Юрий Тарарев – Звездный бруствер. Книга 9. Бойцы времени (страница 3)

– Какие проблемы? – Ирина улыбнулась чуть шире, словно обсуждая пустяки. – Всё по плану. Мы готовы к встрече.

– Замечательно, – королева кивнула. – Скоро приступим к торжественному подписанию. Предлагаю перенести это мероприятие на завтрашнее утро?

– Цен-ми-нея, – Ирина слегка прищурилась, сохраняя дружелюбный тон. – Вы же настаивали на сегодняшнем утре? Что-то случилось?

– Ничего особенного, – королева махнула рукой, её жест был одновременно изящным и властным. – Как вы верно заметили, государственные дела потребовали моего срочного присутствия в одном отдалённом уголке империи. Но я уже возвращаюсь и вскоре буду на месте.

– В таком случае ждём вашего прибытия, – Ирина кивнула, её браслет на миг вспыхнул, уловив лёгкое колебание в магическом поле. Лея уловила что-то, но пока не подавала сигнала.

– Спасибо за понимание, – Цен-ми-нея слегка улыбнулась. – Вы с делегацией можете спуститься на планету. Дворец в вашем полном распоряжении, и у вас есть целый свободный день. Отдохните, осмотритесь.

– Такое внимание приятно, – Ирина склонила голову в ответном жесте вежливости. – Ждём вашего возвращения и непременно воспользуемся вашим предложением.

– Замечательно, – королева кивнула, её взгляд на миг задержался на Заре, который тихо урчал, не сводя с неё золотых глаз. – В моё отсутствие вас примет и разместит аркан планеты – Олот. Необходимые распоряжения я отдам. Отдыхайте.

Голограмма мигнула и растворилась, оставив в рубке лёгкий запах озона и ощущение, что воздух стал тяжелее. Ирина выдохнула, её улыбка исчезла, сменившись сосредоточенным выражением. Лея, всё ещё удерживая магическое поле, бросила на неё быстрый взгляд, а Верочка старательно усиливала защиту.

Зар издал тихое рычание, его крылышки слегка дрогнули, словно он уловил в словах королевы нечто, что не ускользнуло от его древних инстинктов.

Лея посмотрела на Ирину, её диадема всё ещё мягко пульсировала, отражая последние нити энергии, что она удерживала во время разговора.

– Командующая, вы были бесподобны. В сказанное вами невозможно не поверить. Очень искренне и правдоподобно.

Ирина, всё ещё стоя у центрального пульта, посмотрела на Лею и чуть приподняла бровь. Её браслет на запястье мягко мерцал, отзываясь на остаточные магические потоки.

– Благодарю, Лея, за такую высокую оценку моего скромного разговора с королевой, – ответила она с лёгкой иронией, и уголки её губ дрогнули в улыбке.

Рубка взорвалась аплодисментами. Офицеры, операторы, даже Цесол, чьё лицо редко выдавало эмоции, склонился в признательно-шутливом реверансе. Ник Робинсон хлопнул в ладоши, его глаза сверкнули гордостью за командующую. Эмма и Бернс, стоявшие чуть в стороне, переглянулись, и Эмма шутливо покачала головой, словно говоря: «Ну вот, опять она всех очаровала».

Зар, устроившийся на плече Верочки, издал короткий, довольный рык, а Фиарн и Киран, сидящие рядом с Леей и Ириной, синхронно расправили крылышки, будто присоединяясь к общему настроению.

Ирина, не удержавшись, шутливо раскланялась, разведя руки в стороны, как актриса после удачного спектакля.

– Ну, хватит аплодировать, – сказала она, выпрямляясь, и её голос снова стал твёрдым. – Командный состав, прошу в кают-компанию на оперативное совещание. Нужно решить, что делать дальше…

Она обвела взглядом рубку. Лея уже отключилась от магического поля, но её диадема всё ещё мерцала, словно напоминая о том, что Рована внизу дышит магией и ждёт их шагов. Верочка бросила взгляд на Зара, который тихо урчал, будто предчувствуя, что предстоит нечто большее, чем просто переговоры.

Кают-компания ждала командный состав на оперативное совещание. Соловей сделала первый ход и очень удачно.

Глава 2

Цен-ми-нея

В отличие от командной рубки «Коршуна», где царила приподнятая атмосфера, наполненная лёгким смехом, аплодисментами и теплом товарищеской поддержки, на флагмане «Светоч Ксеона» воздух был тяжёлым, почти осязаемым от напряжения. Мостик, высеченный из хрусталя и металла, сиял холодным светом, отражая звёзды, но это сияние казалось мёртвым, лишённым жизни. Офицеры Аэтриона, облачённые в строгие, переливающиеся униформы, двигались бесшумно, дисциплинированно.

Цен-ми-нея стояла у центрального пульта, разговор с Ириной Соловей дался нелегко. Она чувствовала, как невидимая стена, сотканная из магии, окружала рубку «Коршуна». Лея прикрывала своих, её защита оказалась безупречной.

Цен-ми-нея пыталась проникнуть в сознания экипажа, уловить хоть намёк на их истинные замыслы, но тщетно. Соловей говорила искренне, её слова звучали правдоподобно, но за этой искренностью скрывалась пустота – магический барьер, который Лея возвела с мастерством, недоступным даже Архимагам Аэтриона.

