Юрий Тарарев – Звездный бруствер. Книга 9. Бойцы времени (страница 4)
На флагмане её тело покачнулось. Корона вспыхнула ослепительным светом, и Цен-ми-нея, на одно короткое, страшное мгновение, потеряла сознание.
Её колени подогнулись, и она рухнула бы на хрустальный пол, если бы не офицеры, мгновенно бросившиеся к ней. Один из них, молодой архимаг с бледным лицом, успел подхватить её, другой активировал аварийный медицинский протокол. Но королева уже приходила в себя, её глаза распахнулись, полные холодной ярости и… страха.
Она оттолкнула помогавших, выпрямилась, её одежды снова заструились, как ни в чём не бывало. Но внутри бушевала буря. Чёрный дракон. Атакующий её. В Роднике…
Это невозможно. Но это произошло. И где-то в глубине её сознания зародилось чувство, которого она не испытывала веками – неуверенность.
То, что происходило, казалось настолько невероятным, что растерянность Цен-ми-неи длилась дольше, чем позволяли её тысячелетние инстинкты и выучка. В ментальном пространстве «Родника Реальности», где её сущность обычно царила безраздельно, время растянулось, как густой туман. Чёрный дракон, исполинский фантом с чешуёй, поглощающей свет, и глазами, горящими, как раскалённые угли, не терял ни секунды. Его когти, сотканные из чистой магической ярости, вонзились в её ментальную оболочку, нанося удары – не фатальные, но глубокие, оставляющие следы. Каждый удар отзывался болью, пронизывающей её сознание, словно молнии, бьющие в саму суть её существа.
На мостике «Светоча Ксеона» её физическое тело дрожало. Офицеры, окружившие её, застыли в ужасе, их лица побледнели, а руки замерли над панелями. Корона на голове королевы пульсировала яростно, испуская вспышки света, которые отражались в хрустальных стенах, создавая иллюзию, что весь флагман дрожит вместе с ней.
Но затем Цен-ми-нея пришла в себя. Её воля, отточенная веками, вспыхнула, как сверхновая. Серебряная нить её ментальной сущности сжалась, а затем с невероятной силой отбросила чудовище. Дракон отлетел в магическом пространстве, его крылья задели потоки Родника, вызвав волны, что закружились, как вихри в бурю.
– Откуда ты взялся? – её ментальный голос, обычно холодный и властный, сейчас дрожал от ярости и неверия. – Вы же все исчезли!
Дракон, паря в ментальном эфире, медленно расправил крылья. Его голос, глубокий и гулкий, как раскаты грома в недрах планеты, заполнил пространство Родника.
– Ты нас возродила, королева.
– Каким образом? – Цен-ми-нея сжала ментальные кулаки, её сущность вспыхнула серебристым светом, готовясь к новому удару.
– Очень просто, – дракон наклонил голову, и его глаза сверкнули, как звёзды в бездне. – Ты нарушила баланс Родника. Истощила его. Родник этого не прощает. Для восстановления баланса он восстановил стаю чёрных драконов.
Сказать, что королеву поразила эта информация, значило не сказать ничего. Она не просто удивилась – она была шокирована. Её ментальная сущность замерла, серебряные нити ауры дрогнули, словно под порывом ветра.
– Какая стая? Откуда?! – вопросы вырывались сами собой, риторические, почти бессознательные, пока её разум пытался осмыслить невозможное.
– Та самая, – дракон сделал шаг вперёд в ментальном пространстве, и его когти оставили искры на магических потоках. – Которая помогла Ву-Кану одержать победу над твоим флотом.
Оскорбление. Его тон, полный насмешки и уверенности, невыносим. Цен-ми-нея, королева Аэтриона, не терпела такого отношения. Её ментальная сущность вспыхнула, как молния, и она молниеносно нанесла удар.
Серебряный клинок магии, отточенный веками, устремился к дракону, но наткнулся на чёрную глухую стену. Удар рассеялся, как волна о скалу, оставив лишь лёгкие искры.
– Так не пойдёт, королева, – дракон усмехнулся, его голос был подобен грому. – Теперь ты не одна в Роднике.
Битва велась в святой святых, в самом сердце «Родника Реальности». Две высшие сущности, две магические силы, сталкивались в вихре света и тьмы. Потоки магии кружились, как ураган, разрывая ментальное пространство, где время и реальность теряли смысл.
Странность этой битвы поражала. Драконы выступали как светлая сила, их магия была чистой, животворящей, направленной на восстановление. А Цен-ми-нея, королева порядка и сияющих хрустальных городов, почему-то олицетворяла тьму – её магия, сковывающая Родник, была тяжёлой, подавляющей, истощающей.
Эта невероятная странность не поддавалась объяснению. Понятия перепутались, как нити в старом гобелене. Свет стал тьмой, тьма – светом. «Родник Реальности» менялся, его потоки бурлили, словно живое существо, борющееся за выживание. Его главное стремление оставалось неизменным – выжить, сохранить существование магической вселенной, даже если для этого пришлось перевернуть всё с ног на голову.
