силами. Однако все обстоит с точностью до наоборот. Именно американцы несли нацистское знамя, в чем ниже и убедимся.
Весной 1933-го года в американской прессе разразилась дискуссия, касающаяся голода, который охватил Советский Союз. В этой дискуссии схлестнулись британо-американский журналист Гарет Джонс и американский журналист Уолтер Дюранти.
На сегодняшний день в отношение этих двух журналистов, посмертно разгорелись не менее интересные страсти. Первый из них, Гарет Джонс превратился в символ справедливости, человека, который познакомил весь мир с темой голода в Украине. После известных явлений приведших к противостоянию России и Украины, польские кинематографисты даже сняли фильм о самопожертвовании журналиста, где описали все его злоключения в тоталитарной стране.
Уолтера Дюранти, между прочим обладателя пулитцеровской премии, который обличал самого Гарета, наоборот, превратили в кремлевского пропагандиста. Со стороны украинцев даже были попытки посмертно лишить его премии. Чем сильнее противостояние между Западом и Россией, тем крепче страсти по расследованиям голодомора.
Если любители мифов о голодоморе слишком громко кричат о коммунистических предпочтениях Дюранти, то о политических приоритетах Гарета Джонса стараются не распространяться. И это в то время, как именно его антисоветская и явно выраженная профашистская позиция говорят гораздо больше, чем все его мнимое расследование.
Начнем с того, что работал Джонс на Ллойда Джорджа. Бывший английский премьер не скрывал своих симпатий по отношению к Гитлеру и был сторонником союза с ним, против большевистской России.
Самому журналисту никто заниматься журналистской деятельностью в Советском Союзе не мешал. До того, как обличать советские власти в насаждении голода Джонс дважды был в стране, хотя открыто и заявлял о нелюбви к большевикам.
Но самое главное заключается в том, что Джонс, как журналист имел тесные контакты с фашистским правительством и был первым журналистом, освещавшим приход Гитлера к власти. Новый правитель Германии оказывал ему особое внимание и брал с собой на свои митинги.
В марте 1933-го года Джонс попал в Москву через Германию, а в охваченную голодом Украину попал по приглашению вице-консула немецкого консульства в Харькове Оскара Эрта. Эти факты навевают определенные мысли о слишком уж тесных взаимоотношениях с фашистскими властями. Особенно напрягает то, что сын вице-консула Адольф Эрт был ведущим нацистским пропагандистом и стал главой антикоминтерновского агентства Геббельса.
Не меньше вопросов поднимает и то, что миру об «увиденном» в СССР Гарет возвестил уже 29 марта на пресконференции устроенной в том же Берлине. Политическую подоплеку «исследования» журналиста невозможно скрыть. Да и великий плач Гарета по невинноубиенным крестьянам звучал слишком уж по-геббельсовски. В нем было много пафоса, но мало логики. Он уверял слушателя:
«