Юрий Шотки – Роковой ремиз. Вакуумный миттельшпиль (страница 13)

– Для Ксю нужна виза? – удивилась Ли.

– Да, для сексюнитов требуется специальное разрешение, – кивнул капитан. – Такова специфика станций СВК. Матриархат и всё такое…

Ли хотела расспросить подробнее, но очертания столичной станции стремительно обретали форму, и её внимание переключилось на это зрелище. Издали цилиндр «Гагарина» напоминал Землю, разумеется, не формой, а поверхностью. Он был покрыт морями, горами, лесами, реками, равнинами – всем тем, чем славится земной рельеф. На той стороне цилиндра, что оставалась в тени, проступали огни городов и поселений, оживляя эту искусственную планету.

– Знакомо? – неожиданно раздался голос Эфа, подошедшего незаметно. – Сейчас «Месяц Земли», – пояснил он, указывая на станцию. – Корпус «Гагарина» покрыт надувными конструкциями, которые могут подниматься на десять километров вверх. Они формируют объёмные картины, причём кубы этих конструкций способны менять цвет и светиться. Фантазия воксельных художников почти ничем не ограничена.

Эф на секунду замолчал, давая Ли время рассмотреть шедевр, затем продолжил:

– Мне больше нравятся классические композиции – вариации на тему барельефов Парфенона, например. Но сейчас «Месяц Земли», и станция покрыта земным рельефом с историческими силуэтами знаковых земных городов. Некоторые из них воспроизведены несколько раз, в разные эпохи их расцвета.

Ли вглядывалась в приближенную поверхность цилиндра, различая знакомые очертания Москвы, Рима и Византии. Высокие шпили и светящиеся купола архитектуры прошлого удивительным образом сочетались с зеленью полей и лесов, создавая ностальгическую атмосферу. Даже в этом бескрайнем космосе Земля оставалась с её обитателями.

– Не ожидала, что практичные персы вложат столько ресурсов в декорации, – заметила Ли, не скрывая удивления.

– Это не просто декорации, – ответил Эф, с лёгкой улыбкой на лице. – Если станции грозит неминуемое столкновение, эти конструкции мгновенно заполняются вязкой пеной. Десятикилометровая подушка безопасности способна смягчить удар почти любой силы. Безопасность прежде всего!

– Понятно, – протянула Ли, в её голосе прозвучала нотка разочарования в несостоявшемся эстетическом альтруизме персов.

Эф усмехнулся:

– У нас практичность и эстетика часто идут рука об руку – этому я посвятил большую часть своей жизни.

Девушка благодарно усмехнулась архитектору, подтверждая что его усилия были затрачены не зря.

Очень скоро поверхность станции заслонила весь космос, возникло ощущение, словно они падают на Землю. Масштабы конструкции впечатляли.

– А какие размеры у станции? – спросила девушка у архитектора.

– Диаметр оснований цилиндра почти сто восемьдесят километров, высота чуть больше двухсот, – ответил Эф. – При таком диаметре вся конструкция совершает один оборот за десять минут. Станция ещё строится: у южного основания её надстраивают, прибавляя почти по километру в год.

Ландшафт постепенно замедлился, а звёзды вокруг, напротив, пришли в движение. К крейсеру стали приближаться два небольших судна. Их сигнальные огни предупреждали о сближении, а на бортах крупно светились надписи: «Готовность отключения ВП!».

– О, наши буксиры, – прокомментировал капитан, с видимым удовольствием добавив: – «Шишиги» – удачная модель, стыковка с ними проходит с минимумом проблем. Впереди санитарная зона для вакуумного привода, сейчас переключимся на внешний ЭМ-привод.

Словно подтверждая слова капитана, буксиры состыковались с крейсером, мягко взяв «Наутилус» под контроль. Ник сразу отключил вакуумную тягу. Постепенно движение поверхности станции полностью замедлилось, а затем началось её плавное приближение.

При таком сближении стали заметны отдельные кубы, из которых был составлен декоративный ландшафт – цельная картинка постепенно распадалась на воксели.

В рубку снова ворвался Ветер – в подобные моменты было особенно ясно, как его имя гармонирует с деятельной натурой офицера разведки.

– Сразу после швартовки направляемся в детинец Лунцево. Как и договаривались, пойдём втроём: я, Ник и Ли, – начал инструктировать Ве. Затем, будто вспомнив что-то важное, протянул девушке стопку яркой одежды. – Это для вас, Ли. Оденьте, пожалуйста, даже если вам не придётся по вкусу. Так нужно для дела. В детинцах часто встречают «по одёжке».

Ли взяла одежду и скептически осмотрела её: незамысловатое растительные узоры из завитков и цветов совершенно не вязались с её обычным стилем.

– Вот уж точно «по одёжке», – пробормотала она, но вслух ничего не сказала, только пожала плечами.

