«Эти пары ликующих дней…»
«Хорошо умереть молодым / Чтобы женщины плакать бы стали» – реминисценция стихотворения Н. А. Некрасова «Не рыдай так безумно над ним, / Хорошо умереть молодым!» (1868), где в центре внимания оказывается Христос. У Лимонова герой его поэтических и прозаических текстов часто христологичен, но в последний момент грозит обернуться лжемессией.
«Хорошо чтоб меня застрелил / Полицейский у края ограды» – эти строчки по своей интонации, настроению и описываемой сцене могут быть созвучны сцене из «Дневника неудачника»: «Чёрные ткани хорошо впитывают солнце. Хорошо в них преть весной. Когда-то, может быть, у меня было такое пальто. Сейчас я уже не помню. Хорошо скинуть пальто в лужи, перешагнуть, зайти в дверь, она хлопнет за спиной, купить жареного, выпить спиртного, утереться салфеткой, сойти со стула. Сказать ха-ха-ха! Выйти в дверь, завернуть за угол налево, вынуть нож, спрятать его в правый рукав, нырнуть в подъезд Вашего дома, – ударить ножом швейцара, прыгнуть в лифт и очутиться на девятнадцатом этаже. Поцеловать Вас в глупые губы, раздеть Вас к чёртовой матери, выебать Вас, задыхаясь, в неразработанное детское отверстие, в слабую глупую дырочку. Шатнуться обратно к двери и получить в живот горячий кусок металла. И умирать на паркете. Лишь я Вас любил, пожалуй. Ботинки полицейских чинов в последний момент увидать».
«Мне поддержку утром дать готов…»
«Мне поддержку утром дать готов / Так любивший бабу Гумилёв / От него Ахматова ушла…». Николай Степанович Гумилёв (1886–1921) – русский поэт-акмеист, прозаик, переводчик и литературный критик; Анна Андреевна Ахматова (урождённая Го́ренко; 1889–1966) – русская поэтесса-акмеистка и переводчица. Ахматова ушла от Гумилёва вскоре после рождения их сына Льва: поэт часто изменял ей.
«Вы сочинили мне беду…»
«Безумная богиня Флора» – древнеримская богиня цветов и весны, в честь которой проводились флоралии – шестидневные разгульные празднества; в их программу входили как театрализованные представления, так и танцы с раздеванием в исполнении гетер.
«Леночка! Ведь были Вы поэт…»
«Леночка! Ведь были Вы поэт / Русского огромного размера» – в неподцензурном культурном пространстве СССР стихи Елены Щаповой ценились. Генрих Сапгир отзывался следующим образом: «Лена Щапова – что называется, молодая поросль. Помню, в Крыму, на пляже, лежит длинноногая – мальчики со всех сторон на нее пялятся, а она в клеёнчатой тетрадке стихи записывает, зачёркивает, ничего кругом не замечает. В самиздате стихи её не ходили – муж заслонял, Лимонов. Потом эмиграция и вообще… Но стихи, по-моему, заслуживают внимания: мистичны и самостоятельны, и тоже лианозовские по части формы». Щапова выпустила две поэтические книги – «Стихи» (Нью-Йорк, 1985) и «Ничего кроме хорошего» (1995).
«В этой жизни только и осталось / Жест красивый. Рана на груди» – интонационно восходит к предсмертному стихотворению С. А. Есенина «До свиданья, друг мой, до свиданья…», где появляются строчки: «В этой жизни умирать не ново, / Но и жить, конечно, не новей».
«Блатная моя красавица…»
Интонационно пересекается с четвёртой частью «Реквиема» А. А. Ахматовой, что начинается следующими строчками: «Показать бы тебе, насмешнице / И любимице всех друзей, / Царскосельской весёлой грешнице, / Что случилось с жизнью твоей». Обыгрывая ахматовские строчки, Лимонов, собственно, показывает, что случилось: она «рыжих французов с фаллосом к малюсенькой жмёт груди».
«Считаясь женой моей третьею…» – видимо, это поэтическое преувеличение. Елена Щапова была второй женой Лимонова, первой – Анна Моисеевна Рубинштейн (1937–1990).
«Лена ты Елена – офицерская дочь…»
«Помнишь совершался в храме брачный обряд ‹…› Богу изменила. Потеряла кольцо» – Лимонов и Щапова обвенчались в октябре 1973 года в храме Воскресения Словущего на Успенском Вражке. Щапова вспоминала: «Моя мама просто отказалась с ним знакомиться и сказала, что никогда в жизни в своем доме его не примет. Она не пришла на нашу свадьбу, на венчание, отец пришёл, а она – нет. Как это ни странно, после венчания, в церкви, я потеряла своё обручальное кольцо. Это было очень плохое предзнаменование. Когда у нас начались проблемы с КГБ из-за лимоновской прописки и его должны были в двадцать четыре часа выслать из Москвы за нарушение паспортного режима, я попросила маму сделать ему московскую прописку, и она, естественно, отказалась. Тогда я посоветовала Лимонову написать ей письмо. Он написал письмо, и моя мать, которая очень любит литературу, оценила его литературные данные и сказала, что хочет с ним встретиться. После знакомства с Лимоновым мама изменила своё мнение».
