Юрий Щербатых – Плоть от плоти моей (страница 10)

Мостовая, на которой мы стояли, была расчерчена темными квадратами, которые как бы немного дрожали, придавая окружающей картине призрачный вид. До меня не сразу дошло, что это были не половые плиты, и не нарисованный на полу узор. Это была тень решетки!

Я поднял глаза вверх и увидел над головой густую сеть, сплетенную из толстых лиан. Тень от нее падала на мощеную мостовую, покрывая землю темными квадратами. Мне почему-то вспомнилась тюрьма на Ганимеде, где я застрял на полгода, и нехорошее предчувствие холодом проползло по спине.

Глава 2 «СТЕЛЛА»

10

Я ткнул Гонсалеса в бок и указал рукой наверх

– Какого черта они завесили небо сеткой?

Винсенте уставился на уродливую сеть над головой, задумался и пожал плечами.

– Понятия не имею…Хотя…здесь возможны два варианта: или они не желают, чтобы кто-то покинул их деревню, или же они не хотят пускать сюда кого-то.

Наш повар тоже обратил внимание на сеть и теперь внимательно ее разглядывал.

– Может они разводят фазанов, и мы сейчас на такой ферме? Я знал одного парня на Земле, который служил у настоящего английского лорда, который разводил фазанов для охоты. Там тоже была сетка над головой – чтобы птички не разлетались.

Гонсалес покачал головой.

– Посмотри на ячейки сети. Они слишком крупные для фазанов. И потом…– Он показал рукой вперед. – Эта чертова сеть натянута над всей деревней. И она слишком толстая для птичек. Ее даже человек с трудом разорвет.

Встречающая нас толпа образовала живой коридор, который вывел наш маленький отряд к высокому каменному зданию в центре крепости. Люди перед нами расступались, пропуская наш отряд вперед, но тут же смыкали ряды, лишая возможности повернуть назад. В конце нашего пути мы казались перед местной церковью, хотя здешние архитектурные традиции были далеки от классических канонов христианства. Здание, сложенное из крупных каменных глыб, было похоже, скорее, на башню средневекового замка, и только большой вытянутый крест на фронтоне, и другой, поменьше верхушке шпиля напоминали о том, что это храм, а не цитадель.

На верхних ступеньках паперти у главного входа в храм стоял высокий мужчина в длиннополом зеленом кафтане, отделанном пушистым искрящимся мехом. Это был тот самый человек, с которым мы вели переговоры у стены крепости, и теперь его можно было рассмотреть получше. У него было крупное, мужественное лицо, обрамленное черной бородой, в которой проглядывали отблески седины. Мощная мускулистая фигура указывала на занятие ратным делом, а важная, горделивая осанка говорила, что этот человек, очевидно, занимает высокий пост в местной иерархии.

Он поднял руку вверх и гомон толпы смолк. Внезапная тишина охватила площадь. На фоне этой тишины слова мужчины в меховом кафтане звучали громко и внушительно.

– Приветствую вас, посланники звезд! – произнес он, обращаясь к нам. – Надеюсь, что вы пришли к нам с миром. Наши предки прилетели сюда четыре поколения назад, и мы уже потеряли надежду увидеть людей из других планет. Я – Теобальд, вождь этого поселения. Кто главный у вас?

Вильям выступил вперед и подошел поближе к вождю.

– Я, Вильгельм Прейслер, старший помощник капитана корабля и командир этой группы. В соответствии с Уставом Космических войск я уполномочен вести переговоры с представителями властей данной планеты.

Теобальд внимательно осмотрел старпома и кивнул головой.

– Хорошо. Прошу вас подняться ко мне, и мы обсудим церемонию принятия вашей экспедиции. Все новые люди, приходящие в наше поселение должны пройти через специальный обряд, без которого вы не сможете остаться у нас больше, чем на два часа и только до темноты.

Вильгельм непонимающе поднял брови.

– Что за обряд вы имеете в виду? Поясните.

Теобальд ничего не ответил в ответ, а только показал жестом на место рядом с собой. Вильгельму не оставалось ничего другого, как подняться по ступеням церкви на паперть и приблизиться к вождю. Затем они сели в приготовленные для этого кресла и начали переговоры, а мы остались ждать внизу, и при этом я ломал голову по поводу обряда, о котором говорил вождь. Нехорошее предчувствие слегка отравляло мне настроение, но меня успокаивал тон, которым это было сказано. В лице вождя, когда он говорил про обряд, не читалось н агрессии, ни коварства. Впрочем, за годы своих скитаний я встречал много искусных артистов преступного жанра, которые могли с легкость изобразить любую эмоцию, или же столь же умело ее скрыть.

