Юрий Силоч – Рыцарь пентаклей (страница 30)

— Я эти сказки твоим детям расскажу. После того, как увижусь с твоей женой, — охранник остановился. Оскорбление медленно прокладывало себе путь через извилины цепного пса. — Я знаю, что Ординари здесь. И если ты не хочешь, чтобы я привёл сюда всю Стражу и взял дом штурмом, отправь кого-нибудь к своему хозяину, пусть он определит, кого можно держать за воротами, а кого нет! — к концу фразы Капкан вспотел от напряжения.

Взглядом охранника можно было плавить железо.

— Я отправлю, — процедил он и ушёл в будку, откуда спустя пару секунд выскочил мальчишка-слуга, который унёсся по аллее к дому. Вскоре он вернулся, что-то шепнул, и охранник открыл ворота с таким лицом, словно только что сжевал ящик лимонов.

— Хороший пёсик, — похвалил детектив громилу. Тот отвернулся и пробормотал нечто непонятно-негативное.

Орди наблюдал за этой сценой из окна и нервничал.

— Чего ему надо? — спрашивал он сам у себя, неосознанно обгрызая ногти. — Чего он припёрся?

— Не волнуйся, — Тиссур болтался в воздухе над столом. — У него ничего нет.

— А если есть?.. — юноша уже имел богатый и неудачный опыт общения со стражами законности. — Даже если теоретически, кто и что мог ему…

— Хватит! — рявкнул король. — Я тебя не узнаю! Запомни раз и навсегда: ничего у него нет. А если что-то и есть, отрицай всё, вплоть до собственного существования. Абсолютно всё, понял? И прекрати грызть ногти — это отвратительно!

Орди спохватился и пристыжено убрал руку за спину.

Череп продолжил:

— Я знаю такие визиты. Даю руку на отсечение, — на этих словах юноша нервно хихикнул, — что он будет специально тебя нервировать, чтоб ты сам дал ему повод тебя в чём-то подозревать. А потом переведёт разговор на обсуждение размеров взятки.

Орди молчал и улыбался, наблюдая за тем, как толстяк со злым красным лицом пытается протиснуться через небольшую живую арку.

— Так что держись уверенно и не давай ему сбить тебя с толку, — резюмировал король. — Это он в наших руках. Будет вести себя неподобающе — отправится поправлять здоровье на свежем воздухе в лесу рядом с Красной Рощей.

Юноша провожал Капкана взглядом до самого крыльца, пока тот не вышел из поля зрения.

— Тебе лучше спрятаться, — сказал Орди королю, и тот забрался на шкаф, скрывшись за стопкой папок.

С первого этажа послышался вскрик: значит, дворецкий уже встретил детектива и предложил ему выпить. Юноша прошёл к столу и поудобнее устроился в кресле.

Дверь заскрипела, и Бульдог, пыхтя и потея, закатился внутрь.

— У вас прекрасная лестница, господин Ординари, — сказал он тоном, который говорил об обратном: «Ужасная лестница, кошмарная лестница, из-за неё я ненавижу тебя ещё сильнее». — Добрый день. Рудольф Капкан, детектив, — он протянул пухлую и влажную ладонь.

Юноша пожал её, несмотря на отвращение, тщательно скрытое под маской радушия:

— Ординари. Присаживайтесь.

— Я думал, вы старше, — кожаное кресло жалобно скрипнуло, когда в него опустилась туша детектива.

Орди не знал, как это комментировать, а отвечать оскорблением на оскорбление не посчитал нужным, поэтому просто развёл руками:

— Чем обязан?

Капкан усмехнулся:

— А сами не догадываетесь?..

Улыбкой Орди можно было пускать солнечных зайчиков:

— Нет.

Капкан усмехнулся во второй раз.

— Хорошо, господин Ординари. Давайте откровенно. Среди моих коллег очень распространены нервирующие визиты. Это сродни карточному блефу. Сотрудник Стражи приходит к человеку, не имея на руках никаких козырей, и надеется вызывающим поведением добиться хоть каких-то зацепок, — не спрашивая разрешения, детектив вытащил из коробки сигару и огляделся в поисках огня — свечи или лампы. — Огоньку не найдётся?

Орди оценил удушающий аромат от незажжённой сигары и представил, что будет, когда она всё-таки загорится.

— Боюсь, что нет. Днём я предпочитаю не разжигать огня.

Капкан усмехнулся в третий раз, но и это Орди не проняло.

— Так вот, я не блефую, молодой человек. Я пришёл поговорить насчёт Шрама.

Подлец таки добился своего — юноша поменялся в лице. Всего на мгновение, но это было равносильно чистосердечному признанию вины. Капкан заметил это и плотоядно оскалился. Он не зря носил кличку Бульдог: другие сыскари могли именоваться ищейками и гончими, но только не он. Его манера работы заключалась в том, чтобы вцепиться в жертву и не выпускать до тех пор, пока она сама не придёт в тюрьму и не захлопнет за собой дверь камеры, лишь бы отделаться от надоедливого Капкана.

Орди мысленно обругал себя.

— А откуда вам известно про шрам? — он удивлённо взглянул на детектива.

Торжествующая ухмылка немного погасла.