«Мой отрицательный герой»
Печатается по изданию «Мой отрицательный герой» (М.: Глагол, 1995). Стихотворения, составившие сборник, написаны в Нью-Йорке и Париже, в период с 1976 по 1982 год, и частично были опубликованы в журналах «Континент» и «Синтаксис», а также в сборнике «Трое. Не размыкая уст» (Los-Angeles: Almanac Press, 1981), где наряду с Лимоновым принимали участие Алексей Цветков и Константин Кузьминский, а со вступительным эссе выступил Саша Соколов.
15 мая 2009 года в своём «ЖЖ» Лимонов написал, где среди прочего сделал отдельный комментарий по поводу своих переводов и, возможно, их влияния на некоторые стихотворения из «Моего отрицательного героя»: «В качестве пары костей для исследователей бросаю вот что. ‹…› В 1977-м году в Нью-Йорке я уже переводил стихи Лу Рида. Переводы тоже не сохранились, но, может быть, отыщутся когда-либо у кого-либо».
Лето 1978 («По вечерам я пил чаи…»)
«Случайно порешив гулять / Я в Грейси-парк ходил без дела / Детей там наблюдал несмело / Мечтая с ними поиграть // ‹…› Порой прелестнейшие крошки / Меня бросали в жар невольно» – похожий эпизод встречается в «Дневнике неудачника»: «Траля-ля! Траля-ля! Так и хочется загалопировать куда-нибудь в лес с поляны, в ряду таких же хорошеньких, маленьких, завитых, в белых чулочках пажей – вслед за маленькой обольстительной принцессой, улыбающейся сквозь шиповные кусты. Загалопировать. Попробуй. Ведь тебе тридцать четыре года. Принцесса вызовет полицию, приедут санитары – объясняй тогда, объясняй, что ты паж. И куда делись другие пажи. Это было в Централ-Парке, где я облюбовал одну девочку».
Крым («Вы помните того индейца…»)
«Вы помните Бернар ту Сару…». Сара Бернар (1844–1923) – французская актриса еврейского происхождения.
«Тогда вдруг Крым украинским вдруг стал / Хрущев сказал. Никитушка сказал…». Никита Сергеевич Хрущёв (1894–1971) – Первый секретарь ЦК КПСС с 1953 по 1964 год, Председатель Совета министров СССР с 1958 по 1964 год. 19 февраля 1954 года Президиум Верховного Совета СССР издал Указ «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР». Хрущёв также упомянут в стихах «Шестидесятые» («И Пехлеви, и Сорейя…») и «На смерть “хрущевки”» («Здесь экскаватор, бьёт дубиной…»)
«Люблю я Крым в виньетке чайных роз / Сухой посёлок Коктебеля / Где я сидел как бы Емеля / На море глядя под откос» – Лимонов не один раз был в Крыму. В юношеские годы сбегал из дома и путешествовал по полуострову. Он успел поработать в местных чайхозах, исходить Крым вдоль и поперёк и встретить Новый год на тюремной скамье в Алуште. А о своей первой поездке в Коктебель Лимонов написал в «Книге воды»: «В Коктебель мы приехали в мае 1970 года. Тогда это был простой совхозный посёлок. ‹…› Мы с Анной были передовые. Я уж не помню, кто нас отправил к Марье Николаевне Изергиной, но мы попали по лучшему адресу из возможных. По тёплой пыли в Коктебеле бегали собаки. Марья Николаевна, петербуржка, некогда певица, принадлежала к питерской аристократии, она была сестрой “Таты” – жены директора питерского Эрмитажа Орбели. Неизвестный юный поэт с седой женой Анной, по-видимому, не произвёл в первый раз впечатление на Марью Николаевну, посему нас вежливо препроводили к украинке Марье Ивановне, она поставляла Марье Николаевне и её гостям молоко. Там, в магазине, мы и поселились, вход был под вишней, на вишне жило семейство скворцов, за оградой были холмы, дом был крайний».
«Приятель мой читает Роб-Грийе…». Ален Роб-Грийе (1922–2008) – французский писатель, один из основателей движения «новый роман». В «Книге мертвых – 3. Кладбища», есть очерк «Однажды в Будапеште», посвящённый международной литературной конференции, организованной Энн Гетти, дочерью известного нефтяного магната. «Ann Getty возглавляла в те годы Wheatland Foundation, и её хобби была литература. Очень высокая, думаю, она была выше 185 сантиметров, с очень правильными чертами свежего лица, намекающими на операции plastic-surgeon, Анн без устали собирала литературные конференции в столицах Восточной Европы, я побывал по крайней мере на двух, в Вене и в Будапеште. Еще Анн стала владелицей издательства Grove Press и тем загубила его», – вспоминает Лимонов. Там же о Роб-Грийе, названном «Агрономом»: «Нужно признаться, я был разочарован. Предо мною предстал седобородый, вполне дружелюбный, разговорчивый мужчина, сопровождаемый знаменитой его подругой Jeanne de Berg. Вот она, злая, в сигаретных клубах, имевшая в прежние времена славу сексоманки и извращенки, произвела на меня большее впечатление. Постаревшая и помрачневшая, она сохранила тайну. ‹…› не получилось сближения и со знаменитым когда-то Роб-Грийе. К тому же, к тому времени он был уже порядком подзабыт. Я думаю, в 1980-е в Paris я был намного известнее его.