Рассматривая кучку наиболее изысканно одетых людей, стоящих на паперти храма за спиной их предводителя, я заметил девушку в голубом, с серебристым отливом платье, стоящую за спиной вождя. Мое внимание привлекло ее нежное лицо, на котором светились синие глаза, окаймленные густыми ресницами. Не знаю почему, но в тот момент я не мог отвести от нее взгляда и почувствовал, как сердце ускорило свой ритм. Рядом с ней стояла другая девушка в темно-бардовом платье с черными, как смола, длинными волосами и пухлыми розовыми губами. Мне показалось, что она разглядывает меня с явным интересом, в то время как я не мог отвести глаз от ее подруги в голубом.

Пока Вильгельм вел переговоры с предводителем колонистов, я смотрел на светловолосую девушку, и та, заметив мой пристальный взгляд, смущенно улыбнулась в ответ. Моя рука сама по себе полезла в сумку, достала из нее одно из ожерелий из искусственных рубинов, приготовленных для продажи. Как сомнамбул, я поднялся по ступеням и протянул бусы незнакомке.

Девушка удивленно взглянула на меня, потом на бусы, и замерла в нерешительности. Она явно не знала, как ей поступить. Было видно, что подарок ей очень понравился, но что-то мешало ей его принять. После минутного колебания она нерешительно взяла ожерелье и надела на шею.

Женщины остаются женщинами даже в затерянных мирах на краю Галактики. Девушка надела украшение и оглянулась в поисках зеркала. Я разжал вдруг ставшие деревянными губы, и с трудом выдавил из себя подобие комплимента.

– У меня нет зеркала, но можете посмотреть в мои глаза, мадемуазель! Вы отразитесь в них в полном блеске. – После чего смутился от столь неуклюжего высказывания и добавил. – Поверьте, это украшение очень вам идет! Меня зовут Айв Рендел, а вас?

Девушка тоже смутилась, но представилась в ответ.

– Стелла.

При ее словах оживленно беседующие между собой Вильгельм и Теобальд почти одновременно повернулись в нашу сторону. Вождь негромко, но раздраженно сказал что-то старпому, после чего отвел девушку в сторону и, приблизив к ней свое недовольное лицо, что–то ей прошептал на ухо, после чего она быстро покинула площадь, прихватив с собой черноволосую подругу.

Пока я наблюдал эту сцену, Вильям быстро сбежал с паперти вниз, подскочил ко мне и накинулся на меня с упреками.

– Ты чуть все не испортил. Капитан же настоятельно просил тебя не брать с собой товара и не заниматься торговлей с местными жителями!

Я отодвинулся от старпома и изобразил невинное выражение лица.

– Так я и не торговал – это был всего лишь подарок, который должен улучшить наши отношения с аборигенами.

– В данном случае не важно, продавал ты свои стекляшки, или отдавал даром. Теобальд сейчас ясно выразился, что у них не принято принимать подарки от чужаков до особого обряда. Тем более, что эта девушка – его дочь.

Гонсалес и Барух подошли к нам поближе, и штурман обратился к старпому.

– Про какой обряд ты говоришь?

– Скоро узнаем…. Теобальд сказал, что мы обязательно должны его пройти, чтобы быть допущенными в деревню.

– А ты узнал у него, что стряслось с остальными колонистами? Почему планета пустует?

– К сожалению – не получилось. Мне показалось, что он явно уклонялся от ответа, используя непонятные мне слова. Но они чего-то боятся, и мне кажется, что главная опасность грозит им сверху.

Гонсалес понимающе присвистнул.

– Так вот для чего они натянули над деревней эту чертову сеть, сплетенную из лиан…

– Думаю, что да. Но меня беспокоит предстоящий обряд. Какое-то нехорошее чувство по этому поводу. Интуиция предупреждает, чтобы мы были настороже.

Я с интересом посмотрел на старпома.

– Шеф, на вас это не похоже. Мне казалось, что вы больше верите разуму, логике и уставам, чем чувствам и интуиции.

Вильям раздраженно повернулся ко мне.

– Слушай, Рендел, отвали, и не действуй мне на нервы. Я отвечаю и за эту экспедицию, и за ваши задницы, в том числе за твою – хотя и не понимаю, какого черта ты делаешь на нашем корабле. Так что помалкивай и больше не смей никому ничего дарить, ни тем более продавать, не испросив моего разрешения. Усек?

Я, было, напрягся, чтобы поставить этого зануду на место, но, вспомнив просьбу капитана, быстро остыл и миролюбиво, с подчеркнутым почтением, кивнул головой в знак согласия. Вильям оставил меня в покое и обратился ко всем нам одновременно.

– Теобальд сказал, что до Обряда у нас есть полчаса. Пока мы можем передохнуть с дороги, утолить жажду и перекусить. Когда все будет готово, он нам сообщит. Пошли к вездеходу и подкрепимся, а я свяжусь с капитаном и объясню ему, что у нас происходит.

События последнего часа порядком нас взбудоражили, разжигая аппетит, поэтому мы с радостью последовали за командиром, надеясь как следует подкрепиться перед ожидавшей нас неизвестностью.