с такою силой и таким свирепством,
что я подумал, я, наверно, зверь и раньше им бывал
и, уж конечно, вместе с моим детством.
И тут, оставив едовой процесс
тем, что закончил миску с чёрным хлебом,
я попытался вспомнить тёмный лес,
в которым был, но часто будто не был
И мне пришло, что в образе волка́
лежу на жёлтой снеговой поляне
и маленькие два моих глазка
наведены на что-то вроде лани
то маленькая козочка дрожит течёт
мочой от глаз моих прикосновенья
и раздражающий тот запах бьёт
и вспомнил вкусы того я укушенья.
III. «вошла мне в комнату жена моя…»
вошла мне в комнату жена моя
она день служит, книгами торгуя
когда же ночь посмотрится в жилья,
друг к другу лезем мы, потребность чуя
и обнимаемся, и я в неё кладу
кусок себя, торчащий из-под паха
у ней горячее внутри найду
и то бесстыдство ночью из-за страха
Когда сегодня я лежал потом
облитый после всех объятий потом,
то кое-что я вспомнил со стыдом
Давным-давно в три года
от роду… там, где дремота…
мы в доме офицерском тогда жили
Второй этаж и комнаты большие
и много там детей и взрослых, и простых
и бы́ла Ида среди них
Она ходила в школу уж тогда
иль во втором, иль, может, в третьем классе
отец её был старый офицер
пирожные печёт и торты часто
и часто ходит с женой на концерт
И вечерами вот в такое время
когда их ремонтируют рояль
и пахнет он столярным театральным клеем
и кружева висят у них все вдоль
Тогда та Ида и её подруга
приводят мальчика меня к себе
и двери запираются на ключ, с порога
они снимают всё, что на себе.
Я помню в той дремоте на кровати
на край ложились кверху животом
и ноги раздвигали свои вместе
и заставляли тыкать там карандашом.
Он был огрызок синий или красный
я помню ног отчётливый развал
я чувствовал, что этот жест опасный
и карандаш со страшностью втыкал.
Они переворачивались также на живот
и подставляли зад карандашу
Я это помню жёлтый лампы свет
и клеем я, и пирогом дышу.
Затем меня в кружа́ва пеленали
и малого и требовали, чтоб
я им показывал то, что скрывали
ребёнка брюки в глубине своей.
Потом иду — родители — мне страшно
Не помню, как кончалося тогда…
Лежу. а обернусь…жена… белеют чаши 