На мостике флагмана её тело дрожало от напряжения ментальной битвы. Корона пылала, испуская вспышки, что ослепляли офицеров.
Битва продолжалась между королевой и драконом. Между тьмой и светом, которые поменялись местами.
Внезапно Цен-ми-нея очнулась в рубке своего крейсера. Её сознание, ещё мгновение назад разрываемое вихрем ментальной битвы в «Роднике Реальности», с резким, почти болезненным толчком вернулось в физическое тело. Она пошатнулась, словно под ударом невидимой волны. Её глаза, обычно острые и холодные, обвели помещение бессмысленным, затуманенным взглядом. Рубка, казалась чужой, словно она вернулась в неё из другого мира.
Офицеры замерли. Молодой архимаг у ближайшей панели сделал полшага вперёд, его рука замерла над интерфейсом, но он не решился нарушить тишину. Воздух в рубке стал тяжёлым, пропитанным запахом озона и едва уловимым ароматом магии, что исходил от короны.
Цен-ми-нея тряхнула головой – резкий жест, совершенно нехарактерный для неё. Корона, тяжёлая и сияющая, соскользнула с головы, её кристаллы звякнули о хрустальный пол с высоким, почти жалобным звуком, эхом отразившимся от стен.
Королева, не осознавая, что делает, потянулась к артефакту. Её пальцы, длинные, тонкие, дрожали – едва заметно, но для неё это было равносильно катастрофе. Она наклонилась, её движения стали медленными, почти механическими, словно тело всё ещё не до конца принадлежало ей. Корона лежала так близко, её кристаллы переливались, отражая свет рубки. И тогда её сознание раскололось. Внезапно, как удар молнии в безоблачном небе, в её разуме вспыхнула другая реальность, настоящая.
Глава 3
Чёрные маги
Цен-ми-нея устало опустилась в кресло, корона всё ещё лежала на полу, её кристаллы тускло мерцали, отбрасывая слабые блики на серебристые одежды, которые теперь казались не струящимся металлом, а тяжёлой бронёй. Рубка «Светоча Ксеона» молчала, офицеры, застывшие у своих постов, не смели нарушить тишину. Лица оставались сосредоточенными, скрывающими тревогу. Воздух был пропитан запахом озона, смешанным с холодным, металлическим ароматом магии, что исходила от короны.
Королева задумалась. Её пальцы, сжали подлокотники, оставляя на хрустале едва заметные следы. Ситуация развивалась непредсказуемо, и это чувство, чужое для неё, грызло изнутри. Она, повелительница Аэтриона, хозяйка «Родника Реальности», всегда держала всё под контролем, каждый жест, каждое слово, каждый магический поток. Но теперь всё пошло не по плану.
По сути, ей не на кого было опереться. Рядом не было ни одного соплеменника. Офицеры на мостике, Архимаги, стражи, все они Аэтрионцы, дети света, с их идеальными хрустальными городами и верой в порядок. Они служили ей, но не понимали её. Не знали её сути.
Цен-ми-нея закрыла глаза, её сознание, всё ещё ноющее от ментальной битвы с чёрным драконом, унеслось далеко, в другой сектор космоса, в другую жизнь.
Торон, её родная планета. Она видела её так ясно, словно стояла там прямо сейчас. Тёмные облака, тяжёлые, как расплавленный металл, низко плыли над горами, чьи вершины, острые и чёрные, упирались в небо, пронзая его, как клинки. Гром гремел постоянно, но молнии не освещали землю, они питали её, вливаясь в почву. Воздух был густой, пропитанный запахом пепла, серы и чего-то древнего, первозданного.
Её родной народ – Каштыны, составляли тёмные маги. Их магия, чёрная, как бездонные провалы между звёздами, текла в венах, как кровь. Их города, высеченные из обсидиана, возвышались над равнинами, где вместо трав росли кристаллы, пульсирующие тёмным светом. Их глаза горели, как угли, а голоса звучали, как раскаты грома. Они добивались власти над вселенной и были близки к цели.
Цен-ми-нея вспомнила, как стояла в главном зале их цитадели, окружённая тенями, что шептались о грядущем триумфе. Сектор космоса, который Каштыны контролировали, был укреплён сверх всякой меры. Планеты, звёзды, даже пустота между ними, всё пронизывала их магия. Щиты, сотканные из тьмы, могли выдержать взрыв сверхновой. Корабли, выкованные из чёрного камня, несли в себе силу, способную разорвать реальность. Им осталась покорить одну цивилизацию – Аэтрион.
Эту цивилизацию возглавляли Светлые маги, с их хрустальными городами, сияющими флотами и верой в порядок. Свободолюбивые, строптивые, они отказывались подчиняться. Их магия, яркая и чистая, горела как вызов Каштынам. Цен-ми-нея вспомнила, как её народ готовился к финальному удару, заклинания, что могли погасить звёзды, ритуалы, что могли сковать саму реальность.