Разведчик тем временем повернулся к Нику:

– Ник, вы в своей стильной «парадке».

Следивший за сближением капитан утвердительно кивнул, как будто и не ожидал другого приказа.

Транспортная кабина поднималась вверх по длинному вертикальному туннелю станции. Большая часть его стен была прозрачной, и пассажиры могли видеть за ними бескрайнюю толщу воды.

– Море Гагарина, – Эф взял на себя роль гида для Ли. – Вся станция окружена водной оболочкой, которую мы называем морем. Средняя толщина этого слоя – около трёхсот метров. Сверху море накрыто герметичными сотами. Управляя давлением воздуха в них, мы можем перераспределять водную массу, чтобы балансировать центр масс станции.

Эф выдержал небольшую паузу, позволяя Ли осмотреть подводное величие, и продолжил:

– Вода защищает от космического излучения, к тому же она отличный изолятор и накопитель меры. Такой объём высокомерной воды – это огромный капитал в космосе.

Ли вглядывалась в тёмные глубины, но видела лишь своё отражение в стекле транспортной кабины. Девушка уже смирилась со своим нарядом: голубое платье идеально облегало её фигуру, а цветочные узоры больше не казались такими нелепыми. Особенно её поразила юбка – в её подол были вшиты манипуляторы, которые через магнитное поле взаимодействовали с рантами чулок, позволяя управлять поведением ткани.

Бегло изучив инструкцию, Ли поняла, что такие юбки не задираются ни в невесомости, ни от ветра, льнут к ногам, если кто-то пытается заглянуть под подол, и всегда поддерживают аккуратный силуэт. Присаживаясь в кресло, она ощутила, как юбка сама разгладилась до того, как она села, а затем элегантно облегла ноги.

«Очень удобно, – подумала Ли. – Странно, что на Земле таких юбок нет. Это ведь даже удобнее, чем брюки».

Загадочные всполохи в воде отвлекли её мысли. В глубине что-то светилось. Чтобы рассмотреть это лучше, девушка мысленно дала команду отключить свет в кабине. Спутники не возражали – стало темно. Теперь перед ней открылся другой мир: слабое голубое свечение пробивалось из толщи воды, но внимание землянки привлекло не оно.

Внезапно мимо проплыл фантом, сотканный из светящихся пятен и полос, которые складывались в силуэт огромной рыбы. Ли задержала дыхание, не отводя взгляда от этого магического зрелища.

– Млечный кит, – пояснил Эф, уловив её интерес. – Их много в Море Гагарина. Через их тела проходит огромный объём воды, и они помогают повышать её меру. Очень полезные животные!

– Этот кит светился! Разве такие бывают? – удивлённо спросила Ли, не сводя глаз с воды.

– Наши генетики долго трудились над созданием морских обитателей, повышая их мерную производительность, – прокомментировал Эф с ноткой гордости. – Свечение, это побочный эффект их работы. Светящиеся узоры на спинах китов чем-то похожи на млечный путь, вот их и назвали млечными китами.

Ли хотела рассмотреть животных внимательнее, но их путешествие неумолимо продолжалось. Кабина мягко вынырнула из водной толщи, и девушку на мгновение ослепила яркая вспышка света. Когда её глаза привыкли, перед ней открылась восхитительная панорама внутреннего пространства станции. Дух захватывало от масштабов увиденного. Казалось, вся станция жила и пульсировала энергией.

Это было похоже на невероятно большое горное ущелье, полностью застроенное огромным городом, над которым нависало безоблачное небо. Высоко над головой светило яркое искусственное солнце, чуть больше земного по размерам, но менее тёплое. Привыкший к освещению взгляд начал замечать странности: высокие дома не стояли вертикально, а громоздились друг на друга, постепенно наклоняясь к центру «ущелья». Некоторые невообразимо высокие небоскрёбы будто упирались в небо, плавно растворяясь в его голубизне.

Постепенно Ли стало казаться, что город был построен на равнине, которую какой-то бог-затейник свернул в трубу. Искажённая перспектива вызвала лёгкое головокружение, и девушка мягким движением оперлась на плечо Ника.

– Внутри станции расположен гигантский центральный цилиндр, тысячи генераторов оптического поля маскируют его под небо, – Эф продолжал исполнять роль гида. – Особое внимание уделено имитации солнца: в течение дня оно движется вдоль оси цилиндра, начиная свой путь на северном основании и заканчивая на южном. На «рассвете» и «закате» его цвет переходит в розовые и оранжевые оттенки, повторяя игру света земного оригинала.

– Это невероятно… – прошептала Ли, но затем с иронией добавила: – Внутри «неба», полагаю, находится Рай?

– Увы, – Эф оценил шутку. – Всё гораздо прозаичнее: там реакторные сборки, несколько мерно-обогатительных комбинатов, фабрикаторы, верфи и музей станции.

– Музей? Там, в «небе»? – с удивлением переспросила Ли.