Ей показалось, что магическая мощь экипажа «Коршуна» возросла. Это не просто усиление артефактов, вроде браслета Соловей или диадемы Леи. Это живая сила, текущая через них, как река. Даже маленький дракончик Зар, сидящий на плече киборга, был закрыт для её ментального взора. Его сознание, обычно открытое, оказалось за непроницаемой завесой. Цен-ми-нея прищурилась, вспоминая золотой блеск его чешуи на голограмме.

Дракона Рона она не увидела и не почувствовала. Это могло быть простым совпадением – дракон мог находиться на другой палубе, в ангаре или каюте. Но что-то в этом отсутствии настораживало, как лёгкий холодок, пробегающий по коже. Тем не менее, королева заставила себя отбросить тревогу. Ситуация, несмотря на все загадки, не казалась тупиковой. Пришельцы на орбите её планеты, в её власти, она умела играть в долгие игры.

Цен-ми-нея глубоко вдохнула, её грудь едва заметно поднялась под струящимися одеждами, и переключилась на текущие дела. Пальцы скользнули по панели связи, активируя защищённый канал.

– Олот, – её голос, холодный и властный, разнёсся по мостику.

На голограмме появился аркан Рованы – высокий, худощавый с кожей, отливающей зеленью джунглей, и глазами, в которых мерцали искры магии.

– Ваше величество, – Олот склонил голову, – я весь во внимании.

– Гости с «Коршуна» скоро спустятся на планету, – Цен-ми-нея говорила чётко, каждое слово звучало как приказ. – Окажите им всё возможное гостеприимство. Дворец в их полном распоряжении. Выполняйте любую их прихоть. Никаких ограничений. Но… – она сделала паузу, её глаза сузились, – наблюдай. Каждое слово, каждый жест. Я хочу знать всё.

– Как прикажете, ваше величество, – Олот кивнул, и его аура вспыхнула, подтверждая принятие приказа.

– Я вернусь к утру, – добавила королева. – Готовьтесь к церемонии подписания.

Связь прервалась. Цен-ми-нея выпрямилась, её корона на миг вспыхнула ярче, отражая магический импульс. Королева понимала, что остатки своего флота показывать нельзя ни в коем случае. Разбитые корабли, обугленные хрустальные корпуса, пробоины, в которых ещё тлели магические разряды, всё это выглядело бы как признание поражения. Королевы Создателей, с их острым умом и магическим чутьём, мгновенно уловили бы слабость, восприняли бы её как трещину в броне Аэтриона. Они бы посчитали магию разрушения, понесённые потери, и в их глазах Цен-ми-нея стала бы не равной, а уязвимой. Перед такими серьёзными переговорами, где на кону стояла не просто корона, а контроль над «Родником Реальности», подобное недопустимо.

Она стояла у широкого иллюминатора мостика, её корона, тяжёлая и холодная, пульсировала в такт с мыслями, напоминая о власти, которую она держала в своих руках.

И тут её настиг импульс. Не просто боль – а словно кто-то вырвал кусок её мозга, оставив пустоту, в которой эхом отдавалась агония. Цен-ми-нея пошатнулась, её пальцы инстинктивно вцепились в подлокотник хрустального кресла, оставляя на нём тонкие царапины. Офицеры на мостике замерли, их взгляды метнулись к ней, но никто не осмелился нарушить тишину.

Она тут же идентифицировала источник – им оказался «Родник Реальности».

Это невозможно. Родник только её. Она – его хозяйка, его страж, его повелительница. Никто не мог воздействовать на неё через него. Но сигнал чёткий, как удар клинка: мощный, резкий, чужеродный. Какой-то фактор, неизвестный и пугающий, проник в саму суть её власти.

Цен-ми-нея закрыла глаза, её дыхание стало глубже. Она осторожно, с выверенной точностью, что оттачивалась веками, начала сканировать магию Родника. Её ментальная сущность, подобная тонкой серебряной нити, скользнула в потоки, прощупывая каждый узел, каждую вибрацию. Ничего нового. Те же знакомые ритмы, те же цепи, что она наложила на Родник, те же барьеры, что защищали его от внешнего мира. Она позволила себе расслабиться, её плечи чуть опустились, а корона на голове перестала пульсировать так яростно.

Её ментальная сущность продолжала изучать Родник, скользя по его магическим потокам, как по знакомым коридорам дворца. Всё на месте. Всё под контролем.

Но затем, внезапно, перед ней возник фантом.

Огромный чёрный дракон.

Его чешуя поглощала свет, глаза горели, как раскалённые угли, а крылья, раскинутые в ментальном пространстве, казались бесконечными. Он не появился – он материализовался, словно вырвался из самой тьмы Родника. Без предупреждения, без звука, сразу атаковал.

Его когти, сотканные из чистой магической ярости, вонзились в её ментальную сущность. Боль была не физической, но невыносимой – как будто её разум разрывали на части. В ментальном пространстве она растерялась, её защита, обычно непроницаемая, дрогнула под напором этой силы.