— Да бросьте, Ординари. Вы знаете, о каком Шраме я говорю!

Юноша сделал вид, что задумался.

— Понятия не имею. И хватит говорить загадками! — нахмурился он. — Если у вас что-то есть, выкладывайте, я готов выслушать и ответить на все вопросы.

— Хорошо, — Капкан взглянул на сигару и немного помял её в руках, распространяя запах. — Так вот, мне известно, что недавно в городе появилась одна сомнительная компания. Даже несколько сомнительных компаний, которые ни с того ни с сего начали зарабатывать кучу денег. Потом все городские пророки, как с цепи сорвавшись, в один голос вещают о том, что видят наступающую тьму, какое-то жуткое братство, древнего короля и смуту… И оказываются правы! Потому что смуты и впрямь становится хоть отбавляй. В городе вспыхивает война кланов, пропадает сперва сам Вильям, чтоб его, Шрам, а затем ещё несколько криминальных боссов вместе с кучей людей. Куда они делись — никто не знает, но каждый косится в сторону реки. Ходят слухи, — детектив хрипло хохотнул, — что лидер новой шайки удобряет старыми лидерами свой сад. И вся эта ситуация крутится вокруг одного-единственного человека. Тебя, парень.

Орди жутко не понравилось, что его назвали «парнем», а не «господином» или «лордом», к чему он уже успел привыкнуть. Молодой человек постарался вложить в голос всё своё недоумение:

— Вот как? И с чего вы это взяли?..

Капкан закатил глаза.

— Не притворяйся. Ты думал, я не слышал про события в «Старой …люхе»? Или про Рыцарей Пентаклей?.. Кстати, почему именно такое название? Как по мне — слишком пафосно.

— О чём вы вообще говорите?.. — продолжал валять дурака Орди.

Детектив вздохнул.

— Ладно, парень. Я вижу, сегодня разговора у нас не получится. Просто знай: пропавшие меня не интересуют. В реку ты их сбросил или в саду закопал — мне наплевать. Можешь сколько угодно играть в рыцарей и тайные общества, никто тебе слова не скажет. Разве что посмеются. Но вот на что мне и моему начальству НЕ наплевать, так это на золотой ручеёк, который тёк из карманов Грифа и Шрама в наши. В этом городе есть правила, сынок, и не тебе их менять, — Капкан поднялся и взял сигару в зубы. — Никто не любит нести убытки, Ординари. Никто. Подумай об этом. А я зайду завтра.

Детектив покинул комнату, и юноша снова подошёл к окну, чтобы проводить его взглядом. На этот раз Капкан предпочёл обойти арку прямо по клумбе.

— Мне можно спуститься? — донеслось со шкафа.

— Да, — Орди прошёл на своё место. — Что скажешь?

— А что тут говорить? — изумился Тиссур, зависнув над гостевым креслом, на обивке которого покоились маленькие зелёные листочки с живой арки. — Платить надо. Мы, конечно, тёмные властелины, рыцари пентаклей и всё такое, но пока с ними лучше дружить. Ты же сам собирался.

— Да, собирался, — кивнул Орди. — Но всё получилось не так, как я рассчитывал. Мы бы вышли на связь с кем-то из руководства Стражи, преподнесли бы в знак уважения сундук золота, попутно напугали бы его кем-нибудь из Братства… Но не так. Это уже получается не подарок, а уступка.

— А что поделать?.. — Тиссур покачался в воздухе. — Да, наши поступки станут менее эксцентричными, но не перестанут быть полезными.

— Я сейчас, возможно, скажу самую глупую вещь в жизни, — задумчиво проговорил Орди, — но сейчаc польза — не главное.

Тиссур открыл рот и закрыл обратно, клацнув зубами. Затем открыл снова:

— Что значит, не главное?..

Орди встал с кресла и прошёлся по кабинету.

— Следи за мыслью: мы в этом городе новички. Никто не знает, чего от нас ждать, — и поэтому инициатива в наших руках. Если брать шире, загадочность — один из наших главных козырей. Загадочность и эксцентричность. А если мы заплатим Страже, это сразу же всё обесценит. Покажет всем, что мы — самые обычные бандиты. Да, новые, да, наряженные в балахоны, да, с собственным тайным обществом и тёмным лордом, — но обычные. И вот этого допустить никак нельзя.

— Но воевать со Cтражей тоже нельзя, — парировал Тиссур. — Иначе мы будем очень загадочные, но мёртвые. Я понимаю, какие плюсы и минусы у нас есть. Но кроме них есть объективная реальность, и с ней ничего не поделать.

— Я знаю, — тихо произнёс Орди, наблюдая в окно за тем, как печальный садовник осматривает покалеченную арку и растоптанную клумбу, которые он лишь недавно восстановил. Затем юноша повернулся к Тиссуру, широко улыбнулся и добавил: — Но я точно что-нибудь придумаю.

На следующий день Капкан вернулся с заранее зажжённой сигарой. Должно быть, он уже представлял, как Орди будет кашлять и соглашаться на всё, но юноша, предвидя этот шаг, встретил сыщика вне дома.

— Жарковато, не находите? — Орди, удобно расположившийся на мягком диване в оплетенной плющом беседке, жестом пригласил детектива присаживаться в кресло напротив.