Юрий Верхолин – Между двумя мирами (страница 29)

Бокал в её руке наклонился. Капля вина сорвалась, оставив тонкий след по стеклу.

– Гравитация сегодня против меня, – тихо сказала она сама себе, держа бокал двумя руками, будто не доверяла пальцам.

Он почти улыбнулся. Та же интонация. Только пятнадцать лет спустя.

Кто-то рядом с ней немедленно подхватил бокал, подал новый. Вспышки снова щёлкнули. Кто-то сказал: «Stunning!». Кто-то – «Beautiful». Кто-то – «Lucky man».

Про lucky man он ещё не знал, кто именно.

Ответ пришёл через секунду.

Он увидел, как к ней подходит мужчина. Чуть старше тридцати. Высокий. В костюме, который сидел так, будто был сшит поверх чужого тела и чужих поступков. Лицо – спокойное, почти мягкое. Глаза – слишком внимательные.

Вирадж.

Он обнял её за талию. Не нежно и не грубо – именно так, как обнимают свою собственность. Одной рукой фиксируя, другой держа бокал.

– Сегодня ты прекрасна, – сказал он достаточно громко, чтобы слышали камеры.

– Это не я, – ответила она, улыбаясь. – Это бюджет.

Он тихо хмыкнул.

Потом его взгляд пошёл дальше. Через зал. Сканируя, как прожектор. И остановился на Артёме.

Оценка заняла долю секунды. Человек в недорогом костюме. Один. Без своей стаи. Русская фамилия на бейдже. Свежий след тревоги в глазах.

Вирадж чуть наклонил голову – не как приветствие, как прицеливание.

– Новый гость, – сказал он, чуть сжав пальцы на талии Дивьи. – Или старое знакомство?

Она не отвела взгляд от бокала.

– Благотворительность расширяет круг общения, – ровно произнесла она. – Не усложняй себе математику.

– Ты не ответила, – мягко напомнил он.

Она вздохнула.

– Если ты считаешь, что все люди делятся на свои и чужие, – сказала она, – то он, очевидно, не из первых.

Это было всё, что она могла себе позволить.

Сорваться она не имела права.

Он двинулся вдоль стены, стараясь не смотреть слишком открыто. Но глаза всё равно тянулись к ней, как к единственной точке реальности в этом театре.

Они столкнулись почти случайно. В узком пролёте между столиками, где шум чуть глуше, а камеры чуть дальше.

Она шла в одну сторону, он – в другую. Официант с подносом за их спинами создавал иллюзию несовершенной случайности.

– Осторожно, мэм, – сказал он Дивье, когда их плечи чуть коснулись.

– Осторожно, сэр, – ответила она, не поднимая глаз. – Здесь скользко.

Он на секунду остановился. Она – тоже. Движение зала обтекало их, как вода обтекает камень.

– Ты в порядке? – спросил он тихо, по-английски. Так, чтобы фраза могла быть принята за вежливый интерес.

– Зависят критерии, – ответила она, так же тихо. – Для прессы – да. Для психиатра – нет.

Он почувствовал, как у него дрогнуло что-то под рёбрами.

– Див, – начал он.

– Не называй меня так здесь, – перебила она. – Здесь у меня нет сокращений. Только полное имя и полный срок.

Он сглотнул.

– Я думал, ты… – начал он.

– Жива? – подсказала она. – Пока да. Но это временно.

Она чуть повернула голову – ровно настолько, чтобы их взгляды снова встретились.

– Уезжай, – сказала она очень спокойно. – Сегодня, завтра, хоть сейчас. Уезжай.

– Он того стоит? – спросил он.

– Он стоит того, чтобы не связываться, – ответила она. – Ты слишком далеко от их игр. И слишком близко ко мне.

– Я приехал не ради них, – сказал он.

– А ради кого? – спросила она. – Ради призрака с крыши?

Он выдохнул.

– Ради тебя, – сказал он. Без шуток, без масок.

Уголок её губ дрогнул. Что-то похожее на улыбку. Или на судорогу.

– Тогда у тебя два варианта, – сказала она. – Уехать и жить. Или остаться и умереть красиво.

– А если я не люблю простой выбор? – спросил он.

– Тогда мы оба погибнем, – ответила она. – И он будет смеяться последним.

Официант позади сделал шаг вперёд. Вирадж появился откуда-то сбоку, как будто вырос из пола.

– Всё в порядке? – спросил он, обводя взглядом обоих.

– Абсолютно, – ответила Дивья, мгновенно включив светскую улыбку. – Мы вспоминаем, как плохо я танцевала в школе.

– А, старые истории, – кивнул он. – Надеюсь, все участники этих историй остались живы.

Он протянул руку Артёму:

– Вирадж Сингх. Жених.

– Артём Петров, – сказал тот, отвечая на рукопожатие. – IT-специалист.

– IT – благородное дело, – отметил Вирадж. – Главное – не находить больше, чем заказали.

– Я привык работать по факту, – сказал Артём. – Даже если факт никому не понравится.

Их пальцы разжались. В руке у Артёма осталось ощущение сухой силы. В руке Вираджа – информация: хватка не дрожит.

– Насколько я знаю, ваш контракт с Raj Group подходит к концу, – небрежно заметил жених. – Надеюсь, вы успеете сделать всё, что планировали. И не больше.

– Это зависит от того, сколько у меня времени, – сказал Артём.

– Время – забавная валюта, – ответил Вирадж. – Особенно когда его измеряют не часами, а жизнями.

Он улыбнулся, чуть шире обычного. Это была улыбка человека, который привык обсуждать насилие на языке метафор за бокалом дорогого вина.

– Нас ждут, – обратился он к Дивье. – Журналисты, фотографы, благотворители. Все хотят увидеть нас вместе. Красивых и влюблённых.

– Хорошо, что они хотя бы честно называют это шоу, – сказала она. – Благотворительность – лучшая декорация для грехов.